(Неделю спустя)
Точка зрения Агроны Вритры
Я отложил ядро и повернулся к связанному мужчине — эльфу, который пробыл здесь уже довольно долго и едва дышал. Я собирался кое-что испробовать. Понятия не имел, что произойдёт, но если сработает, всё станет намного интереснее.
Для этого мне не требовалось ядро, наполненное моей ДНК. Я использовал лишь эфир и магию феникса, которые мне удалось объединить. Ну, или я так думал, что объединил. Я ещё не был до конца уверен, поэтому и требовались испытания.
Я сделал так, чтобы эльф не мог говорить. У меня не было времени слушать его мольбы, они бы меня только раздражали. Я взял шприц, наполненный эфиром и маной феникса, и окружил его искажённой основой — это позволяло мне использовать заключённую внутри ману, не прибегая к своей собственной.
По сути, это в некоторой степени давало мне их способности, но я не знал, что должно было случиться. Я вообще не знал, случится ли хоть что-нибудь. Я посмотрел в глаза эльфу, когда тот начал плакать, и выждал секунду, позволяя предвкушению нарастать в нас обоих.
«Надеюсь, ты от этого не умрёшь», — сказал я ему, говоря искренне. Я не хотел его смерти, моё истинное желание — чтобы всё сработало. «Но с другой стороны, у меня полно других подопытных, на которых я могу это опробовать, так что делай, что хочешь».
Его глаза расширились от этого комментария, и я направил заклинание вперёд, позволяя ему окутать эльфа. Пурпурные и алые частицы покрыли его тело. Если бы не Сильви, я бы не смог их увидеть, но с помощью искажённой магии, и поскольку она собрала их там, где я хотел, я мог.
Заклинание продолжало покрывать его, я направлял его всё дальше и дальше, а через секунду-другую активировал, надеясь на желаемый результат. Я попытался направить время в эльфа, соединяя его с магией реинкарнации, и, когда они оба коснулись его, я увидел, как он начал разлагаться.
Его криков не было слышно, но их можно было видеть. Он пытался сказать мне, чтобы я остановился, но я не стал. Прошло всего мгновение или два, прежде чем от него осталась лишь гниющая кожа. Эльф был мёртв, а моё заклинание не сработало. Я закатил глаза и позвонил в колокольчик. Два солдата вошли в комнату, склонив головы и зная, что лучше молчать.
«Уберите его», — приказал я, и они, медленно подняв головы, направились к эльфу. «И приведите другого». Я вернулся к своему креслу и сел, снова взяв ядро, зная, что, когда придёт время, оно станет ключом ко всему.
Они унесли эльфа и ушли за следующим, чтобы я мог попробовать снова. У меня было не так много вариантов, как это сделать, но я собирался пробовать снова и снова. Я влил ещё больше своей маны в ядро, манипулируя и формируя её. В нём уже было много, но я хотел убедиться, что её достаточно.
Я продолжал, ожидая, когда солдаты принесут мне нового раба-эльфа. Я хотел попробовать ещё раз. Мне нужно было продолжать пытаться, в этом был ключ ко всему. Вирион Лейвин, ты будешь моим. Эта твоя маленькая игра бессмысленна, а ты этого даже не видишь.
Этрил и Сехз-Клар пали, на очереди Труация, но их можно вернуть за считанные часы. Пока что люди там мне были не нужны, так что я ждал возвращения Сесилии, которое должно было состояться скоро. По крайней мере, так должно быть, иначе мне придётся действовать без неё.
Я не собирался позволять Вириону продвигаться в Вечор, где находились мои армии, не считая армий других доминионов, таких как Этрил и Труация. Дверь распахнулась, и солдаты втащили в комнату ещё одного эльфа-мужчину, подвесив его так же, как и предыдущего.
«Вон», — сказал я им, когда они закончили, и они разбежались, как муравьи. Эльфу заткнули рот и связали, мне нужно было, чтобы они оставались неподвижными. Я мог мманипулировать эфиром маной феникса лишь до определённой степени. На самом деле, я ей даже не манипулировал.
Я встал с кресла и взял одну из последних четырёх пробирок с нужным мне магическим заклинанием. Я открыл её и использовал искажённую ману, чтобы извлечь содержимое, сохраняя его целостность, и направил его к широкоглазому эльфу.
Я стоял, накладывая на него заклинание, покрывая его тело, зная, что если я сделаю то же самое, что и в прошлый раз, он просто умрёт, что не было проблемой, но делало всё это бессмысленным. Я начал думать, что ещё я мог бы сделать, что ещё могло бы изменить заклинание, и тут мне в голову пришла идея.
Заклинание покрыло его тело, и вместо того, чтобы пропускать его сквозь него, я начал думать о прошлом, о моём времени в Эфеоте. Когда я был молод, умер ребёнок, Вритра… так, это было бы за два года до… ах, да, точно, это должно сработать.
Используя магию реинкарнации, я заглянул в свои воспоминания и воспоминания людей в моих воспоминаниях, пытаясь переместить эльфа в тело растущего младенца. Если бы я мог создать заклинание, использующее время и реинкарнацию, я мог бы...
Эльф начал усыхать, и я наблюдал за этим, словно во сне. Это было не моё воспоминание, но в то же время оно было моим. Я не понимал, что происходит, но я видел себя в воспоминании, которого не помнил.
Это было несколько месяцев после победы над Дикатеном в войне, за месяц до сегодняшнего дня, что не имело никакого смысла. Я просто смотрел воспоминание, используя эльфа как источник энергии для эфира и магии реинкарнации.
---
Теперь, когда они разделены, пора убедиться, что тело и разум будут готовы в будущем. Мои силы терпят поражение направо и налево, Грей сошёл с ума, его клинки режут их, как будто это ничто.
Мне никогда не следовало говорить Драготу убивать его мать. Он уже потерял отца, теперь он на совершенно ином уровне. Просчёт, с которым не справится даже Наследие, но с её помощью я мог бы всё исправить. Я получил искусство эфира Эвиум от дракона, которого убила Сесилия, и теперь пришло время его использовать.
Возвращаясь к сути, я разделил яйцо и создал два. Теперь мне нужно подготовить тело и разум к будущему. Лучший способ сделать это — снова использовать магию времени. У меня остался примерно год, но этого достаточно, чтобы во всём разобраться.
У Грея больше нет Воли Дракона, но если бы я мог использовать это прошлое, чтобы внушить мысль ребёнку, может быть, только может быть, я смог бы заставить его ввести себе проклятие, даже не осознавая этого.
Я уже поместил свои воспоминания в...
---
Воспоминание угасло, когда эльф растворился, оставив после себя лишь кости — его плоть разложилась ещё сильнее, чем у предыдущего. Мой разум лихорадочно заработал. Что это было за воспоминание и как я смог его увидеть?
Неважно как, важно то, что я видел его остатки. Я знал обо всём этом, но, похоже, мы находились в другой временной линии. Я покачал головой, затем кивнул. Это имело смысл, почему бы и нет.
Я уже знал, точнее, знал о Вирионе Лейвине. Я не знал, кем он был, но теперь, кажется, знаю. Он был аномалией, человеком, о котором я раньше не задумывался, но, похоже, он и сам ничего не подозревает, и для меня это уморительно смешно. Он думает, что делает всё это, чтобы защитить свою семью, и при этом не осознаёт, кто он такой, и идёт прямо ко мне.
Теперь мне нужно было вернуть Сесилию. После увиденного мне стало яснее, чем когда-либо, что нужно делать. Но мне нужно было то воспоминание, нужны были его остатки, и нужно было проверить, смогу ли я найти другие. Это могло стать решающим фактором в этой войне, и я отказывался снова проигрывать.
Если это действительно была другая временная линия, то, похоже, это была моя временная линия. Может быть. Я не знал. Мне нужно было увидеть остаток того воспоминания. Для меня ясно, что время действует таинственными путями, путями, которые я до сих пор не до конца понимаю.
Однако то воспоминание доказывает, что либо существуют разные временные линии, либо я стёр и полностью изменил ход истории с помощью магии, и я единственный, кто об этом знает. Поскольку другие люди могут использовать Эвиум, это мог быть второй вариант, но я не понимаю, почему они позволили бы Вириону продолжать жить, если бы знали.
Я позвонил в колокольчик, и через секунду в комнате появились солдаты, уносящие эльфа и приводящие мне нового. Я продолжал расхаживать, думая об этом. Значит, Грей обладал способностью победить и мои силы, и Сесилию после того, как были убиты оба его родителя. По крайней мере, это то, что я понял. Мне нужно было получить остальные воспоминания из той временной линии.
Команды Фантомов, которых я послал убить их, не доложили о себе после выхода из портала, что означало либо они приближаются, либо мертвы. Я велел им сообщить, когда они окажутся рядом с нашими силами в Звериных Полянах, а они этого не сделали, что говорит мне о том, что они, скорее всего, мертвы.
Вирион Лейвин, без сомнения, но как он мог узнать? Это не имеет смысла, хотя, с другой стороны, имеет. У него есть эти клоны по всему континенту, уверен, что и здесь тоже, но я понятия не имею, где и как их обнаружить. Они больше не были людьми, что делало это практически невозможным.
Косы и Слуги могли сделать это раньше, когда он не был так силён, но теперь это была бы бессмысленная погоня. Я собирался в ближайшее время обрушить ужас на Этрил, чтобы просто захватить мальчишку. Если бы я знал всё это годы назад, я бы держал его взаперти, пока не был бы готов. Я уже ловил его раньше, смогу поймать и снова, даже если у него есть армия.
Солдаты вернулись в комнату, на этот раз с эльфийкой. На ней были лохмотья вместо одежды, порванные, скорее всего, этими солдатами. «Разбежались!» — прошипел я на них, чрезвычайно рад продолжить. Мне нужно было узнать больше, мне нужно было всё больше и больше информации. Я не проиграю.
Я схватил пробирку и сорвал крышку, высвобождая магию эфира и феникса и направляя её к эльфийке, которая смотрела на меня с ужасом, зная, что произойдёт. Она знала, что умрёт. Они все знали. Они знали, что любой, кто попадал сюда, обычно умирал или хотел умереть.
Я наложил на неё заклинание и попытался вернуться в то воспоминание, используя эту эльфийку как источник энергии для заклинания. Хоть оно и работало не так, как я хотел, этого было достаточно, чтобы помочь мне.
После секунды-другой концентрации я снова оказался в воспоминании.
---
У Грея больше нет Воли Дракона, но если бы я мог использовать это прошлое, чтобы внушить мысль ребёнку, может быть, только может быть, я смог бы заставить его ввести себе лекарство, даже не осознавая этого.
Я уже поместил свои воспоминания в его разум, но другим способом. Они не могли быть моими воспоминаниями, иначе он бы никогда не развился. Воспоминания приняли форму книги, таким образом он думает, что он такой же, как его брат, и будет вдохновляться им.
Я не знаю, как он на всё отреагирует и что будет делать, но факт в том, что с его силой он будет процветать в мире до того, как я нападу на Дикатен, а затем проявится его истинная природа. Это если он примет проклятие, которое я помещу в нескольких мана-зверей, чтобы он точно его получил.
Это творение будет служить двум целям. В любом случае, оно станет решающим фактором в этом мире. Я знал, что Сильви и Грей тоже путешествовали во времени, Сильвия тоже, но это не имело значения. Как только я всё это запущу, останется лишь вопросом времени, прежде чем мы все будем стёрты из существования.
---
Эльфийка умерла быстрее остальных. Я вздохнул, позвонил в колокольчик, и мои мысли вернулись к Вириону Лейвину и этому другому времени. Мне нужно было знать всё, и я узнаю. Мне нужно было использовать другой источник энергии для поддержания заклинания. Не эльфа, а асуру. Может быть, тогда я смогу дольше оставаться в каждом воспоминании.