Точка зрения Артура Лейвина
«Нам пора», — сказал я, стирая с лица последние слёзы. Они оставили на нём следы, но мне было всё равно, кто увидит меня таким, я имел право оплакивать своего младшего брата. Пока мы сидели здесь с Вирионом, осмысливая всё произошедшее, я заставил Реджиса исцелить мою руку и тело.
Сильви не ответила, лишь кивнула, и когда мы поднялись, я поднял труп Вириона с земли. Моя связь, Сильви, просто смотрела на это покрасневшими глазами, в которых читался явный гнев. Всё, чего она хотела, — это спасти его, быть с ним, и теперь этому не суждено было сбыться.
Словно кто-то наблюдал — что ж, я знал, что так и было, — появилась Мелоди, эльфийка. Она начала плакать при виде трупа Вириона, но быстро вытерла слёзы и сказала мне, чтобы я, когда буду готов уходить, выпустил в воздух эфирный взрыв.
Ей повезло, что я исцелился, иначе это было бы невозможно, но я это сделал. И вот, когда мы с Сильви стояли там, я поднял руку и выпустил в воздух эфирный взрыв, и от звука взрыва перед нами открылся портал.
Я бросил на Сильви последний взгляд. Она была сломлена, и ей потребуется много времени, чтобы прийти в себя. Он, может, и был моим братом, и я буду помнить его вечно — даже думать об этом больно, — но для неё он был чем-то большим. Между ними возникла такая связь, что объединила их.
Мы вдвоём шагнули в портал, и когда свет ослепил меня, мы оказались по другую сторону, в комнате Агроны. Я знаю, что это его комната, только потому, что ни у кого другого в этом месте не было бы всех этих мана-зверей и устройств на стенах.
«Артур». Мелоди, с которой я по-настояшему только что познакомился, подошла и провела рукой по лицу Вириона. «Спасибо, что вернул его», — сказала она, а затем провела рукой по моему плечу. «Мне жаль, правда жаль».
Я хотел злиться на неё, на всех, кто следовал за Вирионом, но как я мог теперь? Он... он сделал всё это ради нас. Он сделал это, потому что внутри него сидел монстр, контролировавший его, и без моего гнева на него этот монстр полностью бы освободился с помощью магии крови Вириона.
Я кивнул; слов... что ж, слов не было, я не мог говорить, всё это снова нахлынуло на меня. «Пойдём». Она указала на диваны в комнате со столиком между ними. «Можешь положить его на стол, Артур».
«Хорошо», — сказал я, немного дрогнувшим голосом, но она поняла. Там же, глядя на меня печальными глазами, сидела её сестра. Я не был с ней знаком, но понял, что это она, потому что она выглядела в точности как Мелоди.
«Артур, я сестра Мелоди, Кассандра», — сказала она, вставая, пока я очень, очень, очень медленно клал труп Вириона на стол. «Соболезную твоей потере». Я кивнул ей и слегка улыбнулся, и в этот момент Сильви села на один из диванов у головы Вириона.
«Пожалуйста, садись», — сказала мне Мелоди, и я сел рядом с ней. Близнецы сидели напротив нас, а тело Вириона лежало между нами, что, по правде говоря, раздражало меня, или, вернее сказать, причиняло боль. «Нам многое нужно обсудить, но прежде чем мы начнём, хочешь ли ты сказать что-нибудь ещё Вириону, прежде чем за ним придёт Айви?»
Я посмотрел на Сильви, которая просто смотрела на Вира, и покачал головой. «Думаю... думаю, на данный момент нам достаточно». Она понимающе кивнула, и в этот момент в комнату вошла зеленоволосая девушка с красными, как у Вира, глазами — одна из его детей.
«Айви, отнеси своего отца вниз, в лабораторию», — сказала ей Мелоди, и от её слов моё замешательство только росло. «Оставайся там с ним, не нужно, чтобы с ним что-то случилось, когда он уже мёртв». Я поднял взгляд на Айви, она просто смотрела на Вириона печальными глазами. «Айви».
«Д-да», — сказала она, кивая, и из её тела вырвались лианы, которые обвили Вириона, стягивая его со стола к ней. Уходя, она бросила на меня последний взгляд, признавая моё присутствие.
«Почему в лабораторию?» — спросил я в замешательстве. Почему бы не отнести его в какое-нибудь спокойное, умиротворяющее место для загробной жизни? Я хотел увидеть его перед похоронами, и я уверен, что мои родители и Элли тоже захотят. Что ж, я уверен, многие бы захотели.
«Мы дойдём до этого, Артур, тебе многое нужно узнать, о вещах, которые твой брат планировал годами», — сказала мне Мелоди, и я просто уставился на неё. Сильви откинулась назад, глядя вниз, но всё ещё слушая. «Первое, что ты должен знать, — у меня в кольце маны есть артефакт, который избавит от заклинания порабощения разума, находящегося сейчас в умах некоторых людей».
«В частности, Сесилии», — сказала Кассандра.
«Она слишком долго была оружием», — продолжила Мелоди после слов сестры. «Вирион использовал её и до сих пор использует только из-за её силы. Это было необходимо, и он сожалел о том, что сделал с Нико и ней, но в долгосрочной перспективе это было ради них». Она на секунду замолчала, а затем продолжила: «Он хотел, чтобы у них двоих было будущее после всего этого, жизнь вместе, свободная, в этом мире, в мире и спокойствии, без войны».
Я не ответил, не зная как. Они... они просто перешли прямо к делу, а мне нужна была минута, чтобы осознать смерть Вириона. Однако это всё равно поражало меня: он думал не только о нашем будущем, о своей семье, но и об их. Его методы, может, и не были лучшими, но всё же, даже то, что он всё это спланировал, — поразительно, брат.
«Но все остальные будут освобождены, когда придёт время. Это никогда не должно было быть долгосрочным... ну, не долгосрочным, а вечным, это никогда не должно было быть навсегда», — сказала мне Мелоди. «Нам просто нужен был способ контролировать алакрийцев, верных Агроне».
«Я... я понимаю, просто я никогда по-настоящему этого не одобрял», — сказал я ей, говоря честно и бросая взгляд на Сильви, беспокоясь о своей связи. Она всё ещё молчала. «Однако я благодарен ему. Если он действительно планировал освободить Сесилию и позволить ей и Нико быть вместе, это будет много для них значить».
«Мы знаем», — сказала мне Мелоди, затем бросила взгляд на Кассандру. «Моя сестра расскажет тебе следующую часть. Нам многое нужно обсудить, так что если тебе в любой момент понадобится перерыв, просто дай нам знать, пока что у нас всё под контролем».
«Мне может понадобиться секунда-другая через некоторое время», — сказал я им честно, зная, что Сильви сейчас не в том состоянии, да и, думаю, никто из нас. Я перевёл внимание на Кассандру, ожидая услышать, что ещё они мне расскажут.
«Сейчас в Эфеоте осталось только четыре расы: сильфы, пантеоны, фениксы и титаны, все остальные были, по сути, уничтожены и больше не представляют угрозы», — сказала она. И когда она это произнесла, я был потрясён тем, на что был способен Вирион. Я не одобрял геноцид, но услышать, что он уничтожил четыре расы богов — это... это абсурд. «Он не знал, что ты решишь: избавиться от остальных или отпустить их».
«Я бы предпочёл отпустить их», — сказал я, но затем мои мысли обратились к Кезессу, или, вернее, к Агроне. «Но не думаю, что у нас будет такой выбор». Я покачал головой и добавил: «С Агроной в теле Кезесса он отправится к другим кланам и завербует их, и с его силой и разумом они согласятся».
«Не знаю», — сказала Мелоди. «Мы — Вирион и мы — согласны, что все асуры должны умереть, но прямо сейчас, если бы ты пошёл и покончил с Агроной, всё бы закончилось». Она замолчала, глядя на сестру. «Фениксы миролюбивы, пантеоны не станут нападать, они никогда не любили Кезесса, а два других клана неизвестны».
«Титаны не станут, если мы не нападём первыми», — ответила Кассандра. «Судя по нашим исследованиям, они относительно миролюбивы, а с Вреном здесь мы сможем всё уладить». Это была правда, и у нас был Кордри, пантеон, он мог бы с ними поговорить. «Пока что у меня приказ просто защищать континент, и я буду это делать».
«И всё же, разве вы двое теперь не правители Алакрии?» — спросил я, глядя на них. «С моим братом... с уходом моего брата эти приказы больше не нужны. Мне больно это говорить, но разве этого вы хотите?»
«Твой брат создал вокруг этого континента защиту, которую не сможет пробить ни одна душа», — сказала нам Мелоди. «Нет никого в живых, кто мог бы сюда прорваться, однако, как ты сказал, мы можем следовать планам Вириона по уничтожению других кланов».
«Эти планы должны были вступить в силу только через месяц после его смерти», — сообщила нам Мелоди, но, думаю, её сестра уже знала. «Мы должны немного подождать, привести всех к общему знаменателю, дать времени пройти, пока мы скорбим».
«Тогда, пока что, давайте это пропустим, нет причин сразу переходить к тому, что мы хотим делать сейчас», — сказал я им, размышляя об этом и не желая на самом деле обсуждать геноцид. Я никогда его не поддерживал, это всё мой брат пытался спасти мир по-своему.
«Это кажется хорошей идеей», — сказала нам Мелоди. «Пока мы говорим, оборона совершенствуется, Кровавая Армия, о которой ты слышал и которую видел, находится в Труации вместе с Фантомами, армии полукровок и Фантомов — в Вечоре и Сехз-Кларе, и пока мы говорим, отряды отправляются в Этрил, чтобы снова его запечатать после нападения».
«Нападения?» — вопросительно произнёс я. «Какого нападения?» Я забыл... нет, они говорили мне раньше, гамадриады.
«Напали гамадриады, но клан был уничтожен», — сказала она, говоря спокойно. «Беспокоиться не о чем, континент снова полностью под нашим контролем». Казалось, будто он никогда и не выходил из-под их контроля. «Защита людей — это самое важное, но с этим связано много мелочей».
«Дети Вириона по-прежнему возглавляют Доминионы в качестве Владык, это не изменится, люди уже влюбляются в них сильнее, чем в предыдущих Владык», — сказала Кассандра, и по какой-то причине, какими бы плохими ни были его дети, я уверен, что они справляются лучше. «Всё ещё есть Косы и Слуги, но ничего подобного тому, что было раньше, не происходит, ну, не совсем, с людьми обращаются справедливо».
«Приятно это слышать», — сказал я, и при этих словах подумал о людях, других людях в моей жизни. «Мелоди», — произнёс я имя эльфийки. «Где, где моя семья?» Она бросила на меня настороженный взгляд, пытаясь понять, что сказать, но я знал ответ.
«Они здесь», — сказала она мне. «Когда Вирион сражался с Кезессом, вместо того чтобы оставить их в Итри, он привёл их сюда. Большинство твоей семьи на третьем этаже, либо в своих комнатах, либо в столовых на этаже». Мои глаза расширились, они даже не знают. Как, как мне сказать им, что Вирион мёртв?
«Спасибо», — сказал я, зная, что это место, дом Агроны — больше нет — сейчас самое безопасное место. «Спасибо, что оберегаете мою семью». Эльфийка с рогами Вритра, может, и не самая сильная, но сейчас она была всем, что у меня было — частичкой мыслей Вириона.
«Благодари Вира», — сказала она, кивая. «Есть много других мелочей, о которых нужно поговорить, о будущем, но пока что нам следует обсудить, почему я перенесла Вириона в лабораторию». Она посмотрела на Кассандру, они обменялись странным взглядом, который я не смог прочесть. «Дело в том, что Вирион планировал умереть, он думал, что ему нужно умереть, чтобы избавиться от проклятия или заклинания, которое наложил на него Агрона».
«Да, я хочу узнать об этом побольше», — сказал я, глядя на них, но когда я собрался сказать что-то ещё, Мелоди подняла руку, заставляя меня замолчать, не словами или даже жестом, а выражением её лица.
«Вирион, Артур, он ещё не мёртв», — сказала Мелоди, и мы с Сильви уставились на неё, ожидая, когда она продолжит эту фразу и объяснит, что она значит. «Как я уже сказала, он знал, что умрёт, или должен умереть. Конечно, у этого парня на всё есть план, даже на смерть».
«Конечно, это не гарантировано», — сказала нам Кассандра. «Он ясно сказал нам двоим, что, скорее всего, это не сработает, но в случае его смерти велел поместить тело в лабораторию и поговорить с тобой». Она смотрела не на меня. «Сильви».