Точка зрения Агроны Вритры
Я стоял над своей армией вместе с лордами. Все они находились в долине, прямо у подножия гор, где расположен мой дворец. Вот они, преимущества быть повелителем драконов. О, Кезесс, ты прекрасно здесь устроился. Глупо было покидать дворец и вступать в бой. Сделай ты это, и я бы уже был мертв, а твоя армия, скорее всего, осталась бы в полном составе.
Лорд Адемир стоял рядом со мной; его пантеоны прибыли день или два назад. Сначала он не был на моей стороне, но как только узнал о смерти Вириона Лейвина, то быстро примкнул к нам. Сейчас они — самая могущественная раса, по крайней мере, в бою. Будь другие расы в добром здравии, всё было бы иначе, но из-за их ограниченной численности пантеоны теперь на вершине пищевой цепи.
Однако они не станут нападать, зная, что даже в случае атаки понесут огромные потери, а возможно, и проиграют, поскольку другие кланы верны мне. Леди Майр вернулась в замок, я знал, что не стоит предлагать ей место здесь, это было бы слишком очевидно. Она ничего не подозревала, так что всё шло по плану.
Лорд Грандус был здесь со своей расой титанов, здесь же была и раса фениксов, те, что остались, сильфы и несколько выживших драконов и гамадриад. Нас насчитывалось сорок тысяч — достаточно, чтобы уничтожить весь этот мир.
«Мы готовы выступать», — сказал лорд Адемир. «Эта армия — одна из величайших, когда-либо виденных в Эфеоте, и всё благодаря вам». Он на мгновение замолчал, говоря формально в присутствии других лордов и генералов вокруг нас. «Меньшие будут уничтожены».
«Да, да, будут», — ответил я, улыбаясь, глядя вниз на войска, сопровождавшие долину, огромную долину, вместившую их всех. «Сейчас они не представляют угрозы, но со временем, если мы будем ждать, нам всё равно пришлось бы это сделать».
«Жизнь Вириона Лейвина доказала это, маг крови, первый в своём роде, мы не можем допустить, чтобы это повторилось», — сказал лорд Хачи из клана фениксов, который быстро присоединился к нам, зная правду о реинкарнации. «Он мог бы стать самым опасным человеком на свете».
«Он им и был», — поправил лорд Адемир. «Без обид, лорд Индрат, но этот мальчишка был опасен, вы тоже, но у него были намерения убить нашу расу. Если бы он был ещё жив, мы бы не были сейчас так уверены в себе».
«Никаких обид». Настоящий Кезесс, возможно, и обиделся бы, но я думаю, что смогу это обыграть. Вирион Лейвин был аномалией, как и его брат, два изъяна этого мира: один исчез, другой остался. «Теперь наша единственная угроза — это Артур Лейвин».
Однако Вирион Лейвин сделал для него практически невозможным овладение судьбой, его существование, по сути, и было самой судьбой. Он уничтожил входы в Реликтовые Гробницы, задержал Артура в освоении чего-либо, он, по сути, и был той самой причиной, по которой судьбы в этом мире сейчас не существует и, возможно, никогда не будет.
Это единственная причина, по которой я проиграл в другой временной линии, этот проклятый эдикт, он всё испортил. Он отнял у меня всё. Артур, Грей — он отнял у меня всё. Теперь я сделаю то же самое: он либо умрёт, либо будет жить в мире, где не осталось никого из тех, кого он любит. Я буду держать его в своей темнице, запертым, истощённым, почти мёртвым, столько, сколько он сможет выжить.
«Лорд Адемир, с этого момента вы главный», — сказал я, оглядывая всех. «Армия в вашем распоряжении, ведите её в бой. А пока готовьте их, мы выступаем через неделю». Я сделал паузу, посмотрев на лорда Хачи. «Лорд Хачи, вы вернётесь со мной во дворец для передачи сообщений». Он кивнул, затем я добавил, снова глядя на них всех. «Оповестите свои войска, сообщите им план, убедитесь, что они знают его до мельчайших деталей».
«Так и сделаем», — сказал лорд Адемир, и в этот момент прямо передо мной открылся портал. «С Меньшими будет покончено в своё время». Он был прав, и мой план срабатывал гораздо лучше, чем я предполагал.
Жаль только, что у меня не было тела Вириона Лейвина, способность управлять кровью превосходила моё воображение. Как такое вообще возможно? Как он это сделал? Могу ли я это сделать? Все эти мысли роились у меня в голове. Будь у меня его тело, я мог бы сотворить с этим миром чудовищные вещи, но теперь придётся довольствоваться уничтожением Меньших.
Я просто счастлив, что Вирион мёртв, как и его брат. Будь он жив, он стал бы помехой, которая разрушила бы мой план. Я его создал, я его и убил — это был лучший способ убедиться, что я выйду из этой ситуации победителем.
Я шагнул в портал, лорд Хачи последовал за мной, и мы оказались во дворце, где я теперь жил. Леди Майр была там, ожидая меня. Когда мы шагнули вперёд, я продолжил идти, пройдя мимо неё, так что она начала говорить с лордом Хачи, находясь у меня за спиной.
«Как всё прошло?» — спросила она, и пока я шёл по коридору, добавила. «Войска собраны?»
«Да», — ответил я. Я знал, что Кезесс не был с ней так уж близок, это была всего лишь договорённость, не больше и не меньше. Он с такой же лёгкостью убил бы её, как и меня, чтобы сохранить свою власть, и думаю, она это знала.
«Ты намерен снова предложить своей внучке место здесь?» — спросила она, и я остановился в коридоре. Немногочисленные оставшиеся стражники опустили взгляды, когда моя аура вырвалась наружу, а затем втянулась обратно, и я посмотрел на лорда Хачи.
«Лорд Хачи, пожалуйста, пройдите в зал совета, пока я переговорю с леди Майр». Он поклонился после моих слов, затем я огляделся. «Все остальные, оставьте нас». Стражники сделали, как я сказал, оставив нас двоих в коридоре.
«Кезесс, она твоя внучка, единственное, что осталось от Сильвии, она заслуживает, чтобы мы снова предложили ей здесь место», — сказала она, глядя на меня. Она постарела, это было очевидно. «Я понимаю, что касается Артура, ему, к сожалению, не будет позволено остаться здесь ни при каких обстоятельствах, но она — наша».
«Нет», — ответил я ей, качая головой, с раздражённым выражением на лице, поскольку мне совсем не хотелось об этом говорить, и это была не игра, я действительно был раздосадован. Сильви была моей дочерью, и она даже не знала об этом, но, с другой стороны, я никогда не считал её своей и не хотел этого. «Она — Меньшая, и останется ею до мозга костей, нет причин предлагать то, от чего всё равно откажутся».
«Ты этого не знаешь». Я искоса взглянул на неё. «Она должна понимать, что у неё нет шансов на победу, неужели ты так не думаешь?» Она была умна, но, очевидно, не настолько. «Я хочу, чтобы наш род продолжился, она единственная, кто может его пронести».
«У нас полно времени», — сказал я, глядя на неё. «Мы найдём способ продолжить наш род, всё в порядке». Я беспокоился, что она попытается перейти на их сторону, поэтому приставил к ней стражу, которая подчинялась мне, а не ей, но она об этом не знала. «Она не наша проблема, через неделю она будет мертва».
«Хорошо», — сказала она, кивая. «Тогда я буду дорожить тем коротким временем, что провела с ней, пока они с Артуром здесь тренировались». Леди Майр, казалось, была ближе к Артуру Лейвину, чем я думал. Я знал, что в моей временной линии она присоединилась к нему, но так и не смог понять почему, не то чтобы присоединилась, но помогла. «Ты ведь сказал им не недооценивать Артура Лейвина, верно?»
«Конечно», — ответил я, глядя на неё с безразличным видом, удивляясь, зачем она вообще затронула такую глупость. «Мы тренировали этого мальчика, ну, ты тренировала по какой-то причине. Я знаю, что он достаточно опасен, чтобы убить асуру».
«Я просто хотела убедиться», — сказала она мне, почти укоризненным тоном, но, думаю, она сдерживалась, зная, что не стоит меня злить. «Этот мальчик владеет Сердцем Мира, а с его контролем над эфиром он превосходит даже нас».
«Именно поэтому я отдал приказ, или, скорее, назначил награду тому, кто сможет его убить и принести мне его тело», — сказал я, почти ведя себя как я сам, но в данной ситуации, я уверен, Кезесс изучал бы его не меньше, чем я. «Я бы очень хотел выяснить, как он создал своё эфирное ядро».
«Я бы тоже», — согласилась она со мной, но не с идеей его вскрытия, я почувствовал это по тому, как она говорила о нём. «Если бы только Вирион Лейвин не спровоцировал эту войну, мы бы со временем смогли спросить у самого Артура».
«Мы бы никогда не получили эту информацию», — заверил я её, прекрасно зная, что он бы нам этого не сказал, он бы хранил это в секрете как можно дольше. «Единственный способ — это исследование, вскрытие, выяснение, как это работает в его теле, как оно построено».
«Что печально», — сказала леди Майр, кивая, теперь стоя боком ко мне. «Мне нравился этот мальчик, он был очень умён и зрел для своего возраста, когда я его тренировала». Она сделала паузу, затем пошла прочь. «Жаль, что у тебя такая вендетта, и что Вирион сделал то, что сделал».
Я знал, что он ей нравился, но сказать мне такое — это, это уже переходит все границы, и она это знает. Моя аура взорвалась, но на этот раз она не вздрогнула, она просто ушла, свернув в другой коридор, оставив меня одного стоять там.
Вероятно, она привыкла к истерикам Кезесса из-за глупых споров. Я собирался что-то сказать, потребовать, чтобы она вернулась, но в этом не было смысла, скоро мне не придётся разыгрывать этот спектакль.
Я развернулся и пошёл по коридору к залу совета, комнате, откуда мы будем руководить наступлением, отдавая приказы, пока мои солдаты атакуют Алакрию. У них было численное преимущество, у нас — сила, это было даже не близко.
У пятерых детей Вириона не было ни единого шанса против нас, даже с Фантомами и кровавыми войсками, они все умрут, это был лишь вопрос времени. Артур Лейвин, он присоединится к ним, Сильви, все, кто является частью этой больной семьи Меньших.
Я вошёл в комнату, внутри был лорд Хачи, человек, который, как я думал, мог бы распознать, кто я такой, но либо не смог, либо хранил это в тайне от всех. Мне было всё равно, что из этого правда, меня волновала только его преданность, и она у меня была.
Его фениксы были здесь, чтобы помочь, и они — миролюбивая раса, но когда дело дошло до приказа выставить войска, он подчинился, и это было всё, что имело значение. Интересно, где принц их расы, сбежавший много лет назад после потери власти. Я убью и его, если смогу найти.
«Всё готово», — сказал мне лорд Хачи, кивая в сторону центрального стола, где лежала карта Алакрии. «Я не знаю, откуда вам известно об этих тайных туннелях на континент, но с их помощью мы сможем войти в Центральный Доминион, не проходя через другие Доминионы, где сосредоточены армии».
«Я отправил шпионов ещё до войны с Агроной, когда был заключён мирный договор, не было необходимости их использовать», — я сделал паузу, солгав фениксу. «Я держал эти знания при себе на случай, если подобный сценарий когда-нибудь произойдёт».
«Умно», — сказал он, не имея ни малейшего понятия, что я и создал Алакрию такой, какая она есть, так что, конечно, я знал об этих вещах. «Меньшие не будут знать, что делать, когда асуры появятся из-под земли, они...» Его прервали, когда карта перед нами изменилась. «Какого чёрта?»
Я обернулся и увидел, как изображение Алакрии сменилось на Эфеот, но не просто Эфеот, а место прямо снаружи, в долине. «Что происходит?» — спросил я, не зная, что случилось, почему изображение внезапно изменилось.
«Я только что получил сообщение от армии», — сказал лорд Хачи, глядя то на карту, то на меня. Другие лорды, не самого высокого ранга, но присутствовавшие здесь из-за своих способностей к дальней связи, тоже посмотрели на него в ожидании ответов. «Четыре сигнатуры маны только что вошли в атмосферу и падают на наши силы».
«Что?» — воскликнул я, требуя больше ответов.
«Это ещё не всё». Я видел это в его глазах и уже догадывался, что он собирается сказать. «Один из них — Вирион Лейвин, Дьявол Дикатена».
Этот грёбаный сопляк всё ещё жив!