В тот же день Куньлунь, школа Бессмертного Меча, школа Шанцин, школа Цюаньчжэнь, а также клан Пурпурного Феникса, Долина Десяти Тысяч Демонов и другие силы — все предоставили зацепки, и сердце и дух Е Фаня пришли в движение.
— Это тот самый божественный камень, весом в десять тысяч цзюней.¹ Предки говорили, что это небесный камень из-за пределов этого мира, а некоторые считают, что это краеугольный камень Небесного Двора, — верховный глава школы Шанцин распорядился положить на землю пурпурный камень.
¹ 1 цзюнь ≈ 15 кг
Этот камень был сплошь пурпурным, размером с жёрнов, и походил на покрытый пылью древний нефрит. Тусклый и лишённый блеска, он был очень тяжёлым, и только что двое верховных старейшин тащили его, обливаясь потом.
Е Фань обошёл его кругом и решил, что это и впрямь, должно быть, камень основания. Он невольно спросил, где же его нашли.
Верховный глава Шанцин честно рассказал, что в древности одной дождливой ночью горный поток промыл у подножия горы Маошань овраг, и оттуда взметнулось пурпурное сияние. Тогдашний старый верховный глава был разбужен посреди ночи и, взглянув вниз, увидел, как рушатся небесные чертоги. Он бросился под проливной дождь и обнаружил, что все эти небесные чертоги — лишь иллюзия, которой на самом деле не существует, и это, должно быть, было воспроизведением картин далёкой древности. Лишь в овраге он нашёл один пурпурный камень.
Услышав это, все восхищённо зацокали языками и обступили этот удивительный камень, чтобы рассмотреть его. Е Фань положил на него руку, и камень оказался очень тёплым и влажным. Он сосредоточился на своих ощущениях и услышал раскаты грома и молний, а также лязг даосских мечей.
Он активировал законы Дао и извлёк оттуда размытую картину: проливной дождь, крики, сотрясающие Небо, рёв несравненных сильных мастеров, а затем рушатся небесные чертоги и падают с небесного свода.
— Увы, невозможно ясно разглядеть. Трудно сказать, была ли это божественная война, — покачал головой Е Фань.
Прибыли и половина древних чертогов, которые велел доставить верховный глава Сюэ Чэнь. Высотой в несколько десятков чжанов,² они походили на небольшой холм и были весьма грандиозны и величественны. Они были целиком построены из зелёного нефрита, и хотя от них осталась лишь половина, их грандиозная аура ничуть не убавилась.
² 1 чжан ≈ 3,3 м
— Это и впрямь небесные чертоги! Такой масштаб! Сколько лет прошло, а они всё ещё не рухнули, это поистине необычайно! — кто-то восхищённо воскликнул.
Сердце Е Фаня дрогнуло. Это было немного похоже на стиль Руин Божеств в звёздном поле Бэйдоу. Он никогда не бывал в той запретной земле жизни, но видел кое-какие описания в древних книгах.
Перед Руинами Божеств величественно высятся Южные Небесные Врата, наполовину обрушившиеся, и в мире о них ходит бесчисленное множество легенд.
Неужели это и впрямь здание, оставшееся от Небесного Двора? Е Фань подробно расспросил верховного главу Сюэ Чэня о происхождении этих чертогов, и тот честно рассказал, что они были выкопаны из-под земли у подножия Куньлуня.
Е Фань легонько погладил эти древние чертоги, а затем, активировав весь свой путь, попытался вернуться к истоку и восстановить все отпечатки, оставленные здесь в былые годы.
В этих зелёных нефритовых чертогах существовала непостижимая магическая формация, сложная и таинственная. Именно она была причиной того, что это место могло так долго существовать в мире, защищая его от разрушения.
Е Фань был поражён: эти законы превосходили всё мирское и вступали в святость, и их было далеко не вообразить обычным людям. Он и впрямь начинал верить, что это здание принадлежало Небесному Двору.
Активировав законы, он исторг из тела целые снопы перьев феникса, и одна за другой цепи порядка соединились с зелёным небесным дворцом, чтобы ощутить дела минувших дней, что произошли десять тысяч веков назад.
Но это было слишком давно, и восстановить это было совершенно невозможно. Даже такой могучий, как он, чувствовал, что всё тщетно, ибо он смутно догадывался, что, скорее всего, придётся возвращаться на миллион лет назад.
У-у-ум!
В тот миг, когда Е Фань уже собирался отдёрнуть руку, по зелёному дворцу вдруг побежала рябь, и сверкнул свет. Раздался голос, преисполненный безграничного величия, и весь невысокий холм задрожал.
— Император умер, божественные генералы всех областей пришли в смятение, Небесный Двор рухнул и в одночасье распался...
Это не было настоящей речью, а чрезвычайно слабой божественной мыслью. Но она была настолько сильна, что все, кроме Е Фаня, рухнули на колени и задрожали.
Душа каждого человека трепетала. Насколько же могущественным должно было быть это существо?! Оно существовало бесчисленные эпохи назад, как минимум более миллиона лет! Его голос, задержавшийся в зелёном дворце, всё ещё звучал эхом, и люди не могли его вынести.
— А-а-а...
Один ученик даосских врат не мог сопротивляться, и его тело покрылось трещинами и едва не разлетелось на куски. Треножник над головой Е Фаня загудел и исторг нить материнской энергии, защитив его.
Пф!
Один из верховных глав стоял слишком близко и, накрытый этим величием, закашлялся полным ртом крови. Он тоже не мог противостоять и не выдерживал.
Е Фань изменился в лице. Материнская энергия заколыхалась, и одна за другой нити благодатной энергии вырвались наружу, защитив всех, кто был внизу, чтобы никто не погиб телом и не исчезло Дао.
Что же это было за существо?! Пересёкшее десять тысяч веков, одного его скорбного голоса было достаточно, чтобы ранить нынешних людей. Он был слишком ужасающе силён, и его было трудно постичь.
— Не древний император, так, должно быть, почти-император, — прошептал Е Фань. Он даже считал, что это мог быть святой император, и в ту мифическую эпоху было бы неудивительно, если бы существовало несколько Великих императоров.
Он приложил все силы, чтобы восстановить отпечатки, оставленные в былые годы. Увы, десять тысяч веков могли разрушить всё что угодно, и уцелел лишь этот скорбный возглас. Ничего больше не существовало.
После отсечения пути он обладал средствами, пронизывающими Небо и Землю, но не мог сотворить что-то из ничего и обратить вспять эти десять тысяч веков.
Когда всё успокоилось, люди ошеломлённо переглянулись. Они преисполнились благоговения перед Е Фанем. Он и впрямь был невероятен: заставил вновь прозвучать голос древнего Небесного Двора, позволив им заглянуть в краешек небесной тайны и древних секретов первобытной эпохи.
— Хм, Небесный Двор из мифов и впрямь существовал. Он появлялся на древней Земле. Интересно, какие ещё следы он оставил? — размышлял Е Фань, впадая в оцепенение.
— Собрат по пути, ты выбрал «Небесный Двор» как название для своего учения, но должен хорошенько обдумать это! В древности тоже были поразительные гении, что хотели совершить такое же великое дело, но в конце концов все они потерпели крах.
— Да! Слова «Небесный Двор» подминают под себя пространство и время от древности и доныне, и нам их не вынести! Не будучи бессмертными, опрометчиво воздвигать Небесный Двор — значит в конце концов погибнуть и навлечь на себя беду!
Все принялись уговаривать его, и все — из лучших побуждений. Раньше они не придавали этому значения, но только что услышанный скорбный возглас заставил их сердца затрепетать от страха и вспомнить всевозможные легенды древности.
Е Фань кивнул и не стал больше ничего говорить. В этот день все школы прислали огромное количество древних предметов, и все они были связаны с божественной войной и имели кармическую связь с древним Небесным Двором.
Наконец, все, кто пришёл с поздравлениями, разошлись. Верховные главы удалились, и толпа рассеялась. На невысоком холме осталась груда предметов и древних книг, высокая, словно гора.
В последующие полмесяца Е Фань зарылся в море древних книг и, забывая о еде и сне, искал всевозможные пути.
Родителей больше не было в живых, и на Земле мало что могло его привлечь. Оставалось лишь стать бессмертным и обрести Дао.
Он хотел расследовать всё, что касалось Небесного Двора из мифов, но время было слишком давним, и всё было похоронено в пыли истории. Теперь можно было лишь искать зацепки через легенды, предания и надписи на костях и черепашьих панцирях.
Время, словно вода, всегда течёт незаметно. В мгновение ока пролетело ещё три года. Прошло уже шесть лет с тех пор, как Е Фань вернулся на эту сторону звёздного неба.
За эти годы, помимо культивации, большую часть оставшегося времени он тратил на расследование тайн божественной войны и бессмертных, и ему удалось узнать немало древних секретов.
Ныне мощь Небесного Двора росла с каждым днём, и Е Фаню было трудно найти равного врага во всём мире. Когда он собирал древние книги и тайные писания, ему, естественно, помогали со всех сторон.
За эти пять лет он, не жалея сил, посетил все школы: побывал в Ватикане, взошёл на гору Олимп, добрался до священных земель Египта и проник в буддийские земли Индии. В каждом знаменитом даосском поле мира остались его следы.
Древний Небесный Двор так и не был раскопан, но он неожиданно обрёл несколько древних канонов, которые глубоко вдохновили его и принесли немалую пользу.
Е Фань пустил в ход все силы, и, помимо поисков древнего Небесного Двора, он также искал зацепки о карте шанса на бессмертие. И неожиданно для себя совершил прорывное открытие.
Восьмой фрагмент карты шанса на бессмертие был зарыт под основанием одного древнего храма. Открыв буддийскую нишу, помимо нескольких шарира, они нашли и одну костяную пластину.
Это была древняя кумирня, которую случайно обнаружил один послушник. Даже могущественный буддизм, получив эти вещи и узнав, что Е Фань пришёл с визитом, чтобы взглянуть на костяную пластину, не посмел ему отказать и прямо подарил её.
Это была великая удача!
Помимо поисков следов древнего Небесного Двора, божественной войны и прочего, Е Фань также неустанно искал фрагменты карты шанса на бессмертие, которые очень пригодятся ему в будущем.
Заполучив восьмой фрагмент бессмертной карты, он приостановил все остальные дела, включая расследование Небесного Двора. Всё было временно отложено, ибо в его сердце созрело важное решение!
— Жун Чэн-ши, будучи почти-императором, вошёл в обитель бессмертных и в конце концов обрёл одно бессмертное божественное снадобье, но вернулся оттуда едва живым. Я уже отсек путь, и хотя моя сила далеко уступает его, я обрёл восемь фрагментов бессмертной карты, и она почти полна. Возможно, я смогу пройти немного дальше.
Тайна обретения бессмертия была слишком соблазнительна, и никто бы от неё не отказался. Это была цель, ради которой Великие императоры трудились и боролись всю свою жизнь. Тем более для Е Фаня это было его конечной целью.
— Мне и впрямь хочется войти и попытаться, — прошептал Е Фань.
Ему не хватало лишь одного фрагмента карты. Дело было не в том, что он не мог подождать или был слишком нетерпелив, а в том, что он знал: этот фрагмент был разбит в пыль ещё в глубокой древности и уже никогда не будет найден. Иначе святые мудрецы древности не покинули бы этот мир всем скопом.
— Хм, нехватка одного фрагмента заставила их отступить. Похоже, надежда ничтожно мала, и успеха не добиться. Ладно, я просто разведаю путь, схожу посмотрю. Не буду питать надежд на непременный успех.
Е Фань отправился в путь, взяв с собой лишь Сяо Суна. Они вместе пошли на Запад и, войдя в горы Куньлунь, обошли древнюю магическую формацию и оказались в безбрежной и бескрайней области.
Глаза Сяо Суна сразу же расширились от удивления. Это была Драконья гора, простоявшая десять тысяч веков, прародитель всех гор. Грандиозная и безбрежная, величественная и устрашающая, она походила на живого истинного дракона, что затаился здесь.
Истинная горная цепь Куньлунь была бесконечна, и взор не мог объять её края. Каждый горный пик был подобен драконьей кости, что вздымался в облака, величественный и грандиозный.
Древние сосны были зелены и густы, и водопады простирались безбрежно, словно расписной свиток, раскинувшийся впереди.
Е Фань бродил у границ этой горной области около полумесяца, изучая рельеф и не осмеливаясь действовать опрометчиво. Соединив вместе восемь фрагментов бессмертной карты, он вновь и вновь изучал их и наконец нашёл безопасный путь.
Однако самый центр пути, ведущего в обитель бессмертных, был пуст. Собранная воедино карта лишилась лишь этого срединного участка, что вызывало досаду.
Двадцать с лишним дней спустя вдалеке мелькнул пурпурный свет. Сяо Сун, словно маленький пурпурный дух, выпрыгнул откуда-то и, прижимая к груди белоснежный нефритовый камень размером в один квадратный чи,³ хлопая чёрными, словно самоцветы, глазёнками, побрёл к нему, нарочно шатаясь и переваливаясь, чтобы похвастаться перед Е Фанем.
³ 1 чи ≈ 3,3 см
— Хм, похоже на краеугольный камень Небесного Двора? — удивился Е Фань.
Сяо Сун выпятил маленькую грудку и кивнул, а затем повернулся и запрыгал к одному горному утёсу, приведя Е Фаня к разрушенной горе. Казалось, это место было чем-то разбито и обрушено.
Поискав немного, Е Фань обнаружил неподалёку небольшие руины. Когда-то здесь жили практикующие путь и строили из этих нефритовых камней пещерную обитель, но она была разрушена.
Он погладил эти нефритовые камни, и его сердце учащённо забилось. Они действительно были из того же источника, что и краеугольный камень Небесного Двора! Внутри была похожая магическая формация. Жаль только, что их было всего десять с лишним штук.
— Небесный Двор... Куньлунь...
Серьёзно поразмыслив, Е Фань внутренне содрогнулся.
— Неужели между древним Небесным Двором и девяноста девятью Драконьими горами есть какая-то связь?
Он не мог не быть потрясён до глубины души и в одно мгновение подумал о многом. Ведь всё это возникло ещё до первобытной эпохи, и время было настолько древним, что его было трудно проследить.
В ту эпоху кто мог управлять девяноста девятью грандиозными Драконьими горами и переносить их с одной древней звезды на другую? Возможно, только древний Небесный Двор.
— Если и впрямь существовала такая сверхвеликая сила, что могла двигать Драконьи горы и, не жалея уничтожать множество живых древних звёзд, взращивать надежду на обретение бессмертия, то это мог быть только он!
В конце концов император умер, божественные генералы всех областей пришли в смятение, и случилась великая беда — Небесный Двор распался. О различных причинах и тайнах первобытной эпохи ныне уже ничего не узнать.
В душе Е Фаня вздымались волны, и он долго не мог успокоиться. Божественная война и Небесный Двор, вполне возможно, были связаны с девяноста девятью Драконьими горами. Пристально глядя в глубины Куньлуня, он сказал:
— Пойдём! Полагаясь на восемь фрагментов карты, мы войдём и посмотрим. Даже если ничего не добудем, то, по крайней мере, сможем защитить себя. Посмотрим, что же было взращено в так называемой обители бессмертных и чем является так называемая надежда на обретение бессмертия.
Чёрные, как смоль, глазёнки Сяо Суна сверкали одухотворённым светом, и он запрыгал рядом с ним. Е Фань скопировал карту местности и широким шагом вошёл в горы, направляясь в самые глубины Куньлуня.