На острове воцарилась мёртвая тишина. Кто же он такой? Истинным телом сразиться с полу-мудрецом, а другим даосским телом — с владыкой Яогуан! Кто бы мог в это поверить, расскажи ему такое?!
Это было сколь поразительно! А этот человек, стоявший перед ними, именно так и поступил, отчего все остолбенели и не могли вымолвить ни слова.
Атмосфера на месте была несколько странной. Лишь после короткого молчания люди наконец заговорили, и все были крайне взволнованы и сжимали кулаки.
— Слишком властен! Осмелился в одиночку противостоять владыке Яогуан и одному полу-мудрецу! Воистину невероятно!
— Но есть ли у него такая сила? Даосским телом сражаться с владыкой Яогуан, а истинным телом биться с полу-мудрецом — это же просто небылица!
— Я думал, что ослышался. Как он посмел так поступить? Он что, и впрямь считает себя переродившимся владыкой людей?
— Я было подумал, что святое тело вернулось. Но даже у него вряд ли была бы такая боевая мощь. Этот человек поистине может проглотить горы и реки! Какой великий размах!
Люди были потрясены. Е Фань был властен и грозен, и это не было пустым бахвальством — он действительно осмеливался так поступить, и от этого людям было трудно поверить.
Однако владыка Яогуан не принял вызова и, покачав головой, произнёс:
— Я с вами не знаком, и у нас нет вражды. Зачем же нам сражаться?
— Просто для обмена опытом, — лишь эти четыре слова произнёс Е Фань.
— Нашего владыку не может вызывать на бой кто попало. Ты на это не способен. Ты безвестен и бесславен, тебе ещё далеко. Вот если бы святое тело вернулось — тогда ещё куда ни шло.
Один из слуг за спиной Яогуан открыл рот и, надув щёки, чувствуя, что желание Е Фаня в одиночку сразиться с их господином и одним полу-мудрецом является оскорблением для ветви Яогуан, произнёс насмешливые слова.
— Я разговариваю с твоим господином, так что тебе лучше помолчать, — с улыбкой произнесло даосское тело Е Фаня и указало пальцем. Вылетел луч чистого сияния, и рот слуги беззвучно открывался, но он не мог больше произнести ни слова.
— Ты... — другой слуга испугался и разгневался, и в его глазах промелькнул страх, но он больше не осмелился ничего говорить.
— Да кто ты такой, что осмеливаешься оскорблять достоинство моего учителя?! Это уж слишком! — за восемьсот чжанов¹ Ли Цинчжоу громко вскрикнул, и его тело до сих пор сводила судорога.
¹ 1 чжан ≈ 3,3 м
— Надоел, — Е Фань снова взмахнул рукой и махнул вперёд.
Взгляд Яогуан стал ослепительно-ярким:
— Этот собрат по пути, пожалуй, слишком властен!
Он развернул правую руку и, сложив пять пальцев в печать, напоминавшую журавлиный клюв, с неким необъяснимым даосским следом прочертил в потоке света, целясь в запястье Е Фаня.
Хотя это походило на движение мастера боевых искусств из мира смертных, на самом деле это было проявлением плода Дао, возвращением к изначальной простоте. Пальцы превратились в бессмертного журавля, и возник образ единения с Дао, и десять тысяч нитей Дао свисали вниз.
— Бам!
Жест Е Фаня не изменился, но теперь он походил на золотокрылого Пэн, обладающего остротой ястреба, бьющего по небосводу. Столкнувшись с печатью в форме журавля, они испустили кольцо божественной пульсации.
— Хлоп!
В этот миг в радиусе тысячи чжанов переплелись даосские следы. Одна за другой божественные цепи порядка извивались, словно прекрасные перья феникса, пронзая небо.
Оба сдерживали свои силы с невероятной точностью. Хотя этого было достаточно, чтобы убить всех королей, наружу вырвался лишь лёгкий ветерок. Иначе весь остров превратился бы в пыль, и мало кто остался бы в живых.
Тело Ли Цинчжоу снова содрогнулось и свело судорогой. Он снова отлетел ровно на восемьсот чжанов, отчего его лицо стало белым как снег и крайне мрачным.
Яогуан стоял, заложив руки за спину, и пристально смотрел на Е Фаня, желая разглядеть стоящего перед ним человека до конца, и не стал продолжать бой.
— Яогуан, ты только что собирался напасть на меня, императора. А теперь, когда кто-то хочет сразиться с тобой, почему же ты отступаешь? — холодно усмехнулся Чёрный император.
Все были поражены. Только что все видели своими глазами, как этот таинственный могучий мастер в небе нанёс удар владыке Яогуан и ничуть не уступил. Он определённо обладал силой, позволявшей гордо взирать на всех героев.
— Кто же этот человек?! Его слова оказались не пустым звуком, и он действовал не ради того, чтобы прославиться и занять высокое место. Он действительно мог сражаться с владыкой Яогуан!
Это казалось воистину невероятным. Из ниоткуда появился несравненный герой, который определённо мог с презрением взирать на все Южные земли и пройти сто тысяч ли, не встречая противника.
В сердцах людей бушевали огромные волны, и они были потрясены результатом только что произошедшей стычки.
Фэнхуан, Цзи Биюэ, Ли Юю и другие выглядели удивлёнными. Они и представить не могли, кто из могучих мастеров человеческой расы мог бы противостоять Яогуан. По крайней мере, после ухода тех нескольких человек, в нынешнем мире было так.
Подумав об этом, в сердцах Фэнхуан, Цзи Биюэ и других всё сильно дрогнуло. Если бы кто-то вернулся обратно по древнему звёздному пути, он, возможно, смог бы на такое.
Это даосское тело Е Фаня стояло непоколебимо, и его волосы развевались. Сам же он был устойчив, словно каменная глыба, существующая вечно.
— Я, Яогуан, за всю свою жизнь никому не уступал. Раз вы хотите обменяться опытом, тогда прошу вас выйти в истинном теле. Я буду сопровождать вас до конца, — наконец произнёс Яогуан такие слова.
— Нет нужды. Достаточно и даосского тела, — спокойно произнесло тело, созданное из струйки чистой энергии Е Фаня, и первым покинуло этот остров, широкими шагами направившись к краю небосвода.
— Сю!, Сю!...
Внезапно в небе появился плотный дождь из света, словно мириады летающих мечей обрушились вниз, ослепительные и яркие, превратившись в пронзительные лучи божественного сияния!
Появился полу-мудрец! Это была аура, которую он принёс с собой, превратившаяся в священный дождь, льющийся вниз, словно серебряная река с девяти небес обрушилась вниз, и от этой ауры тела людей готовы были разорваться.
Больше половины людей на острове обмякли, а многие и вовсе опустились на колени. Они не хотели этого делать, но эта подавляющая мощь заставляла их души трепетать, и тела инстинктивно делали этот выбор.
— Аура мудреца! — громко закричали люди с выражением ужаса, и в сердцах их был страх.
— Полу-мудрец — непобедимое существо! Ведь одна его нога уже ступила в область мудреца, и временами он испускает священную мощь. Даже такие высшие существа, как короли великого свершения, не имеют ни малейшего шанса против него и обречены на смерть.
— И впрямь прибыл полу-мудрец!
В сердцах людей царил ужас. Это было великое событие. В эпоху, когда мудрецы не выходят в мир, это было абсолютно ужасающее существо. За эти годы никто не слышал, чтобы кто-то достиг уровня полу-мудреца.
Кроме кланов древних!
— Я уже здесь, а ты ещё хочешь уйти! — с небес через облака протянулась огромная чёрная рука и устремилась прямо под небосвод, хватая удаляющееся даосское тело Е Фаня.
— Грохот!
Словно горный обвал и цунами, небо обрушилось и земля разверзлась. Это была неистовая и властная аура, словно безбрежное море взорвалось, и волны захлестнули весь мир. Все живые существа, словно муравьи, были полностью затоплены и могли лишь отчаянно барахтаться.
Бесчисленное множество людей распростёрлось на земле, и их тела неудержимо дрожали. Перед лицом этой безбрежной священной мощи у них не было ни капли сил для сопротивления!
Однако именно в этот миг вспыхнул ослепительный даосский свет. Истинное тело Е Фаня пришло в движение. В его руке появилось чёрное копьё, и, косо направленное в южный небосвод, оно нанесло удар в небеса!
— Пф!
Огромная чёрная рука была соткана из чёрного света, прочная и нетленная, способная стереть с лица земли короля великого свершения. Но под этим поразительным ударом копья она была пронзена и превратилась в чёрный туман, развеявшись в воздухе.
Даже свинцовые тучи были развеяны, и вновь показалось небо, полное звёзд. Под чистым и ярким лунным светом Е Фань стоял на острове и произнёс:
— Полу-мудрец — и что с того?!
В ходе всего этого его даосское тело даже не обернулось и, продолжая свой путь, исчезло вдали, совершенно не обращая внимания на происходящее позади.
Люди были поражены и все широко раскрыли рты. Многие лежали на земле, подавленные священной мощью, и не могли пошевелиться. А этот человек выдержал удар полу-мудреца!
Следует знать, что одно лишь прикосновение к иероглифу «святой» означает разницу между небом и землёй. Даже король великого свершения, явившись сюда, погиб бы, и эту пропасть почти невозможно преодолеть.
Король великого свершения стоит на девятой малой ступени третьего небесного слоя Бессмертного алтаря, а полу-мудрец — это очень тонкое состояние: одна нога вступила в четвёртый небесный слой Бессмертного алтаря, а другая ещё на вершине третьего. Одно лишь это расстояние означает изменение неба и земли, и разницу нельзя измерить в ли.
Мудрец выходит за человеческие рамки, поэтому и удостаивается иероглифа «святой». Превращение из короля в мудреца подобно тому, как рыба выпрыгивает и превращается в истинного дракона. Это коренное изменение, можно сказать, качественная перемена!
Даже если другой отсекший путь обладает поразительным талантом, гордо взирает на древность и современность, владеет шестью запретами или даже семью запретами и может преодолеть шесть или семь малых уровней в бою — всё это бесполезно. Его подавит «стена священной области», и он не сможет пробиться.
Ведь даже владение семью запретами и тому подобным — это лишь накопление количественных изменений, и оно всегда подавляется священной областью! Даже достигнув великого свершения в уровне отсечения пути, с добавлением силы семи запретов невозможно пробить стену священной области. Это вечное и неизменное подавление.
Однако Е Фань, будучи всего лишь отсекшим путь, а не полу-мудрецом, одним ударом копья рассёк эту огромную руку, нарушив все законы. Как это могло не потрясти людей?
Все остолбенели и не могли поверить. Выражения лиц застыли, и, открыв рты, они не могли вымолвить ни слова. Сердца их бешено колотились и готовы были выпрыгнуть из груди.
— Мудрец выходит за человеческие рамки. Стена священной области разделяет верхний и нижний уровни — святого и короля — как небо и землю. Даже владение семью запретами становится бесполезным, и перед этой естественной преградой можно лишь бесславно отступить. Как же он это сделал?!
Фэнхуан в потрясении говорила себе под нос. Именно по этой причине мудрецы и возвышаются надо всеми. Если не достичь этого уровня, то каким бы поразительным ты ни был — всё бесполезно. Тебя будет прочно подавлять священная область, и пойти против небес невозможно.
Каждый был потрясён. Цзи Биюэ, Ли Цинчжоу, Цзыихоу и другие — все выглядели поражёнными. Кто-то разрушил миф и мог противостоять полу-мудрецу!
— А владыка Яогуан сможет так? — тихо произнёс кто-то. Этот таинственный человек слишком потряс людей, и они почти задыхались.
В это время лишь Цзи Цзы был совершенно спокоен и по-прежнему сидел в углу в одиночестве, молча наблюдая за всем этим и не произнося ни слова.
— Я не верю! Пойти против течения и напасть на полу-мудреца совершенно невозможно! — сказал кто-то.
Стена священной области — это пропасть, это миф, который совершенно невозможно разрушить. Она возвращает в исходную точку всех, кто может сражаться через уровни, и подавляет их до полной бесполезности. Какими бы «запретами» ты ни владел — всё тщетно.
— Он выдержал. А владыка Яогуан сможет так? — снова дрожащим голосом спросил кто-то.
— Если даже он смог, то мой учитель и подавно сможет! — Ли Цинчжоу сжал кулаки, и трудно было сказать, были ли эти слова сказаны из упрямства или же это было правдой.
Лунный свет, словно тонкий дым, окутывал весь остров. Истинное тело Е Фаня стояло под небосводом, и лунное сияние омывало его фигуру. С твёрдым и решительным выражением лица, сжимая в руке тёмно-золотое копьё и целясь в небесный свод, он был бесстрашен.
— Это он! Тот самый, кто одно за другим уничтожил восемнадцать важных пристанищ Сына Небесного императора! Оказывается, всё это время он был рядом с нами!
Наконец люди по этому чёрно-золотому копью узнали его. Все бури начались из-за него, и именно из-за него Сын Небесного императора повёл потомков восьми отрядов божественных генералов на юг.
Когда люди узнали правду, многие едва не лишились чувств. Этот бог-убийца всё это время был вместе с ними, находился на острове, а они до сих пор пребывали в полном неведении.
— Хлоп!
Здесь всё вскипело, словно котёл с кипящей водой, и поднялся оглушительный шум. Все всё поняли: тот, кто осмелился занести клинок на Сына Небесного императора, разве мог быть заурядным? Неудивительно, что он не боялся ни владыку Яогуан, ни полу-мудреца!
— Перед лицом полу-мудреца, какими бы «запретами» для преодоления уровней ты ни владел, всё становится бесполезным. Говорят, что даже обладая легендарными восемью запретами, трудно пробить стену, и самое большее — можно лишь сохранить себе жизнь.
— Этот человек не полу-мудрец, значит, он определённо владеет силой восьми запретов!
— Чтобы разрушить вековую легенду и пробить стену священной области, нужны лишь божественные запреты, о которых говорят старики! Но это существует только в мифах!
В небе свинцовые тучи полностью рассеялись, и там стояла фигура среднего роста, сливавшаяся с небом и землёй и совпадавшая с пульсацией Великого Дао, испуская нити священной мощи.
Без сомнения, это был человек из кланов древних. С виду ему было лет сорок с лишним, и он был очень богоподобен и воинственен. Его растрёпанные чёрные волосы ниспадали на плечи, а в глазах была картина сотворения звёздной области, и взгляд этот поражал душу!
Полу-мудрец, самый настоящий полу-мудрец.
В левой руке он держал древний щит из чёрного золота, а в правой — кроваво-красное боевое копьё. Одним шагом он сошёл вниз и нанёс удар по Е Фаню!
— Дан!
Е Фань, ничуть не испугавшись, взмыл против небес ввысь. Чёрное копьё в его руке прочертило таинственную траекторию. Чёрный свет вырвался наружу и столкнулся с кроваво-красным боевым копьём.
Искры разлетелись во все стороны, и лязг оглушал. Изначальные духи героев едва не разбились, и буря в этом месте была подобна морю!
Е Фань сумел противостоять полу-мудрецу и вступил с ним в великую битву. Чёрное копьё встречало боевое копьё, и звон стоял, словно пение меча, и казалось, что божества сливаются с Дао!