— Молодой человек, разве мои требования чрезмерны? Лучше отпусти Властного Царя. Меньше крови, меньше убийств — это хорошо и для других, и для тебя самого.
Первым появившийся защитник пути по имени Ци Тянь имел очень размытый силуэт, сливающийся с великим дао. Вокруг него вились нити отпечатков божественных узоров, ниспадая вниз, словно окутывающие его звёздные потоки.
— Раз ты считаешь, что нужно избегать лишних убийств, почему же ты не остановил его, когда Властный Царь развернулся и напал на меня с более высоким уровнем? — взгляд Е Фаня был пронзительным.
Беззвучно под его ногами появились бесчисленные узоры, и он в мгновение ока пересёк звёздный поток, удалившись на неизвестно сколько ли¹ от того поля боя.
¹ 1 ли ≈ 0,5 км.
Это было искусство «Син» — первая скорость в мире. К тому же в состоянии божественного запрета искусство «Цзе» больше не было подавлено, и, заработав, оно десятикратно увеличило скорость на этой основе.
Это была божественная скорость, от которой даже великий мудрец мог лишь в изумлении раскрыть рот, будучи не в силах даже коснуться его.
За эти годы Е Фань уже довёл искусство «Син» до предела именно для того, чтобы противостоять титанам на древнем пути. Благодаря этому он мог возвышаться над всеми законами. Можешь сражаться — сражайся, не можешь — просто уйди. Перед лицом защитника пути, существа уровня великого мудреца, в этом не было ничего постыдного.
Е Фань на самом деле не отступил. Его руки медленно зачертили в воздухе, и всё звёздное небо задрожало. Запретные формации, установленные ранее, все ожили, превратившись в золотые божественные узоры, сияющие ослепительным светом.
Это было его главное поле боя: можно было наступать, можно было обороняться — полная гарантия безопасности.
Защитник пути Ци Тянь помрачнел и молча изучал эту золотую формацию. Будучи великим мудрецом, он, естественно, мог разглядеть все её тайны. Это место было наследием древнего Небесного Двора, и при неумелом подходе даже великий мудрец мог попасть в ловушку.
С каменным лицом Ци Тянь произнёс:
— Молодой человек, я признаю, что ты — гений, посланный небом. Но перед лицом времени многие блестящие вещи тускнеют. Дорога впереди длинна и полна неопределённости. Сколько гениев сложили кости на чужбине, так и не пройдя звёздный путь до конца. Умей прощать, умей щадить.
— Ты мне угрожаешь? — взгляд Е Фаня сверкал, а дух был твердым, как радуга. Находясь в области божественного запрета и не выходя из неё, его тело было невообразимо могучим.
Он испытывал крайнюю неприязнь к этому защитнику пути. Ци Тянь явно был предвзят. Если бы позволял уровень, он, не колеблясь, сразился бы с ним, чтобы добиться справедливости!
— Я всего лишь говорю правду, — лицо Ци Тяня оставалось бесстрастным. Он стоял в звёздном небе, словно каменное изваяние, окутанный бескрайним великим дао.
В этот момент заговорил другой защитник пути, Цан Лань:
— Властный Царь, вернувшись в пятьдесятый город человеческой расы на древнем пути, напал сильным на слабого. Это серьёзное нарушение законов древнего пути. Развязав столь крупный конфликт, он, разумеется, понесёт суровое наказание.
Сильный напал на слабого? Люди опешили. В итоге могущественный Властный Царь был почти убит, но ещё и получил такое обвинение. Какая ирония.
Однако, если вдуматься, так оно и было. Уровень Властного Царя был очень высок, просто ему попался ещё более невероятный Е Фань, владеющий божественной формацией истока. На месте любого другого не осталось бы и следа.
Великий мудрец Цан Лань продолжил:
— Я прошу юного друга сохранить ему жизнь. Путь становления бессмертным скоро откроется, и никто не знает, что произойдёт. В этой жизни может наступить великая смута. Нужно, чтобы несколько молодых властелинов выросли и укрепили древний путь.
Е Фань усмехнулся:
— Я человек покладистый. Раз уж два великих мудреца так говорят, я, конечно, не стану противиться. Платите Бессмертным писанием Великой Тьмы и искусством «Чжэ».
Все герои застыли в изумлении: два великих мудреца пришли просить, но безрезультатно.
Е Фань был непреклонен в желании получить писание, и никто не мог ему помешать. Эти два древних искусства были ему крайне необходимы. Древние иероглифы Великой Тьмы и Солнца дополняли друг друга, а искусство «Чжэ» могло дать ему бессмертное тело.
Кто знает, что будет в будущем? Путь становления бессмертным вот-вот откроется, и каждый будет отчаянно бороться. Ради призрачной вечной жизни даже сущности из семи Запретных земель жизни Бэйдоу вынуждены будут действовать.
Сейчас лишь усилив себя можно было устоять в будущем, лучше выжить и защитить близких и друзей.
Великий мудрец Цан Лань ничего не ответил, с каменным лицом он на время погрузился в молчание.
Ци Тянь холодно произнёс:
— Лишь то, что выдерживает испытание временем, — истинно. Ты — несравненный гений, блистающий в древности и современности. Цени то, что имеешь сейчас. Дойти до этого шага было очень нелегко.
— Я в своей жизни больше всего не верил в ересь. Ты выдержал испытание временем, прожил столько лет и считаешь себя сияющим, непотускневшим бессмертным камнем? — холодно ответил Е Фань.
Он начал переплавку в Треножнике из материнской энергии. Внутри клубилась первозданная энергия, и струйки за струйками сочился бессмертный туман. Там всё переворачивалось вверх дном, словно творился новый мир.
Властный Царь рычал, но энергия крови в его теле непрерывно убывала. Е Фань насильно переплавлял её, превращая в часть энергии неба и земли. За короткое время его плоть и кровь сильно пострадали. Даже обладая бессмертной божественной природой, пурпурная кровь не выдерживала такого ужасающего истощения.
Обычное священное орудие вовсе не могло переплавить его, но этот треножник был иным. Внутри него обитали все духи небес и земли, это было могучее орудие, содержащее бесконечные отпечатки дао.
Властный Царь вырывался, но с поверхности треножника на него наступали древние первопредки, подавляя его. Был там и Кунь Пэн, хлопающий крыльями, и истинный дракон, парящий в девяти небесах, — все они проявлялись из стенок треножника и бросались на него.
В мире внутри треножника всё было настолько реальным, что Властный Царь был потрясён даже больше, чем когда узнал о божественном запрете Е Фаня. Когда такое орудие будет выпестовано до конца, что во всех небесах и мирах сможет устоять перед ним?!
Он смутно слышал кое-какие слухи о том, что верховное бессмертное орудие Небесного Двора было именно таким. Неужели в будущем появится ещё одно бессмертное орудие, повелевающее всеми звёздными регионами?
Властный Царь потерял ориентацию. Его кровь и энергия непрерывно переплавлялись, плоть была сильно повреждена, и даже изначальный дух, словно получив тысячи и десятки тысяч ударов ножом, быстро ослабевал.
Даже искусство «Чжэ» не могло помочь. Этот треножник был слишком таинственным. Внутри него был настоящий мир бессмертных: Алая Птица парила в девяти небесах, древние первопредки прокладывали звёздные потоки, божества и демоны рычали в первозданной энергии, истинные драконы взмывали в небо из древних озёр...
Всё, что было запечатлено на стенках треножника, проявлялось в реальности. Запертый внутри Властный Царь испытывал невыносимые страдания, не в силах противостоять, словно сражаясь с настоящими существами из мира бессмертных.
Таков был мир внутри треножника!
Снаружи люди видели, как вздымаются струи пурпурной крови, превращаясь в туман, как рассеивается божественная сущность. На их лицах отразился ужас.
Как Властный Царь мог быть так быстро переплавлен? Этот треножник был поистине невероятен. Стоило попасть в него, и даже святой король не мог избежать гибели.
— Материнская энергия... — у многих загорелись глаза, но всё это оставалось лишь в мыслях. Никто не осмелился бы сейчас броситься вперёд на верную смерть.
Е Фань, будучи единым с треножником, мгновенно осознал всё происходящее. Даже он не ожидал, что это орудие настолько божественно. Властный Царь был скован внутри треножника и не мог даже самоуничтожиться.
Это место было подобно ужасающему миру. Истинные драконы, Алые Птицы, древние первопредки, божества и демоны — все они сковали Властного Царя, связав его посреди звёздного потока, творящего небо и землю. Он не мог пошевелиться, и даже его изначальный дух лишился свободы.
Сердце Ци Тяня дрогнуло. По нитям энергии, исходившим из треножника, он ощутил, что дела Властного Царя плохи. Превратившись в размытую тень, он бросился вперёд, чтобы остановить это.
Выражение лица Е Фаня оставалось спокойным. Под его ногами засияли золотые руны. Искусство «Син» не знало равных в этом звёздном небе. В его нынешнем состоянии никто не мог с ним сравниться. В вышине — в девять небес, внизу — в Преисподнюю, не было места, которого бы он не достиг.
Он был слишком быстр, подобно золотой молнии, так что даже великий мудрец не мог к нему приблизиться. С грохотом формация истока разрушилась, не выдержав натиска защитника пути с древнего пути.
Ци Тянь, будучи великим мудрецом человеческой расы, ударил в пустоту, не коснувшись даже золотой остаточной тени Е Фаня. Это потрясло всех. Что это была за скорость?!
В нынешнем мире, не говоря о прочем, с такой скоростью Е Фань мог защитить себя. Он мог уйти и на небеса, и под землю — никто не смог бы его остановить.
Лицо Ци Тяня окаменело, и нельзя было прочесть ни радости, ни гнева, ни печали. Будучи великим мудрецом, он впервые нанёс внезапный удар впустую. Сердца всех героев бешено забились.
Е Фань громогласно воскликнул:
— Ты напал на меня! Хорош же защитник пути человеческой расы! Я спрашиваю тебя: чей путь ты защищаешь? Достоин ли ты ещё охранять этот древний путь?!
Это был суровый вопрос, брошенный в лицо защитнику пути Ци Тяню перед всеми мастерами звёздного неба, публичный упрёк, от которого его лицо помрачнело, а взгляд стал ледяным и холодным.
Из глубин звёздного неба донеслась мощная волна. Появился худощавый силуэт:
— Если защитник древнего пути, будучи сильным, притесняет слабого, подавляет святое тело и слишком явно покрывает Властного Царя, то это уже действительно чересчур.
Все вздрогнули. Прибыл ещё один важный персонаж, не уступающий Ци Тяню и Цан Ланю. Это был третий защитник пути, явившийся в этом звёздном регионе.
— Даос Синий Феникс! — кто-то вскрикнул, узнав этого старого даоса. Его дни были сочтены, ходили слухи о его скорой кончине, но он был абсолютно несравненен в силе. Даже с угасающей кровью и энергией он мог сражаться с непобедимым святым духом.
К сегодняшнему дню Е Фань уже не нуждался ни в чьей защите. В худшем случае он мог просто уйти. Но он был благодарен даосу Синему Фениксу за появление.
Ци Тянь холодно произнёс:
— Я всего лишь посредник. В святом теле слишком много жестокости, ему следует отбросить убийственные помыслы. Я хотел, чтобы он понял: в жизни нужно уметь отпускать.
— Отпускать и отказываться? Раз ты можешь говорить такие слова, то должен сам дать себе пощёчину и немедленно уйти, — безжалостно ответил Е Фань.
Лицо Ци Тяня тут же изменилось:
— Молодой человек, ты переходишь все границы! У тебя нет ни капли уважения к защитнику древнего пути! Ты заслуживаешь наказания!
— Какой ты защитник пути? Ты не имеешь права так говорить. Уйти — вот лучший выбор для тебя. Иначе в будущем горько пожалеешь, — холодно произнёс Е Фань, выказывая ещё большее неуважение.
Все застыли в оцепенении. За столько лет кто осмеливался проявлять неуважение к великому мудрецу на древнем пути человеческой расы, дерзить и насмехаться? Такого ещё не бывало.
Святое тело было слишком мощным!
— Ха-ха, хорошо сказано! Раз так, юный друг, я приглашаю тебя вместе отправиться на демонический древний путь. Там уж точно нет презренных защитников пути, — раздался из звёздного неба громовой смех.
Подобный божеству и демону, прилетел могучий древний демон, заставляя множество звёзд яростно дрожать. Он был силён до крайности. За ним следовали двое молодых людей: мужчина, величественный, словно демоническое божество, и женщина, несравненной красоты, способная покорить царства. Это были брат и сестра — Южный Демон.
За много лет разлуки их облик стал ещё более блистательным, чем прежде!
Е Фань почувствовал волнение и кивнул им. Они были старыми знакомыми, пришедшими из одной и той же древней земли.
Хун!
Е Фань встряхнул треножник, намереваясь переплавить Властного Царя. Внутри горела пурпурная кровь, Кунь Пэн пронзительно кричал, истинный дракон взмывал в небеса, древние первопредки издавали боевые кличи — всё было словно в мифическом мире.
Властный Царь жалобно вопил. Обладая могучим искусством «Чжэ», он не мог вырваться. Быть переплавленным означало верную смерть. Теперь же, полностью скованный, он не мог даже самоуничтожиться.
Ци Тянь и Цан Лань одновременно вскричали, пытаясь остановить это. Они не могли допустить гибели Властного Царя.
— Юный друг, сохрани ему жизнь. Возможно, в будущем он действительно понадобится. Мы все стары. Человеческой расе нужно, чтобы несколько молодых властелинов выросло и усмирило всё вокруг. Путь становления бессмертным непредсказуем, — неожиданно вступился даос Синий Феникс.
— Раз старший просит, я, конечно же, подчинюсь. Но если кто другой посмеет болтать, я немедленно убью Властного Царя! — произнёс Е Фань, бросив взгляд на защитника пути человеческой расы Ци Тяня.
В звёздном небе воцарилась мёртвая тишина. Кроме даоса Синего Феникса и прибывшего титана демонической расы, никто не осмеливался произнести ни слова. Отчитывать великого мудреца человеческой расы прямо в лицо...
Мощь Е Фаня заставляла сердце каждого сжиматься от страха.
Цян!
С кончика его пальца сорвался луч бессмертного света и рассёк голову Властного Царя, раздробив его изначальный дух. Он сам начал извлекать из божественного сознания Бессмертное писание Великой Тьмы и искусство «Чжэ».
— А-а-а!.. — яростно взвыл Властный Царь, но ничего не мог изменить. Попав в этот треножник, его тело и дух были скованы, он не мог пошевелиться и даже покончить с собой.
Пурпурный человечек в его черепе был рассёчён бессмертным лучом Е Фаня, который насильно вырывал сокровища из его божественного сознания. Сначала проявилась тайна девяти иероглифов из Бессмертного писания Великой Тьмы, а затем засияло полное искусство «Чжэ».