Старый даос из колыбели даосизма был одет в ветхое даосское одеяние. С седыми волосами и юношеским лицом, возрастом он уже перевалил за тысячу лет. Он сообщил Е Фаню, что на Пэнлае, возможно, есть путь, ведущий за пределы небесного свода.
Однако он также ясно дал понять, что обитатели этого бессмертного острова почти не ступают на земли Срединного государства, и увидеть их там можно раз в несколько сотен лет, а чужакам отыскать их крайне трудно.
Пэнлай с древности почитался как обитель бессмертных — божественная гора, где посреди моря жили небожители. В древние времена земные императоры из числа простых смертных, стремясь обрести снадобье вечной жизни, часто посылали корабли в море.
Услышав это, Е Фань почувствовал, как в сердце что-то дрогнуло. Он выразил благодарность, подарил даосу немного ценных одухотворённых трав, а также поделился многими тайнами совершенствования, и лично проводил старого даоса за ворота горной обители.
«На суше — Куньлунь, в море — три горы». Это речение передавалось с древности. Одной из трёх гор и был Пэнлай — немеркнущая родина бессмертных.
Обладавший великими замыслами ханьский император У-ди, гоняясь за бессмертными и ища долголетия, повелел соорудить во дворце Ганьцюань искусственное озеро Тайи, посреди которого возвышалась прославленная в легендах бессмертная гора Пэнлай, и затраты на это были колоссальны.
Но самым известным, конечно же, был Первый император. Как известно в народе, он повелел магу Сюй Фу с несколькими тысячами отроков и отроковиц выйти в море на поиски бессмертных, и тот уплыл, чтобы никогда не вернуться.
Е Фань серьёзно размышлял. С тех пор как он вернулся, он обошёл почти все древние даосские поля, но так и не обнаружил древнего звёздного пути, ведущего за пределы небесного свода. А ведь в древние времена на земле было множество великих мудрецов, и все они в конце концов ушли — как бы то ни было, должны были остаться какие-то зацепки.
— Возможно, это и впрямь в бессмертной земле Пэнлай, — пробормотал он. Только даосские поля в море ещё не были им обысканы.
Е Фань вышел в море. Верхом на драконьей лошади, он взял с собой Чжан Цинъяна, Ю Вэйюя и других учеников. На этот раз они настойчиво захотели последовать за ним, полагая, что Е Фань, как и в Куньлуне, отправляется на поиски сокровищ.
В «Книге гор и морей» записано, что в море есть три бессмертные горы: Пэнлай, Инчжоу и Фанчжан. На этих горах — обители бессмертных, и там растёт снадобье вечной жизни.
Эти три бессмертные горы были чрезвычайно знамениты с древности и назывались Восточной бессмертной землёй. С их возвышением они едва не вытеснили славу Западного Куньлуня. Когда в народе заходила речь об обители бессмертных, чаще вспоминали Пэнлай и реже — Куньлунь.
Бирюзовое море вздымало валы, величественное и безбрежное, насколько хватало глаз. Лишь войдя в море сам, можно было ощутить эту бескрайность, позволяющую распахнуть душу.
— Учитель, есть ли в этом море дворец дракона, и можем ли мы туда заглянуть? — внезапно спросила Янь Сяоюй.
— Даже если и есть, то лишь несколько цзяо-драконов. Чтобы попасть в гости в пещерную обитель истинного дракона, нужно иметь столь высокое положение, как у Великого императора древности, — пренебрежительно ответила драконья лошадь.
За эти годы её гордыня ничуть не убавилась, но, столкнувшись с властным человеческим святым телом, даже будучи драконом, ей приходилось свернуться кольцом, и потому она не могла поднять особых волн.
Прошло полмесяца с тех пор, как они вышли в море, но всё было безуспешно. Они не знали, в какой стороне находится бессмертная гора Пэнлай, зато обнаружили полуразрушенную древнюю пещерную обитель, давно затопленную морской водой.
Е Фань ничего не мог поделать. Бессмертные горы в море отыскать было труднее всего. Их обитатели не пересекались с практикующими на суше, оставив после себя лишь несколько легенд.
— Скорее всего, это в Бохайском море, — пробормотал Е Фань, распространяя своё могучее божественное сознание на поиски, надеясь обнаружить аномалию и уловить ауру древней формации.
В «Исторических записках» сказано: «Со времён Вэй-вана, Сюань-вана и Янь Чжао-вана посылали людей в море искать три божественные горы: Пэнлай, Фанчжан и Инчжоу. Говорят, они находятся в Бохайском море, недалеко от людей. Но стоит кораблю приблизиться, как ветер уносит его прочь. Говорят, были те, кто достигал их. Все бессмертные и снадобье бессмертия находятся там».
— Хлоп!
Внезапно вдалеке взметнулись волны высотой в десятки чжанов¹, а затем возник гигантский водоворот, грозивший затянуть Е Фаня и остальных.
¹ 1 чжан ≈ 3,3 м
— Это огромная морская устрица! — вскрикнула Янь Сяоюй.
Под водой старая устрица длиной в несколько десятков чжанов раскрыла свои створки, словно заглатывая небо и землю. На море поднялся яростный ветер, и она вознамерилась поглотить их.
Это был матёрый древний демон, почуявший одухотворённую энергию, исходящую от нескольких человек. Если бы ему удалось проглотить их, это принесло бы ему огромную пользу, поэтому он и устроил бедствие на море, желая утянуть их под воду.
— Вот редкость! Столкнуться со старым демоном, практикующим более восьмисот лет и находящимся на уровне Превращения в дракона, — сказал Е Фань.
Чжань Ифань без лишних слов призвал летающий меч, который превратился в ослепительный луч и рассёк море. Тотчас же вздыбились огромные волны, и удар прорубил в воде ущелье длиной в несколько сотен чжанов, силой раздвинув морскую воду в стороны.
— Лязг!
Однако старая устрица была не из простых. Её постижение Дао было глубоким, и способности — незаурядными. Распахнув створки, она выпустила восемнадцать жемчужин морского божества, которые сумели сковать пустоту.
Чжань Ифань попытался вырваться и едва не попал в беду. Объединив семь мечей в один, он прорубил путь к спасению и с трудом вырвался, с выражением потрясения на лице. За эти годы под защитой Е Фаня он пережил несколько испытаний молнией и находился на уровне Превращения в дракона, так что мало кто мог доставить ему неприятности.
— Это драконья устрица, владеющая жемчужинами, слитыми воедино с жизнью и судьбой. Неудивительно, что её сила превосходит обычную, — с удивлением произнёс Е Фань. Внутри раковины находилась старая устрица в форме дракона. Восемнадцать жемчужин были жемчугом, выточенным её плотью и кровью, и, достигнув нынешней стадии, они давно слились воедино с её духовностью и были сравнимы с древними магическими жемчужинами.
В бой вступил Лун Сяоцюэ. Будучи из того же рода демонов, он глубоко знал слабое место старой устрицы и, атакуя, сразу же выпустил длинный радужный луч прямо в створки. Демоническая энергия вздыбилась до небес, целясь в жизненно важную точку.
— Лязг!
Восемнадцать жемчужин ослепительно засияли, подняв безбрежные волны. Драконья устрица, будучи старым демоном с многолетней практикой, тотчас почуяла неладное: с этой компанией ей не справиться, и она сразу же обратилась в бегство.
Однако Е Фань разве позволил бы ей уйти? Из его межбровья вырвалась нить материнской энергии, тяжёлая, как гора Тай, и придавила её на месте, так что створки устрицы даже затрещали.
— Пощадите, высший бессмертный! Я, малый демон, по невежеству осмелился проявить непочтение! — душа старой устрицы ушла в пятки от ужаса. Она и представить не могла, что в эту эпоху упадка Дхармы встретит существо, превосходящее глав древних школ.
— Хочешь остаться в живых — скажи нам, где находится бессмертная гора Пэнлай, — с улыбкой произнесла Небесная Дева Феникс. Обладая несравненной красотой, она в то же время источала слоистое намерение убийства.
Е Фань кивнул. Эта старая устрица явно была не из добрых тварей. Даже если не отрубать ей все её даосские достижения, следовало её как следует предостеречь. И лучше всего, если она сможет указать, где находится бессмертная земля.
— Я не знаю. Три бессмертные горы в море слишком загадочны, их просто невозможно выследить. Иначе я, старая устрица, давно бы уже отправилась искать у них приюта. Говорят, там изначальная энергия бьёт ключом и с древности доныне не иссякала.
— Тогда какой от тебя толк? Чем позволять тебе и дальше бесчинствовать в море, лучше просто убить, — Небесная Дева Феникс проявила намерение убийства, запугивая старого демона.
— Пощадите, бессмертные! Я хоть и не знаю, но могу дать кое-какую зацепку, — взмолилась старая устрица, прося о пощаде.
В конце концов она привела их к одной подводной пещерной обители. Мир под водой был очень смутным, но это место источало драгоценное сияние и всё искрилось чистотой.
Это был дворцовый комплекс, построенный из разнообразных красивых и прозрачных кораллов. На нём было вырезано множество формаций и даосских следов. Это была очень древняя водная обитель, где обитали рыбки, креветки и прочая мелкая демоническая живность.
Хозяином обители был морской конёк-оборотень, проживший уже полторы тысячи лет и являвшийся одним из владык подводного мира, которому поклонялись все живые существа в четырёх окрестных морях.
Истинное тело старого морского конька было длиной в несколько сотен чжанов. Он обратился в рыжеволосого даоса и вышел поприветствовать гостей, будучи очень учтивым. Его духовное чутьё было острым и сильным, и он ощутил, насколько страшны Е Фань и драконья лошадь, отчего в сердце его затаился трепет.
Е Фань прямо объяснил цель своего визита и спросил, где находится Пэнлай. Если уж владыка целого морского региона не знал этого, то делать было нечего, и ему оставалось бы лишь отступить.
— Старик и впрямь знает, но это место слишком ужасно. В воде расставлена древняя убийственная формация. Я несколько раз пытался пройти, но не смог и не попал на остров, — доброжелательно предупредил старый морской конёк.
— Не беспокойтесь, хозяин обители. Просто укажите нам путь, — Е Фань тоже был очень вежлив и беседовал с ним с улыбкой.
В конце концов старый морской конёк лично вывел их в одно таинственное морское пространство. Обычный человек вообще не смог бы приблизиться к нему и необъяснимым образом обошёл бы стороной. А они, будучи людьми необычными, приблизившись, почувствовали волны леденящего намерения убийства. Стоило лишь слегка задеть его, как обрушивались лучи пронзающей небеса энергии меча.
— Старик может довести только досюда. Дальше углубляться не смею, — сказал старый морской конёк.
— Благодарю, хозяин обители, — искренне поблагодарил Е Фань и большими шагами повёл нескольких учеников вперёд. Его треножник парил над головой, истекая вниз бесконечной материнской энергией, укрывая их. Любые тысячи заклинаний и десятки тысяч божественных искусств, что атаковали их, — всё принималось без остатка.
Позади старый морской конёк остолбенел, едва не окаменев, и пробормотал:
— Даже главы древних школ далеко не таковы... Неужели это и есть тот самый Владыка Небесного Двора с суши?
Е Фань сидел верхом на драконьей лошади. Треножник над головой ниспадал десятками тысяч нитей, так что десять тысяч законов не касались его тела. Ведя своих людей, он словно шёл по безлюдному месту, напрямик углубляясь в это таинственное морское пространство.
— Эта древняя формация поистине грандиозна! Мы прошли уже несколько сотен ли¹, но всё ещё не преодолели её, — украдкой изумлялся Ю Вэйюй.
¹ 1 ли ≈ 0,5 км
— Так слишком медленно! Смотрите на меня! — драконьей лошади надоело, что ученики Е Фаня движутся недостаточно быстро. Её копыта засияли, и тотчас же взметнулся огонь до самого неба. Прямо по поверхности бирюзового моря протянулась дорога из пламени, ведущая прямо вдаль.
Драконья лошадь издала громкое ржание и, везя на себе Е Фаня, первой рванулась вперёд, да так, что едва не сбросила сидевшего на её крупе Сяо Суна. Малыш ловко и проворно вцепился в её хвост и недовольно забормотал.
Чжан Цинъян, Ю Вэйюй, Чжань Ифань и остальные, повинуясь неведомой силе, были подхвачены огненным лучом и понеслись по огненной дороге, словно летя на буксире.
— У этой драконьей лошади воистину магическая сила проницает небеса. Только учитель мог её усмирить. Это огненный божественный побег, передающийся с древних времён. Достигнув предела, он делает носителя неуязвимым для всех законов и позволяет путешествовать среди солнца и луны. Даже древние формации не могут его остановить.
Все ученики Е Фаня изменились в лице. Согласно преданиям, тот, кто мог применить это искусство, непременно обладал силой крови, венчающей человеческий род. В древние времена это были ужасающие существа, которые властвовали над целыми областями и были непобедимы среди равных.
Драконья лошадь промчалась восемьсот ли. Огненная дорога стелилась по волнам, и всевозможные древние даосские следы не могли ни коснуться её, ни остановить. Даже когда самые острые лучи убийственного света изредка прорывались к ним, они рассеивались треножником из материнской энергии.
Наконец, в затуманенной бессмертной дымке впереди показался огромный остров, возвышающийся посреди моря. Всё вокруг наполнилось переливающимся сиянием и разноцветными благодатными лучами.
— В конце концов мы нашли его, — тихо проговорил Е Фань. Это место и должно было быть бессмертной горой Пэнлай.
И в «Книге гор и морей», и в «Исторических записках» упоминалось, что на трёх бессмертных морских горах — Пэнлай, Фанчжан и Инчжоу — есть бессмертное снадобье. Неважно, правда это или нет, но из этого можно было заключить, что они необычайны.
Е Фань и остальные высадились на остров и не могли не поразиться его колоссальным размерам. Он был почти как целый материк, так что даже обычно холодный Лун Сяоцюэ не удержался и заметил, что, возможно, к семи континентам стоит добавить ещё один.
Когда они отошли от берега и углубились на несколько сотен ли, то и вовсе остолбенели. Помимо нескольких посёлков, они увидели и несколько древних городов.
На острове было много жителей. Это был древний мир, где одежда и обычаи почти ничем не отличались от тех, что были в Китае в доциньский период.
— Духовная энергия на этом острове поистине изобильна! Он не пострадал от эпохи упадка Дхармы! — они не могли не удивиться.
В пустынных горах, на крутых скалах и обрывах разливалась энергия сущности. Повсюду можно было найти одухотворённые травы, совсем как в древние времена. Редкие травы и драгоценные растения здесь не вымерли и то и дело попадались на глаза.
Расспросив людей, Е Фань узнал, что на острове существует лишь одна бессмертная святая школа, носившая то же имя, что и сам остров, — Пэнлай.
— Высшие бессмертные, бессмертная гора Пэнлай находится очень далеко отсюда. Однако один малый небесный владыка пребывает в священном городе неподалёку. Вы можете сначала нанести ему визит, — посоветовал один добросердечный дровосек.
Поблагодарив его, Е Фань и остальные изначально хотели сразу отправиться к бессмертной горе Пэнлай, но, не зная дороги, были вынуждены сначала пойти в тот священный город.
— У них, однако, немалые амбиции — величать себя небесными владыками! Неужели они обладают той же силой, что и учитель? — переговаривались ученики.
Этот священный город был очень величественным, высоким и могучим. Городские ворота охраняли культиваторы. Завидев приближающегося Е Фаня на драконьей лошади, они поразились и поспешили доложить, чем встревожили так называемого малого небесного владыку, который лично поднялся на городскую стену, чтобы посмотреть.
— Это он!
Чжан Цинъян тотчас же изменился в лице, уставившись на молодого человека на городской стене. Четыре года назад именно этот человек тяжело ранил его, разрушил часть строений Небесного Двора и сжёг статую Е Фаня.
— А я думал, кто это? Оказывается, это вы. Распустили ли вы школу Небесного Двора? — уголки губ молодого человека на башне городских ворот скривились в насмешливой улыбке. — Вы действительно недостойны носить это имя. Советую вам поскорее сжечь дотла все эти статуи Небесного императора.