«Хорошо, я обо всём позабочусь», — ответил я ему, а затем обратился к Силриту. «Слуга Силрит, могу ли я снова передать через тебя сообщение Агроне?»
«Конечно», — сказал мне Силрит. «Мы закончили?»
«Закончили», — ответил я ему. «Итак, во-первых, ты согласен пойти сразиться с клоном вон там, верно?» Слуга кивнул, готовый пожертвовать частью своих людей, ну, довольно приличная часть погибнет. «Передай ему это сообщение...»
«Я один — единственное Наследие».
Я отвёл ледяной меч назад и вонзил его в сердце Тессии, отпуская хватку магии крови, и она рухнула на землю, больше не стоя на коленях. Мой ледяной меч вышел из неё, и Силрит смотрел на меня широко раскрытыми глазами.
Я смотрел, как Тессия сплюнула кровь, а затем медленно повернула голову, чтобы увидеть моё лицо, и произнесла свои последние слова. «П-почему, Вир? Т-ты…» Она сплюнула ещё больше крови. «Ты был мне как брат…» Её глаза закрылись, когда она сделала последний вздох.
Я пошёл к Силриту. «А теперь иди, сразись с другим клоном, повеселись», — сказал я ему. Проходя мимо трупа Тессии, я поджёг его синим пламенем, сжигая все следы её существования. Слуга просто смотрел на меня, и я пожал плечами. «Нельзя же оставлять следов, верно?»
«Ты сумасшедший», — сказал он и повернулся к своей армии. «Я сделаю так, чтобы для тебя всё выглядело получше», — бросил он мне через плечо, а затем крикнул. «Вперёд!» Армия за его спиной снова начала маршировать — семьдесят пять тысяч солдат направились ко мне. «Удачи», — сказал мне Силрит, углубляясь в Элширский лес к другому клону, который должен был его немного развлечь.
Армия подошла ближе, и когда первая шеренга увидела меня, они закричали. «Щиты!» Вокруг солдат зажглись синие огни, и раздались новые крики. «Это Дьявол Дикатена! К бою!»
В каждом ряду было по сорок человек. Я не мог разглядеть, как далеко они простирались, но это не имело значения. Пока их штурмовики и заклинатели готовились сразить меня, я поднял меч в воздух, и для них время будто замерло.
Я улыбнулся семидесяти пяти тысячам человек передо мной, думая о том, какой урон мне нужно нанести, чтобы выиграть эту битву, думая о том, что я только что убил Тессию. Да уж, безумие вышло на совершенно новый уровень.
«Приготовиться!» — крикнул другой солдат.
Я взмахнул мечом вниз, и в одно мгновение ряды солдат передо мной взорвались. Их кровь хлынула в воздух, вырванная из тел клонами, что выстроились в лесу рядом с их войском.
Начался кровавый дождь, самый настоящий. Это было не какое-то заклинание, а действительно дождь из крови, пока клоны добивали последних из них. Моя одежда полностью промокла. Армия сократилась с семидесяти пяти тысяч до шестидесяти тысяч за считанные секунды.
Я ещё даже не использовал ману. Это заклинание применили клоны в лесу. Оно нанесло огромный вред их телам, так что они не смогли бы поддерживать его для всей армии. Я подошёл к их передовой, вернее, к тому, что от неё осталось, и перешагнул через оставшиеся трупы или прошёл сквозь лужи крови, залившие лесную землю.
Я бросил свой ледяной меч, не желая больше держать оружие, убившее Тессию. Клоны вышли из леса и теперь сеяли хаос в центре их войска, пока я шёл с фронта. Они не продержатся долго после использования такого мощного заклинания на таком количестве солдат, но это было частью плана, так что не имело значения.
В поле зрения, в сорока ярдах от меня, показалась первая шеренга живых людей. Усилив зрение маной, я мог видеть ужас в их глазах, когда они смотрели то на меня, то себе за спину, на других клонов.
Моя очередь. Я окружил своё тело ветром, к которому присоединилась кровь с земли. В каждой руке сформировалось по ледяному кинжалу. Жаль, у меня не было «Монарха Крови», но это была битва не на выживание, а скорее на то, сколько людей я смогу убить за отведённое время.
Я исчез на глазах у солдат и появился прямо рядом с Щитом. Его глаза расширились, когда мой кинжал вошёл ему в череп. Я увернулся от огненного меча, метнулся к следующему Щиту, подавил его ядро, из-за чего его щит исчез, а затем перерезал ему горло. Уклонившись ещё от пары атак, я выпустил кружащуюся вокруг меня кровь во все стороны, убив десять человек.
Посох ветра нацелился мне в голову. Я шагнул в сторону, наблюдая, как он пролетает мимо, и метнулся к животу солдата, вонзив в него свой кинжал. Я отшвырнул его тело в толпу солдат, получил стрелу в грудь, не обратив на неё внимания, поскольку я был клоном.
Я шагнул в сторону, перекатился, оттолкнулся от трупа, а затем метнул оба кинжала в горло двум солдатам, одновременно подавив ядра всех вокруг, чтобы их не защищали щиты. Приземлившись после прыжка, я сотворил ледяной меч в правой руке и раскрутил его.
Я отразил клинок, заколол одного, отбросил другого, выпустил в них водяные косы, обезглавив и разрезав нескольких пополам. Я уклонился от очередной атаки, пнул напавшего солдата на землю, а затем вонзил в неё ледяной клинок, убив за несколько секунд.
Я слегка увёл голову в сторону, когда в меня полетело ещё одно копьё, схватил его свободной рукой, притянул солдата к себе, а затем пронзил его своим клинком, оказавшись за его спиной, когда он упал на землю.
Я слышал и чувствовал крики их войска вдалеке. Клоны просто сеяли хаос, истребляя десятки за раз. Это было потрясающе, всё шло по нашему плану, всё должно было получиться.
«Убейте его!» — крикнул солдат, замахиваясь на меня мечом. Я растерянно посмотрел на него, уклоняясь от атаки, а затем вонзил в него свой ледяной меч. «А-а-а-а!» Я сбросил его с меча пинком, затем развернулся и обезглавил женщину, бежавшую на меня с топором.
Огненный шар, водяная вилка, лезвие ветра и несколько других заклинаний полетели в мою сторону, и избежать атаки было невозможно. Они собирались убить своих же людей, чтобы убить меня.
Я быстро убил ещё одного солдата, вытянув из него кровь, чтобы создать над собой кровавый щит. Я мог умереть, но не быть уничтоженным. Алакриец замахнулся топором мне на голову, пока я манипулировал кровью, но я поймал его руку, сломал её, а затем вонзил свой меч ему в грудь.
Я отпустил меч и его руку, позволив трупу упасть на землю, а затем почувствовал и увидел, как их заклинания попали в их же солдат или в мой щит, заставив всех вокруг меня паниковать, ну, тех, кто мог. Некоторые из них лежали на земле, истекая кровью, с оторванными конечностями или просто не в силах двигаться из-за моей чистой ауры.
Заклинания прекратились. Я манипулировал кровью, из которой состоял щит, и сформировал маленькие копья, которые вонзились в тела солдат, переживших этот небольшой обстрел, и они, как мухи, повалились на землю.
Я быстро увернулся от стрелы, летевшей в глаз, позволив ей пролететь мимо, пронзил мечом ещё одного солдата и закричал. «Кто следующий?! Давайте!» Это было весело, даже для меня, клона. Это был мой конец, но я влиял на этот мир. «Это не может быть всё, на что вы способны!»
На меня с криком бросился солдат. Я увернулся от атаки, пнул его под зад, отправив в другого солдата, развернулся, сотворил меч и обезглавил ещё одного, увернулся от другой атаки, отбил молот на землю.
Я не дышал тяжело, так как у меня не было таких органов. Мне, по сути, не нужно было дышать, я делал это, чтобы выглядеть нормальным, но на самом деле в этом не было необходимости. Я увернулся от меча, топора, вырвал кровь из этих двух солдат, а затем выстрелил ею в приближающуюся группу, убив ещё семерых.
«Где Слуга Силрит?!» — кто-то крикнул, но никто не ответил, поскольку они продолжали пытаться окружить меня, но я постоянно двигался, усложняя им задачу. Я метнул меч в грудь солдата, поймал запястье с топором, и вдруг оказался на земле, потому что меня сбил с ног алакриец.
Меня начали бить руками и ногами. Почему-то я закрыл лицо, как будто мне было больно, а потом всё прекратилось, когда кровь в их телах пришла мне на защиту. Солдаты вокруг меня упали на землю безжизненными, а их кровь образовала вокруг меня стену, а затем выстрелила во все стороны, убив ещё несколько десятков.
Я знал, что не пытался выиграть эту битву, но они всё продолжали наступать, зная, что их ждёт смерть, если они подойдут ко мне слишком близко. Я увернулся от меча, затем от ещё одного топора, убил мечника, сотворив и метнув кинжал ему в горло, затем сломал руку владельцу топора и использовал его тело как щит, позволив ему попасть под какой-то луч маны, который его и убил.
Интересно, как там настоящий я. Наша ментальная связь существовала, но поскольку он был настоящим мной, я не мог заглянуть в его воспоминания, это работало только в обратную сторону. Он сказал, что потерял много крови, что, скорее всего, означает, что Агрона пытал его, пока он был в Алакрии.
Будем надеяться, что с ним всё в порядке. Я даже не знаю, что произойдёт, если он умрёт. Я только что убил Тессию, так что, если он умрёт, я не знаю… лучше не думать об этом. Я и сам скоро умру. Я сотворил вокруг себя воду, и когда солдаты вошли в неё, я заморозил её, заставляя лёд распространиться по их телам, замораживая их насмерть.
Именно тогда в мою сторону полетел ещё один залп атак от заклинателей вдалеке, и когда я собирался поднять кровь своих врагов в небо, чтобы защитить себя, моё зрение начало пропадать, так как мана была на исходе.
«Чёрт!» — произнёс я, слегка пошатнувшись. Тут же в плечо ударил меч, сбив меня с ног, и пока я смотрел на приближающийся залп заклинаний, в бок вонзился ещё один клинок. Заклинания ударили в землю вокруг меня, некоторые попали в меня, и в глазах потемнело.
Когда зрение вернулось, я пару раз моргнул и понял, что лежу на лесной земле. Моей правой руки не было, обе ноги сломаны, тело обгорело до хрустящей корочки. Но я перекатился, оттолкнулся одной рукой, но был остановлен клинком, окружённым маной воды, который отрубил и её, уронив меня на землю.
«Ха-ха-ха», — рассмеялся я, уткнувшись лицом в грязь, не в силах больше двигаться и зная, что наша работа в качестве клонов завершена. Я почувствовал, как чья-то рука коснулась моего плеча и перевернула меня. Подняв глаза, я увидел толпу алакрийских солдат, смотрящих на меня сверху вниз. «Если вы думаете, что я — настоящий Дьявол Дикатена, вы ошибаетесь. Я всего лишь клон». Их глаза были широко раскрыты, в них читался явный страх, пока я продолжал. «Если вы думаете, что одолеть меня было трудно, повеселитесь с настоящим Дьяволом!»
Я смотрел, как один из солдат подошёл ко мне, окружил своё копьё ветром, а затем вонзил его мне в череп, убив меня, или уничтожив, называйте как хотите. Моя работа была выполнена. Клоны Вириона Лейвина в одиночку убили двадцать пять тысяч солдат, а значит, в этом войске осталось всего пятьдесят тысяч алакрийских магов.
Я лишь надеюсь, что план в Зестире тоже нанесёт урон. Надеюсь, мы уничтожим ещё хотя бы двадцать-двадцать пять тысяч. Я знаю, что мы не убьём их всех, но всё же это огромный урон для такой большой армии.
---
Точка зрения Вириона Лейвина (Клон 2)
«Всем приготовиться!» — крикнул я из рядов ударного отряда, а затем повернулся к посыльному. «Отправь это Леонидасу: настоящий Вир повержен, я последний оставшийся клон, который может сражаться. Мы сократили их число до пятидесяти тысяч магов».
Глаза солдат вокруг меня расширились, когда они узнали о поражении настоящего меня. «Ч-что значит, настоящий ты повержен? Где принцесса?» — спросил человек, общавшийся с Леонидасом, и все уставились на меня, ожидая ответа.
«Настоящий я жив, просто без сознания, его тело спрятано. А принцесса...» — я сделал паузу, думая о Тессии, а затем сказал. «...Принцесса мертва. Теперь мы должны выполнить нашу задачу, иначе погибнет ещё больше людей, так что оплакивать павших мы будем после битвы!»
Солдаты были в шоке от этой новости, но тут один из них крикнул. «Мы сделаем это ради принцессы! Мы сделаем это ради Копья Вириона! Пусть они почувствуют нашу ярость!» Солдаты начали кричать, охваченные восторгом, скорбью, гневом. Это было идеально.
Я вышел вперёд, зная, что мне лучше всего вести их за собой. «Приготовьтесь! Нас значительно превосходят числом, но это ничего не значит! Я могу быть клоном, но я всё равно сражаюсь ради Дикатена!» Марш солдат сотрясал землю, пока они приближались к нам. У меня оставалось около половины маны, и я поглощал ещё, но в этой битве она закончится очень быстро.