Наступил следующий день, мы всё ещё стояли лагерем. Я знал, куда мы направимся дальше: ещё один мой клон обнаружил под землёй отряд алакрийцев, примерно такого же размера. Было раннее утро, многие солдаты ещё спали. Сражался только я, но вчера мы преодолели приличное расстояние.
Я вышел из своей палатки и направился к соседней. «Копьё Вирион». Охранник впереди поклонился, когда я подошёл к нему. Я не знаю его имени, но он отвечал за охрану алакрийца.
«Можешь отдохнуть, я хочу поговорить с ним наедине», — сказал я солдату, и он, кивнув, ушёл. Я чувствовал, что Мелоди и Каллиас находятся в своих палатках. Вчера мне так и не удалось поговорить с солдатом, он был без сознания, когда его сюда доставили.
Я вошёл в палатку. На запястьях и лодыжках солдата были кандалы, его раны были исцелены, благодаря мне, и он лежал на кровати, бодрствуя, и в ужасе уставился на меня. «Не убивай меня», — тут же сказал он.
Его каштановые волосы, коротко подстриженные, промокли от пота. Он был худым, не слишком мускулистым, и на щеке у него было родимое пятно. Я также мог сказать, что он не так уж и силён, я не знал его способностей, но думаю, что его мог бы победить даже не-маг.
«Не убью», — ответил я. «Но у меня есть несколько вопросов, и тебе не обязательно на них отвечать, но я был бы признателен, если бы ты это сделал». Если он откажется, я просто буду его пытать, а это, я знаю, означает, что я солгал.
«О, хорошо», — он сел, и я сотворил напротив него ледяной стул, заставив его слегка вздрогнуть.
«Прости, что я убил всех твоих людей, но я лишь делал то, что должен был», — сказал я ему сначала, а затем продолжил. «Как тебя зовут?» — спросил я, размышляя, кто этот человек, и склонил голову набок.
«М-меня зовут Леон», — ответил он. Крутое имя для солдата.
«Леон, ты из дома именованной крови?»
«Нет, у моей семьи нет имени», — ответил он. Значит, он не принадлежал ни к какому роду, вероятно, поэтому он был так слаб.
«Кто ты? Страйкер, Щит?» — я просто пытался быть милым, завязать с ним небольшой разговор.
«Я-я Страйкер». Правда? Он Страйкер.
«Какая у тебя способность? У тебя есть руна? Герб?» — я откинулся назад, глядя на мужчину.
«У меня две руны», — ответил он, и я махнул рукой, чтобы он продолжал. «Одна позволяет мне окружать копьё ветром, а другая — прыгать выше, чем обычные люди». Это имеет смысл, вот почему он казался мне таким слабым, он таким и был.
«О, прости, я забыл представиться, я...» — он прервал меня, не дав закончить.
«Ты — Дьявол Дикатена, это точно ты, ребёнок, способный управлять кровью, нас предупреждали держаться от тебя подальше, мы даже не заметили, как ты появился», — признался он мне. «Тебя боятся все алакрийские солдаты».
«Что ж, меня зовут Вирион, и я бы предпочёл, чтобы ты так меня и называл», — я улыбнулся ему. «Что вы должны делать, если увидите меня? Я знаю, ты сказал — бежать, но должно же быть что-то ещё». Я сотворил в руке ледяной кинжал, и Леон просто уставился на него.
«Мы сообщаем об этом, и нам велено тайно следить за тобой, если это возможно», — Леон продолжал смотреть на кинжал, пока говорил. «Нам сказали, что появится кто-то, кто сможет с тобой справиться, и всё уладит».
«И кто бы это мог быть?»
«Слуга или Коса», — я повертел кинжал в руке. «Ты — сильнейший в Дикатене, главная угроза».
«Вторая по величине угроза», — я пожал плечами, первой были асуры. «Леон, что нам с тобой делать? Я имею в виду, если я доложу своему начальству, что ты здесь, они заставят меня доставить тебя в Парящий Замок, и там, вероятно, будут пытать ради информации, так что, что мне с тобой делать?»
Ему понадобилась секунда, чтобы обдумать то, что я только что сказал. «Я бы предпочёл, чтобы меня не пытали», — ответил он, и я просто посмотрел на него. «Но я не предам свой континент». Я кивнул; он не ответил на вопрос.
«Что же мне тогда делать? Убить тебя?» — я указал на кинжал. «Я не могу тебя отпустить, так что мне делать?» Я действительно не имел понятия; хотя, вероятно, его отправят в Замок.
Он не отвечал, его глаза были прикованы к кинжалу, и я метнул его мимо его головы, не задев, но напугав. «Я могу быть здесь пленником; я буду делать всё, что потребуется». Я покачал головой, зачем нам это. «Что? Должно же быть что-то, что я могу сделать, чтобы остаться здесь».
«На самом деле, нет», — ответил я. «Мы вернёмся к этому вопросу, позволь мне спросить тебя кое о чём другом». Я сделал паузу, а затем продолжил. «Если бы я сказал тебе, что твои боги тебе лгали, что бы ты подумал?»
«Я бы не поверил», — быстро ответил он. Он верующий человек, как мило. «Слово Верховного Владыки — закон, что бы ты ни говорил, я тебе никогда не поверю». Я кивнул, я это уважал, я не стал бы рушить веру человека, даже если она обращена к богу, который является душевнобольным. Могу ли я называть кого-то душевнобольным, если я сам такой?
Погоди, о, чёрт, если мы с Сильви сойдёмся, что, скорее всего, произойдёт, Агрона станет моим тестем, если я на ней женюсь. «Блять», — сказал я вслух, заставив Леона посмотреть на меня с недоумением, я отбросил эту мысль. «Я это уважаю, правда, так что я ничего не скажу о твоих богах», — я кивнул, а затем продолжил. «Откуда ты?»
«Из Вечора».
«Ты, должно быть, разочарование», — серьёзно сказал я. «Маг из Вечора, который слаб, я думал, что этот Доминион — место, откуда родом сильные люди». Я на самом деле не знал; это было лишь предположение, основанное на том, что я знаю. «В любом случае, Леон, ты мне нравишься, правда, ты пробудил мой интерес». Слабый солдат из Вечора, ха-ха.
«С-спасибо?» — заикнулся он.
Я встал, разрушая ледяной стул, на котором сидел. «Пора подумать, пора подумать», — я зашагал перед ним, пока он смотрел на меня. «Я мог бы это сделать». У меня появилась идея, хотя для этого человека она могла закончиться плачевно, но, возможно, оно того стоило.
«Сделать что?» — спросил меня Леон, и я достал пробирку с кровью, это была кровь Эри. «Это что, пробирка с кровью?»
Я остановился и улыбнулся солдату. «Ты не хочешь, чтобы тебя пытали, тогда позволь мне поэкспериментировать на тебе, я не причиню тебе вреда, если ты сделаешь это добровольно и не попытаешься сбежать».
«Э-э-эксперимент?» — спросил он, и я активировал «Клятву Крови», высвободил из пробирки немного крови и заставил её парить в воздухе перед нами. «Ч-что ты собираешься с этим делать?»
«Расслабься», — я сотворил ледяной кинжал и бросил его рядом с его рукой. «Мне нужно, чтобы ты сделал небольшой порез на руке». Его глаза расширились от ужаса при этой мысли. «Если, конечно, тебе не нужно время, чтобы обдумать моё предложение, я не буду тебя заставлять, я человек слова». Я начал нервничать от одной мысли об этом, почему я до сих пор этого не попробовал.
«П-пожалуйста, дай мне время подумать», — ответил он, и я кивнул, позволяя ему это сделать. «Спасибо».
«Хорошо, у тебя было время, каково твоё решение?» — я улыбнулся ему. «Ты — пленник; тебе повезло, что я вообще даю тебе выбор». Думаю, в какой-то степени я был разумен; я чувствовал, как Змей извивается в моём ядре, он хотел, чтобы я убил этого человека, я хотел этого, но я его сдерживал.
«Хорошо!» — воскликнул он, взял кинжал и сделал небольшой порез на руке. «Ты позволишь мне остаться здесь, и меня не будут пытать?»
«Даю слово», — кивнул я, направляя парящую в воздухе кровь к его руке. «Понятия не имею, что, чёрт возьми, произойдёт, возможно, это и есть пытка, а может, и нет». Его глаза расширились, когда я ввёл кровь Вритра Эри в его рану, а затем начал концентрироваться на ней, связывая ту кровь с его кровью, делая их единым целым на молекулярном уровне.
Он закрыл глаза, словно от боли, но я продолжал, не обращая внимания. Я остановился, когда счёл, что этого достаточно, и тогда он заговорил. «Ты закончил?» — он открыл глаза и уставился на меня.
«Да», — ответил я. «Благодарю за сотрудничество».
«Ааа», — он издал звук, и из его глаз, словно слёзы, потекла кровь. «Что? Жжёт, жжёт!» Я просто наблюдал и чувствовал, как кровь сочится из его пор, глаз, ушей, кажется, я только что убил его. «Что происходит?!»
Полог палатки открылся, и вошёл Каллиас. «Вир?» — спросил он, глядя на солдата и меня. «Стой, что ты делаешь?» — Каллиас схватил меня за плечо, но я стряхнул его руку.
«Я больше ничего не делаю», — сказал я ему. «Чёрт, я надеялся на что-то более занимательное, например, на рога, растущие у него из головы, а не на это». Солдат повалился, один раз всхлипнул, а затем без движения рухнул на землю, мёртвый.
«Вир?!» — снова сказал Каллиас, и я убрал пробирку с кровью Эри. «Что ты наделал?»
«Не то чтобы он знал что-то, что нам нужно, так что прекрати меня допрашивать», — сказал я Каллиасу с невозмутимым лицом. «Всё, что я сделал, — это влил кровь Слуги в его тело, чтобы попытаться создать человека с кровью Вритры».
«Ты пытался соединить два разных набора крови?» — спросил он, и я кивнул. «Вир, существуют разные группы крови». Я просто в замешательстве уставился на него. «Я-я даже не хочу тебе это объяснять, но никогда больше не пытайся этого делать, этот человек только что умер очень мучительной смертью из-за тебя».
Я пожал плечами. «И что? Он не из Дикатена, мне так же грустно, как и ему, просто я не мёртв». Я хотел, чтобы это сработало, я мог бы стать асурой, но какая жалость. «Но что ты имеешь в виду под разной кровью?»
«Я знаю, ты не чувствуешь раскаяния, но то, что ты только что сделал, было ужасно», — я развёл руками в воздухе, показывая, что мне всё равно. «Ты влил кровь одного человека в другого, так делать нельзя, всё просто».
«О, моя вина», — сказал я. «Кто-то должен был мне сказать». Каллиас просто смотрел, а затем я продолжил. «Пусть кто-нибудь это уберёт, и мы никому об этом не скажем, понятно?» Я знаю, что мы с Каллиасом были друзьями, но мне пришлось быть немного грубым.
Он смотрел, затем заговорил. «Я сделаю», — он сделал паузу, повернулся к телу. «Но, Вир, пожалуйста, в следующий раз, если захочешь сделать что-то подобное, дай знать мне или кому-нибудь ещё, это неправильно, я знаю, что у тебя ментальные проблемы, поэтому я понимаю и не буду докладывать командиру Вириону».
«Спасибо, Каллиас», — сказал я любезно, немного разрядив напряжение. «Прости, я правда не хотел, чтобы так вышло, я думал, что если что-то и случится, то ничего особенного, а не то, что он умрёт».
«Я знаю», — кивнул Каллиас. «Иди, я позабочусь об этом». Я бросил последний взгляд на Леона, он был милым, а затем я покинул палатку.
Я почесал затылок, направляясь обратно в свою палатку. Я не чувствую себя виноватым за то, что убил его, зная, что он из Алакрии, я просто думал, что произойдёт что-то более интересное, не то чтобы то, что я только что увидел, не было интересным, потому что было.
Я вошёл в свою палатку и сел на кровать. Должен быть способ сделать себя асурой, просто должен быть. Я не мог позволить Сильви пожертвовать своей жизнью, я слишком о ней забочусь, и это не мог быть единственный способ.
Я буквально могу управлять кровью, почему я не могу соединить два типа крови? Может, это должна быть моя кровь, в конце концов, я Кровный Девиант, так что моя кровь особенная, но после того, как я увидел кровь того человека, сочащуюся из его глаз и ушей, я не думаю, что мне стоит пробовать это на себе.
Возможно также, что я не мог просто так соединить кровь, я не знаю, как ещё я мог бы это сделать, но сейчас нет смысла больше об этом думать. Я должен сосредоточиться на том, что впереди, где-то в Дикатене скрывается большой отряд, и я намерен его найти.
Я просто не знаю, что я буду делать, когда мы его найдём.