Человеческая жизнь, каждая травинка и каждое дерево — всё это можно понять как переправу. Гай Цзюю постиг само творение, и это было удивительное Великое Дао!
Он проложил собственный путь и потому восемь тысяч лет назад не знал себе равных; когда его кровь и энергия были в расцвете, один лишь чистый свист мог стряхнуть падающие звёзды с небес.
Бум!
Золотая дубина отлетела, будто отброшенная океанским валом; золотой свет залил небо, аура древнего императора вскипела, и сияние ослепляло. Золотой король ужаснулся: что тут можно сказать, столкнувшись со столь яростным человеком? Старик с истощённой плотью и кровью, чьи дни уже сочтены, был подобен божественному льву! Изо рта его непрерывно текла кровь, и потери золотой крови, истинной сущности их рода, были огромны. Сегодня он получил тяжёлую рану: божественная мелодия поразила исток его Дао.
Дин-лин!
С другой стороны безостановочно звенел пурпурный Колокольчик Десяти Тысяч Драконов, также отброшенный назад. Пронеся великого мудреца Ганьлуня через бескрайнюю область, он вдребезги разбил малые планеты позади. Одна за другой расцветали ослепительные вспышки, пугающие до глубины души, подобные фейерверкам, но на деле это взрывались звёзды, проносясь по чёрной вселенной.
Это было великое разрушение: Бессмертная мелодия переправы через испытание остановила оба оружия древнего императора и ранила двух великих мудрецов древних кланов!
В Восточных землях многие, даже не используя древние магические глазницы, могли видеть вереницы вспышек за пределами мира — это погибали малые планеты, испуская последний свет.
— Это... сила, достигающая немыслимого. Явно ощущается величие древнего императора — значит, используется оружие предела. Как же Гай Цзюю может противостоять ему?
— Этого уровня нам не достичь за всю жизнь, на него можно лишь взирать с благоговением; он выходит за рамки обычных ступеней!
Даже мудрецам древних кланов приходилось восхищаться, а затем погружаться в уныние, чувствуя, что им никогда не превзойти его, и в этой жизни уже нет надежды.
На поле брани за пределами мира Золотой король и великий мудрец Ганьлунь с трудом остановили падение и взвыли: они не могли смириться с поражением и вновь предприняли яростную атаку.
— Пробудись, божество!
Золотой король взревел, непрерывно вливая божественную силу в бессмертную дубину; всё засияло, и дух оружия внутри полностью пробудился, готовый обезглавить Гай Цзюю. Более того, за спиной у него раскрылась Золотая сокровищница — целый золотой малый мир, где неистово сиял золотой свет. Божественные мечи, священные пагоды, огромные колокола — всё ослепительно сверкало, сотрясая безмерную божественную силу, вливаемую в бессмертную дубину.
Бум!
Золотая дубина, подобно золотому бессмертному дракону, воспарила в бескрайней вселенной, озаряя всё вокруг ослепительным и вечным светом посреди мрака и холода!
Гай Цзюю сместился в сторону, вновь отступив на сто тысяч ли¹, однако его собственное Дао шло вперёд. Бессмертная мелодия переправы через испытание звучала, разносясь по мёртвому звёздному небу; казалось, она обращала вспять реку времени и рассекала разные миры прошлого, настоящего и будущего.
¹ 1 ли ≈ 0,5 км.
Грохот!
Золотой свет отхлынул, но величие древнего императора накатывало непрерывно, всё сокрушая на своём пути; бессмертная дубина проносилась повсюду, однако и она содрогалась, противостоя божественной мелодии. Бессмертная мелодия переправы через испытание обладала неизмеримой и безграничной мощью. Это было писание и чудесное искусство, потрясающее всю вечность, способное противостоять методам древнего императора; оно заставило Золотого короля вновь харкнуть кровью.
С другой стороны великому мудрецу Ганьлуню из Логова Десяти Тысяч Драконов было не лучше: из всех пор его тела сочилась кровь, и плоть непрерывно дрожала.
— Так не пойдёт! Оружие древнего императора вытягивает из нас огромное количество энергии сущности, а мы раз за разом не можем его поразить. Если так продолжится, мы неминуемо погибнем!
Теперь Ганьлунь не мог не восхититься: даосское мастерство Гай Цзюю было намного выше их. Божественное искусство, явленное им, проникало сквозь расстояние более чем в сто тысяч ли, словно он находился прямо перед ними. Это была воистину потрясающая мир бессмертная мелодия. Загадочная и непредсказуемая, обладающая огромной мощью, она проносилась по тёмной вселенной. Золотой король и великий мудрец Ганьлунь, имея в руках оружие предела древнего императора, не могли её одолеть.
Спустя всего лишь половину стражи оба уже шатались и извергали божественную кровь — золотую и пурпурную. Каждая капля была драгоценна, ведь в ней текла эссенция, унаследованная ими от древних императоров. Они пришли в ужас: так им грозила неминуемая смерть!
— Придётся слиться с оружием древнего императора и убить его беззвучно! — в отчаянии прорычал Золотой король.
— Верно. Войдя внутрь оружия древнего императора, мы станем неуязвимы для него, ведь у него нет оружия предела. Даже обладая величайшим божественным даром, разве сможет он пробить императорское оружие и насмерть поразить нас? — кивнул великий мудрец Ганьлунь из Логова Десяти Тысяч Драконов.
Вэн!
Небосвод загудел, божественная дубина легонько дрогнула, и Золотой король превратился в ослепительный луч света, войдя внутрь оружия древнего императора и слившись с ним.
Чи!
Пронзительный золотой свет разорвал звёздное небо и, превратившись в электрическую дугу, устремился прямо к Гай Цзюю. Слившись с императорским оружием воедино, он стал способен сокрушить всё что угодно. Это был смертельный приём: пользуясь тем, что у Гай Цзюю нет оружия императора, они применили этот способ, чтобы уничтожить его.
Божественная мощь разлилась повсюду, тёмный небосвод был разорван. Золотой король, находясь внутри божественного оружия, словно облачился в прочнейшее церемониальное одеяние, которое никто не мог пробить.
Бум!
В мгновение ока он достиг цели и превратил место, где стоял Гай Цзюю, в чёрную дыру, бескрайнюю и бездонную; первозданная энергия вздыбилась, устремившись во все стороны. Гай Цзюю исчез и появился в другой части тёмного небосвода, стоя там с ледяным блеском в глазах и взирая издалека.
В тот же миг пурпурный Колокольчик Десяти Тысяч Драконов превратился в пурпурного истинного дракона длиной более тысячи ли. Каждый его позвонок был пурпурным божественным колокольчиком, звучавшим сейчас подобно огромному колоколу. Дракон ринулся вниз.
Грохот!
Колокольный звон грохотал, пурпурный истинный дракон разорвал небо одним ударом когтей, а удар его головы породил волну, заставившую содрогнуться множество звёзд; величие древнего императора выплёскивалось бурным потоком. Эта область вселенной разрушилась, и пурпурный истинный дракон, не зная преград, мог разорвать любые препятствия и уничтожить целый мир.
— Гай Цзюю, ты выдохся! Посмотрим, как ты теперь встретишь оружие предела древнего императора! — проревел Золотой король. Находясь внутри бессмертной дубины, он ничего не боялся и превратился в золотой свет, способный затопить эту вселенную.
В этот момент даже искусство «Бин» с трудом могло ему угрожать, ибо он слился с золотой дубиной в единое целое и, будучи великим мудрецом, уже не поддавался чужому управлению.
— Убить! — холодно прорычал и великий мудрец Ганьлунь из Логова Десяти Тысяч Драконов, слившись с пурпурным истинным драконом, который растянулся на десятки тысяч ли и ринулся вперёд.
Это была захватывающая дух битва. Разноцветные лучи плясали, всевозможные божественные искусства применялись одновременно; императорское оружие рассекало вселенную. Бессмертная мелодия переправы через испытание потрясала мир и проносилась по девяти небесам и десяти землям, но Гай Цзюю всё же не был древним Великим императором и не мог уничтожить императорское оружие. Однако этого было достаточно: кто ещё осмелился бы сражаться с обладателями оружия императора, да ещё и не уступать им?
— Беда! Что же делать? — сердце Е Фаня сжалось. Он хотел тайно передать треножник из зелёной меди Гай Цзюю, но расстояние между ними исчислялось десятками тысяч ли, и он никак не мог связаться с больным стариком.
— Гай Цзюю, у тебя нет больше шансов! Испокон веков ни один культиватор ниже уровня древнего императора не мог разбить оружие предела древнего императора. Ты, хоть и почти вступил на путь постижения Дао, тоже бессилен! — Золотой король и великий мудрец Ганьлунь из Логова Десяти Тысяч Драконов наконец-то успокоились. Слившись с императорским оружием, они на предельной скорости носились вокруг, непрерывно атакуя.
Превратившись в два бессмертных луча, они, не страшась атак Гай Цзюю, развернули свои сильнейшие средства, стремясь обратить его в пепел.
— Какой там почтенный владыка человечества? Перед лицом времени ты — ничто! Дряхлый старик, лишённый бурной крови и энергии, ты ещё хочешь пойти против небес? Сегодня мы проводим тебя в последний путь!
Золотой король становился всё воинственнее и грознее, он самозабвенно ревел, преисполненный гордыни, и проносился под звёздным небом, источая мириады лучей золотого бессмертного света, ослепительных и сияющих, подобно явившемуся божеству. В последние дни в его сердце скопилась невыносимая горечь: сначала он был побеждён Сражающимся с Буддой, и его вынудили откупиться редчайшим божественным костным мозгом, а затем Гай Цзюю одним ударом уничтожил его воплощение. Для великого мудреца древних кланов это было величайшим позором. Пройдя такой путь, он, несомненно, обладал огромной боевой мощью, но терпел одно поражение за другим, вызывая пересуды среди многих. В душе его копилась мрачная тоска, и теперь, когда наконец-то появился шанс переломить ход событий и смыть позор, он, естественно, дал волю своему рёву.
— Гай Цзюю, плати жизнью! Твои дни сочтены, мужественная сила ушла, ты стар и немощен — чем ты будешь со мной сражаться? Я отрублю твою голову и принесу её в жертву императорскому оружию моего клана, чтобы утолить мою ненависть! — гремел Золотой король. Теперь он наконец-то расслабился, полагая, что всё находится под его контролем.
Бессмертной мелодии переправы через испытание суждено было поражать древность и будущее, но она не могла подавить два оживших оружия древнего императора; Гай Цзюю было трудно добиться успеха.
Внезапно алое сияние взметнулось до небес, и ослепительные радуги залили каждый уголок, окрасив весь небосвод в нежный багрянец, полный великолепного сияния. Крик бессмертного феникса, прошедшего девять трансформаций, прокатился по этой звёздной области. Его голос был чист, его Дао — величественно, его мощь — потрясала мир. Огненно-красный феникс танцевал, словно готовясь поглотить целую вселенную, и множество древних звёзд вмиг потускнело.
— Это... оружие императора!
— Что?! Гай Цзюю явился с оружием императора? Что же это за оружие?
Наблюдавшие за битвой старые патриархи императорских кланов все похолодели от ужаса; по их позвоночникам пробежал ледяной холод. Они поняли, что дело плохо, и случилась страшная беда.
Гай Цзюю стоял там, и в каком-то наваждении перед ними предстал его прежний образ: мужественный и величественный, с гордой осанкой, с бровями-мечами и звёздными очами, поразительно красивый. Но в следующий миг это снова был болезненный старик с иссохшей плотью, всё же достигший заката лет. В его руке появилась ало-красная, ослепительная печь, сиявшая на ладони. На ней парил феникс и восходило солнце — древняя и величественная. Она была выкована из фениксового кроваво-красного металла, и это была Печь Хэньюй!
Бум!
Гай Цзюю стоял непоколебимо, возвышаясь в этой вселенной. На его ладони Печь Хэньюй стремительно выросла, сравнявшись с небесами. Кристально-прозрачная, алая, словно кровавый алмаз, она была окутана слоями дымки. Это была печь, отлитая Великим императором Хэньюй, и её мощь была безгранична. Теперь она полностью пробудилась и в одно мгновение озарила тёмную вселенную.
Дон!
Крышка печи не открылась; бессмертная печь, выкованная из фениксового кроваво-красного металла, просто врезалась в противника. Гай Цзюю, используя искусство «Бин», привёл её в движение, и от этого бескрайняя вселенная, казалось, готова была полностью обрушиться и погибнуть. Золотая дубина и пурпурный Колокольчик Десяти Тысяч Драконов почти горели, излучая ярчайший свет. Двое великих мудрецов древних кланов, предчувствуя беду, бросили все свои даосские силы на защиту.
Однако оба императорских оружия не смогли остановить Печь Хэньюй. Даосское мастерство Гай Цзюю достигло ужасающей степени, и теперь, с оружием императора в руках, он был поистине непобедим!
Грохот!
Ослепительный свет разлился повсюду, бескрайний крик феникса разнёсся вокруг. Алое сияние затопило бескрайнюю вселенную, сонмы звёзд затрепетали, а ближайшие планеты непрерывно разрушались и взрывались. Оружие древнего Великого императора скрестилось с оружием древнего императора — случай чрезвычайно редкий в истории!
Золотая дубина и Колокольчик Десяти Тысяч Драконов были отброшены прочь — не потому, что оружие было плохим, а потому, что его обладатели сильно уступали. Двое великих мудрецов древних кланов, даже находясь внутри божественного оружия, получили тяжелейшие раны и едва не погибли и телом, и духом.
— Ты... — из золотой дубины донёсся дрожащий голос. Золотой король, похолодев от ужаса, управляя бессмертной дубиной, развернулся и побежал, не смея задержаться ни на миг.
Дон!
Алая, кристально-прозрачная Печь Хэньюй загудела и, превратившись в алый луч, ринулась вперёд. Ещё один удар — и она врезалась в золотую дубину. Оружие древнего Великого императора схлестнулось с оружием древнего императора. Раздался металлический звон, и золотая дубина отлетела далеко-далеко, разбивая один за другим участки небосвода.
— А-а-а!..
Золотой король закричал, и крик его был душераздирающим. Его выбросило наружу, и он выпал из золотой дубины. Тело его было истерзано, почти полностью уничтожено; даже будучи великим мудрецом, он не выстоял!
Гай Цзюю протянул грубую, морщинистую руку. Его старая плоть уже не обладала величием молодости, но внушала каждому благоговение и желание пасть ниц.
Бам!
Он схватил Золотого короля, словно поймал золотую бабочку.
— Собрат Гай, пощади! — вскричал великий мудрец Хунь То.
Однако Гай Цзюю не обратил на это внимания и медленно сжал ладонь. Золотой король в ужасе закричал, отчаянно пытаясь вырваться, но не мог сбежать.
Пу!
Когда ладонь сомкнулась, великий мудрец древнего клана, стоявший на самой вершине среди могучих мастеров, разлетелся на куски. Брызнула золотая кровь, заставившая всех содрогнуться и замереть в потрясении!