(Один месяц спустя)
Я сидел в медитации на полу своей комнаты — это был отличный способ успокоиться. Здесь я чувствовал себя расслабленным и в безопасности. Не было никакого желания убивать, будто я находился на пляже, наслаждаясь жизнью. В это время я пытался забыть обо всём, что происходило вокруг.
Я открыл глаза и потянулся. Я делал это уже какое-то время, и теперь пришла пора либо тренироваться, либо поглощать ману. Сегодня я решил заняться рогом Уто и впитать огромное количество маны, содержащейся в нём. Я знал, что это пробудит во мне что-то, например, мои мысли, но я собирался достичь белого ядра.
Я активировал своё кольцо маны и достал из него один из его рогов. В руке он ощущался странно — на нём были борозды, а конец был острым. Эта штука выросла из головы Уто, и это довольно круто.
Представьте, если бы у меня были рога. Если бы я был Драконом или Вритрой с моей магией крови, я был бы поистине непобедим. Боже, я даже не знаю, что произойдёт, если я смешаю свою магию крови с эфиром.
Я сжал рог и начал медленно поглощать ману внутри него. Без активированного кольца вся она направлялась в Акклорит на моей ладони. Я чувствовал, как тьма проникает в меня, напоминая об ауре Уто, что было логично, ведь это принадлежало ему.
Это было похоже на то, как тёмное облако окутало мой разум. Мои глаза начали закрываться, но я, обеспокоившись, выронил рог. Я знал, что у Артура были трудности с поглощением этой маны, но меня это напугало. Я поднял рог, и всё вокруг начало проясняться.
Если я поглощу это, это может перенести меня в воспоминание Уто, а я этого не хотел. Должен был быть способ предотвратить это. У Артура не было моей техники поглощения. Возможно, если я буду делать это и направлять ману в ладонь с постоянной скоростью, а не так быстро, как могу, то смогу избежать погружения в воспоминания Уто и заодно стать сильнее.
«К чёрту», — сказал я вслух, затем активировал «Клятву Крови» и чёрное кольцо на пальце. Мне нужно было создать два пути: один, по которому мана будет идти в ладонь, и другой — в ядро. Я знал, что если просто поглощу её, вся мана направится в Акклорит, а я этого не хотел.
Так что я так и сделал — нашёл два пути, по которым мог направлять входящую ману. Надеюсь, так я не потеряю сознание и сохраню разум в покое. Воспоминания Уто могли повредить моему психическому состоянию, и тот факт, что я осознаю свои проблемы, меня радует.
За дело. Я попытался поглотить ману, нашёл её в роге, и когда тёмные облака вновь сгустились в моём разуме, заставив глаза закрыться, я направил половину маны в ладонь, а половину — в ядро. Я действовал медленно, так как мог это контролировать.
Я будто оказался в тёмной комнате, сидя в пустоте и не имея возможности что-либо делать. Это было облако небытия, очищающее мой разум от всего. Я боялся, что это сделает меня безумнее, но на самом деле это остановило все мои мысли. Я сидел в покое, наслаждаясь тем, что нахожусь в тюрьме тьмы.
Казалось, ничего не происходило, но я продолжал. Я знал, что это должно как-то работать, ведь я не попадал ни в какие воспоминания. Мой Акклорит, во что бы он ни превратился — в существо или оружие, — будет чем-то похожим на Уто, но это меня не тревожило. Знание о Реджисе помогало, хотя на него влияли и другие факторы, сделавшие его тем, кем он был.
Будет ли это волк, змея или дракон — кто знал? Но мне не терпелось это выяснить. Если бы мне пришлось выбирать, я бы хотел дракона или какую-нибудь птицу. Было бы здорово летать на чём-то, как я делал это с Авиером во время битвы, хоть и недолго.
Я достигну белого ядра, несмотря ни на что, и это был мой способ. Этот рог приведёт меня к белому ядру и продвинет ещё дальше. Что я смогу делать, когда наконец достигну его? Мой контроль над маной взлетит до небес, и будет интересно попробовать что-то на этом уровне. Я также смогу летать с лёгкостью, чего не мог делать в битве против Уто.
Это состояние было потрясающим. Я мог оставаться здесь, в темноте, вечно, думая о чём угодно.
Кстати, об Уто. Я знал, что во время войны после его поражения они не прислали никого другого, но так как он был побеждён до основных сражений, у меня было ощущение, что они пришлют кого-то ещё. Я не знал почему или кого, но у меня было такое предчувствие. И дело в том, что я понятия не имел, кто другие Слуги. Они — Слуги, поэтому сильны, но не настолько, как Уто.
«Вир!» — я услышал чей-то голос. «Вир!» — раздалось снова, и я открыл глаза. Передо мной стояла моя мать. «Что ты делаешь? Я позвала тебя четыре раза, а ты будто в другом мире». Я быстро убрал рог обратно в кольцо и повернулся к ней, чувствуя себя обновлённым.
«Я поглощал ману», — честно ответил я, пока глаза привыкали к свету. «Прости, я был сосредоточен». Я встал и улыбнулся ей.
«Что ты держал в руке?» — спросила она строгим тоном. Я опустил взгляд, затем снова поднял на неё. «Я видела, не притворяйся, что у тебя ничего не было».
«Хаа», — я вздохнул и потер голову. «Эм, ты знаешь того Слугу, которого я победил?»
«Да», — ответила мать очень серьёзно.
«Это был его рог. В нём много маны, так что я начал поглощать её», — я пожал плечами. «Это совершенно безопасно, мам, поверь мне». Я был почти уверен, что так и есть — пока ничего не случилось.
«Хорошо. Ты был здесь целый день, разве ты не голоден?» — спросила она. Но я проснулся всего час назад. Что она имела в виду под целым днём"?
«Голоден, но который сейчас час?» — в моём голосе прозвучало недоумение.
«Уже после ужина». Мои глаза расширились от удивления. Мне казалось, что я пробыл в той темноте минуты, а не часы. «А что?»
«Н-ничего», — сказал я. «Да, я голоден, пойду в столовую».
«Хорошо, тогда я пойду с тобой», — мать улыбнулась, взяла меня за руку, и мы вышли из комнаты вместе. «Мы можем провести время вместе».
«Звучит прекрасно», — я улыбнулся ей, и мы прошли мимо стража, который поклонился нам, или мне. Не знаю. Я здесь довольно известен. Некоторые стражи даже знают о том, что я стал Копьём — они кое-что подслушивают. «Что ты делала сегодня?» — спросил я, всё ещё потрясённый тем, что пропустил целый день.
«Мы с твоим отцом наблюдали, как тренируется Элли, с балкона. Она становится довольно хороша», — я кивнул. Да, она и правда становилась сильнее. «Что касается силы, Элли равняется на Артура и тебя, но ты, наверное, и сам это знаешь».
«Знаю», — а почему бы и нет? Оба её брата — монстры в бою. «Я стараюсь тренироваться с ней, это приятно».
«Я знаю. Я рада, что ты был здесь всё это время. Я очень скучала по тебе, пока ты был в подземельях», — мать отпустила мою руку и потрепала по спине. Пусть я и силён, но одно оставалось неизменным — я всё ещё был Меньшим. Боже.
«Я тоже рад, что провёл больше времени с вами», — сказал я. «Со всем, что происходит снаружи и внутри замка».
«Как твой контроль?» — она положила руку мне на голову. Ей не приходилось тянуться слишком высоко, так как мы были почти одного роста. «С твоим психическим состоянием, я имею в виду».
«Всё прекрасно, мам. Я выполняю все упражнения, которые дал мне старейшина Вирион», — заверил я её. «Я буду готов вернуться в поле, обещаю».
«Мне не нравится, что ты уже сражаешься, но теперь я чувствую, что тебе вообще не стоит этого делать», — я знал, что она так подумает. «Если ты сходишь с ума, как говорит старейшина Вирион, и они не могут это исправить, я не хочу потерять своего младшего ребёнка».
«Мам, ты никогда не потеряешь меня», — я прислонился головой к ней. «Я люблю тебя».
«Я тоже люблю тебя, Вир», — я отстранился, когда мы вошли в столовую. Я наложил себе еды, так как мать уже поужинала, и сел рядом с ней. «Это говядина с рисом».
«Пахнет вкусно», — сказал я и принялся за еду. Я планировал вернуться к рогу Уто после ужина или чуть позже. Может, стоит провести время на балконе.
«Как тебе?» — спросила мать, когда я запихал в рот ещё одну ложку. «Похоже, тебе нравится».
«Да, вкусно», — я не ел целый день, так что был голоден. «Где папа и Элли?»
«Элли всё ещё стреляет из лука, а твой отец моется», — я взял салфетку и вытер лицо. «Он сегодня тренировался со стражами». Мой отец тренировался с ними, когда я был занят.
«Он говорил, как всё прошло?» — я положил салфетку в пустую тарелку и встал.
«Он сказал, что ещё немного не в форме», — я отдал тарелку служанке, стоявшей у двери на кухню. Она поклонилась мне, взяла её и вышла.
«Он старый», — я рассмеялся, возвращаясь к матери.
«Эй, если он старый, то и я тоже», — она встала и улыбнулась мне.
«Я просто шучу, ты не старая, мам», — я направился к выходу, и она последовала за мной. «Тебе и папе не стоит выходить в поле. Я знаю, что вы об этом думаете».
«Вир, мы идём в поле по тем же причинам, что и ты», — я знал, что они имеют полное право сражаться. Но теперь, находясь в этом мире, зная, что они мои родители, я не хотел этого.
«Мам, я всё ещё считаю, что тебе не стоит», — сказал я, пока мы шли по коридору. «Вам нет необходимости сражаться».
«Это не тебе решать», — я кивнул, понимая.
«Артуру это не понравится», — я произнёс его имя, и она слегка вздрогнула. Я почти уверен, что отец и мать уже приняли факт, что он из другого мира, но, возможно, не до конца.
«Ему придётся с этим смириться», — мать устремила взгляд вперёд.
«Не уверен, что он сможет», — я пожал плечами и посмотрел в пол. «Так же, как ты переживаешь за меня, я буду переживать за тебя и папу».
«Тебе придётся с этим справиться», — она улыбнулась. «Теперь ты поймёшь, что я чувствую».
«Полагаю, так и будет, мам», — я не позволю ничему случиться с ними. В отличие от Артура, я могу создавать клонов, и у меня уже был план. Хотя это не тот план, которым я собирался спасти отца у стены. «Пойдём посмотрим, чем занята Элли. Уверен, она обрадуется нам».
«Мне это нравится», — она обняла меня за плечи. «Пообещай, что всегда останешься моим мальчиком, который поджигал вещи в поместье Хелстиа».
«Это случалось, может, раз или два», — я рассмеялся, отстраняясь. «Не вспоминай об этом».
«Раз или два? Не обманывай себя», — она покачала головой, а я провёл рукой по волосам. «Пообещай, Вир».
«Обещаю, мам. Я не изменюсь».
Я не знал, смогу ли сдержать это обещание. Я уже потерял способность чувствовать сострадание, когда убивал, и у меня были позывы убивать во время сражений. Но, кроме этого, я лишь повзрослел из-за войны. Я уверен, всё будет в порядке.