Точка зрения Айви Лейвин
Я увернулась от ещё одного чёрного шипа, обошла два уже торчавших и вонзила оба своих клинка ему в грудь, прямо в рёбра. Он отбил их оба, ударил меня кулаком в лицо, отбросив назад, затем взмахнул мечом, и я почувствовала, как он попал мне в грудь, оставив порез прямо под ней.
«Ах», — выдохнула я, когда моё зелёное платье оказалось разрезано и по нему потекла кровь, но я продолжала сражаться, не обращая внимания на боль. Я отразила ещё один удар, а затем ещё, когда Деймон начал телепортироваться туда-сюда, атакуя меня мечом или создавая шипы вместо себя.
Мои лозы замедлились, они скорее стали защитным барьером, так как я останавливала любой шип, который подбирался слишком близко, заставляя их, по сути, душить его, чтобы замедлить, прежде чем он до меня доберётся. Деймон взмахнул клинком, я парировала, ударила своим по его рёбрам, слегка их порезав, а затем меня отбросило назад, когда он снова ударил меня в лицо.
Я отшатнулась, пригнулась под его мечом, затем отразила следующую атаку, чувствуя, как моё сердцебиение учащается по мере продолжения боя, но моя улыбка не сходила с лица; это было одновременно весело и раздражающе из-за этой дурацкой способности.
Я никогда в жизни так не ненавидела теневой шаг, как в этот самый момент; я не понимала, насколько он силён, пока не столкнулась с ним в бою. Он просто продолжает телепортироваться туда-сюда, и я ничего не могу сделать, чтобы его остановить, даже когда мои лозы обвиваются вокруг него, ничего не происходит, это так бесит.
Он продолжал нападать, замахиваясь мечом мне на голову, а затем, сделав теневой шаг, полоснул по ногам, снова ранив колено, которое он уже повредил; казалось, он пытался меня покалечить, и если так, то у него это отчасти получалось.
Я отразила его следующую атаку, выпустила лозы вперёд, и когда они приблизились к нему, из него вырвались ветряные лезвия, разрубив их на куски. Я резко остановилась, взмахнула мечом, оказавшись рядом с ним, он пнул в мою сторону, но я отступила и продолжила атаку.
Он поднял свой клинок и парировал атаку, затем ударил кулаком и попал мне в лицо, сбив с ног. Я почувствовала внезапное давление сбоку — мои братья и сёстры всё ещё сражались с Эноном, им нужно было как можно скорее закончить этот бой.
Я думала, они будут доминировать, но сейчас так не казалось. Я направила лозы на Деймона, снова разделив нас, пока он рубил их своим клинком и ветряными лезвиями. Я продолжала их выпускать, готовясь появиться рядом с ним, как только увижу возможность.
Я выпустила ещё больше лоз позади него, направив их ему в спину, но ветряные лезвия вылетали со всех сторон его тела. Я забыла, насколько силён мой брат; это, мягко говоря, тревожно. Я скучаю по нему.
Однако я могу его убить, я убью его ради нас обоих и ради него самого. Я рванулась вперёд, увидев брешь, перепрыгнула через одну лозу, проскользнула под другой, и когда мимо меня пронеслось ветряное лезвие, я вонзила свой клинок в грудь Деймона, пустив кровь.
Я оказалась позади него, когда он немного пошатнулся, замахнулась клинком ему на шею, но он наклонился вперёд, и мой клинок прошёл над его головой. Он развернулся, отразил мою вторую атаку, и именно тогда я заметила нанесённую мной рану.
Он был довольно сильно ранен моей последней атакой, так что, если я продолжу наступление, я должна быть в состоянии закончить этот бой прямо сейчас, даже в моём состоянии я могла бы покончить с ним, если бы нанесла ещё один хороший удар. Я отразила его атаку на шею, выпустила из груди лозу, которая обвилась вокруг меня.
Лоза схватила его меч прежде, чем он успел её перерубить, удерживая его в воздухе. Взгляд Деймона встретился с моим, и он понял, что в беде. Мой клинок снова устремился к нему и ударил его в рёбра, глубоко вонзившись, но когда я это сделала, ветряное лезвие ударило по лозе и моей груди, нанеся урон и мне.
Я отшатнулась, он тоже, и мы оба приземлились на задницы, глядя друг на друга, истекая кровью. «Позволь мне закончить это, Деймон», — сказала я ему, качая головой и тяжело дыша. Лозы вокруг меня помогли мне встать. «Даже если ты убьёшь меня, ты не сможешь победить».
«Это моя миссия», — ответил он, медленно поднимаясь на ноги. «Если я смогу убить хотя бы тебя, это всё равно будет для нас победой». Я разочарованно покачала головой. «Я должен попытаться, Айви, это для твоего же блага, для нашего блага».
«Сомневаюсь», — сказала я ему, а затем задала другой вопрос. «Почему ты это делаешь?» Я сделала паузу после вопроса, а затем продолжила: «Я знаю, я уже спрашивала, но я больше не вижу смысла. Ты должен просто позволить мне убить тебя, ради твоей семьи, даже если мир рухнет, ты должен выбрать нас».
Он пошатнулся, я это видела, он хотел что-то сказать, но его прервали собственные мысли. «Семья?» — вопросительно произнёс он. «Я не могу». Деймон казался другим, каждый раз словно кто-то другой говорил через него. «Я не могу позволить тебе убить меня, не попытавшись».
Вокруг него взметнулись лозы; я не собиралась спорить, я не могла дать ему времени на исцеление, этот бой был окончен, пока я могла наносить ему удары. Они окружили его, он выпустил ветер во все стороны, срубая их.
Однако, когда лозы упали на землю, я оказалась перед ним. Его глаза были устремлены на меня, но он был спокоен, он знал, что этот бой закончится прямо здесь. У него не было шансов; мой брат, похищенный и возвращённый к жизни, кем бы он ни был, умрёт.
Когда мой клинок приближался к его шее, его клинок пытался подняться, но не успевал. «Спасибо», — пробормотал он, и мой клинок вонзился ему в шею, и когда его голова упала с тела, я что-то почувствовала.
Я почувствовала то, чего никогда не думала, что почувствую — боль, но не физическую, я только что убила своего брата, это была эмоциональная боль. Я испытывала к нему раскаяние, чего, как мне казалось, во мне быть не могло.
Кажется, я действительно выросла из той, кем была раньше, но убить своего брата — это то, что, я никогда не думала, возможно. Его тело растворилось в фиолетовых частицах, я полагаю, это был эфир, но кто знает, мне было всё равно.
Я почувствовала, как меня охватывает печаль, но тут меня накрыло что-то другое — гнев, я хотела убить того, кто его сюда принёс. «Чёрт!» — крикнула я вслух, затем обернулась и посмотрела на своих братьев и сестёр; они были вместе, глаза Розы были устремлены на меня, а Найт и Ганнер были на земле рядом с Рэйвен.
Они убили Энона, я знала, что они смогут, я просто думала, что это будет быстрее, вот и всё, но это, что бы они ни делали с Рэйвен, исцеляя её, не выглядело хорошо. Я направилась к ним, чувствуя, как моё тело болит от его ударов; те, что пришлись по коленям, болели при каждом шаге, а тот, что в груди от последнего ветряного лезвия, всё ещё заживал.
«Айви», — сказала Роза, обходя ребят на земле с Рэйвен. «Ты в порядке?» — спросила она, почувствовав мой гнев и печаль. «Ты сделала то, что должна была, ты ведь это знаешь?» Я кивнула, подойдя к ней, и она взяла меня за бок и начала осматривать рану.
«Я в порядке, Роза, у меня есть исцеляющая магия», — сказала я ей, и когда она отступила, мы обе посмотрели друг на друга простым взглядом, затем она кивнула. «Что здесь произошло?» — спросила я, медленно опускаясь на колено у головы Рэйвен.
«Я пожертвовала собой ради своей глупой сестры, чтобы мы могли его убить», — сказала Рэйвен, сплёвывая кровь, и когда я посмотрела на её раны, мои глаза не расширились, но расширились бы, если бы она на меня не смотрела. «Это был единственный способ его убить, иначе он бы изрубил её на куски».
Я перевела взгляд с ран на Рэйвен, затем на Найта; его глаза теперь были устремлены на меня, и я видела в них, что ему было трудно её исцелить, что неудивительно с такими дырами в ней. «У меня проблемы с закрытием ран».
«Рэйвен, не говори», — сказала я ей, глядя вниз. «Береги дыхание». Она посмотрела на меня, и я положила руку ей на плечо, вливая эфир и ману в её тело, готовясь исцелить её с помощью остальных. «Если бы отец был здесь, всё было бы иначе».
«Я знаю», — ответил Найт, зная, что мы, возможно, не сможем её исцелить. Я не могла потерять ещё одного родного человека, не так. «Просто сосредоточься, мы можем хотя бы замедлить кровотечение, удерживать кровь в ней как можно дольше, чтобы закрыть раны».
Её органы были повреждены, в этом была настоящая проблема; дыры были в плохих местах, повреждены лёгкие, почки, сломаны рёбра и, ну, её сердце. «Все остальные в порядке?» — спросила я, оглядываясь, желая знать, в безопасности ли остальные мои братья и сёстры.
Все они кивнули, и я снова сосредоточилась на исцелении сестры, зная, что если отец не прибудет в ближайшее время или мы не вернём её в Тегрин Келум, мы не сможем её спасти.
«Какого чёрта происходит?!» — раздражённо сказала Роза, взмахнув руками, возвращаясь к размышлениям о том, что происходит с этими двумя людьми, которых мы сразили и которые вернулись к жизни. «Секунду назад мы были на поле боя, а теперь мы здесь, какого чёрта?!»
«Я не знаю», — ответила я ей, не имея особого ответа. «Это как-то связано с эфиром или судьбой, кто-то пытается нас убить, это всё, что имеет значение». Я тоже начала об этом думать, закрывая раны и восполняя часть её крови.
Если они просто послали Энона и Деймона, чтобы убить нас, что мешает им вернуть всех, кто умер? Агрону, Кезесса, Каделла, всех подобных им, для нас было бы нехорошо, если бы они всех разделили.
С другой стороны, мы стали сильнее, а они — нет, возможно, я не знаю точно, но если я правильно догадываюсь, кто-то ещё может направляться сюда, чтобы убить нас, это единственная логичная причина, по которой мы всё ещё здесь.
«Роза», — произнесла я имя своей сестры и посмотрела на неё. «Будь начеку».
Она одарила меня растерянным взглядом. «Начеку чего?» — спросила она. «Никого не видно, и мы убили тех, кто пытался нас убить».
«Думаешь, они пришлют других?» — спросил Найт, придя к тому же выводу, что и я. «Это имело бы смысл, но кого ещё?»
«Я полагаю, отец и Артур где-то сражаются, раз мы здесь, значит, и они тоже», — сказал Ганнер, и я кивнула; вот почему я чувствую, что это ещё не конец. Если бы они убили тех, с кем сражались, мы бы вернулись на поле боя с асурами.
«Именно», — сказала я. «Будьте начеку, это может быть только первый раунд». Я надеялась, что это не так и что всё кончено, потому что если они были разминкой, то убить того, кто придёт следующим, будет непросто. «И мы все ранены».
Глаза Рэйвен теперь были закрыты, но она всё ещё медленно дышала, её сердцебиение тоже замедлялось — нехорошие знаки. Раны были закрыты, дыр в ней больше не было, но внутренние повреждения были слишком серьёзными, чтобы мы могли справиться с ними в одиночку.
Мы не можем восстанавливать органы так же хорошо, как отец; Деймон был единственным из нас, кто на это способен, и, ну, он теперь снова мёртв, так что мы не могли рассчитывать на то, что он вернётся и исцелит её. Я не могла потерять и её; Рэйвен была сумасшедшей стервой, но она была моей сестрой.
Отец, пожалуйста, приди и помоги нам...
«Полагаю, мне придётся подойти к этой ситуации немного агрессивнее», — услышала я голос позади себя, и в одно мгновение голова Ганнера оказалась на земле. «Пешки не смогли справиться с грязной работой».
Я резко обернулась, и когда я поднялась на ноги, в меня полетела фиолетовая коса; я не смогла её почувствовать, но едва увернулась. Я бросила взгляд на Розу, она стояла на коленях, тяжело дыша и кашляя кровью.
Найт бросил на меня встревоженный взгляд, зная, что это добром для нас не кончится. Фигура перед нами была неизвестна, я никогда не видела их раньше — мужчина, джинн, если судить по эфирной форме, в которой он был.
«Мне жаль, дети, вы никогда не должны были существовать», — сказал он с сочувственным, но уверенным выражением лица. «Эта временная линия несовершенна, я должен исправить её во благо мира».