Старый журавль, с румяным лицом, белоснежными волосами и ясным, зорким взглядом, вышел из уединения. В его глазах читалось потрясение, когда он всматривался в девяносто девять Драконьих гор и говорил, что они существуют в мире.
Сердце Е Фаня дрогнуло. Неужели он и впрямь нашёл земного бессмертного? Неужели это и есть то самое место, что Чи Сун-цзы искал всю свою жизнь, где кроется шанс и величайшая тайна становления бессмертным?
Старый журавль сказал, что хотя рельеф древности сильно отличался от нынешнего, он всё же имел сходство с некоторыми местами современного мира, и можно было найти зацепки в реальности.
Он слышал о некоторых тайнах древности: девяносто девять Драконьих гор точно существовали, это не выдумка. Карта не лгала, нужно лишь тщательно соотнести её с нынешними горами и реками.
— Посмотрите, разве одна из них не похожа на Хуанхэ? Рельеф извивается, словно дракон, устремляясь к морю; изгибаясь и петляя, он могуч и величествен.
Е Фань и Третий глава долины переглянулись. Как можно было связать древние Драконьи горы с Хуанхэ? Это казалось уж слишком надуманным.
Старый журавль начертил на земле древнее русло Хуанхэ, которое сильно отличалось от нынешнего. Ведь за тысячи и десятки тысяч лет река меняла русло бессчётное число раз.
— Согласно преданиям, в глубокой древности на земле не было русла Хуанхэ. Некто, обладающий великой магической силой, извлёк из земли огромную драконью жилу, передвинул Драконью гору и проложил древнее русло Хуанхэ, позволив буйным водам течь на восток и впадать в море.
Е Фань застыл в изумлении. Древнее русло Хуанхэ было проложено человеком? Там возвышалась драконья жила, которую кто-то извлёк и перенёс? Это было поистине потрясающе.
Он склонился и стал тщательно сравнивать древнее русло Хуанхэ с девяносто девятью драконьими жилами. Одна из них действительно была поразительно похожа на него. Это вызывало изумление и даже казалось каким-то абсурдом.
— Это лишь одна Драконья гора. На карте же показано, что девяносто девять древних Драконьих гор переплетаются и собираются воедино, грандиозно и безбрежно. Нам ещё многого недостаёт.
Хотя Е Фань произнёс это вслух, в глубине души он всё ещё немного сомневался. Чтобы столько Драконьих гор, настоящих великих драконов, собралось вместе — такого не было даже в звёздном поле Бэйдоу!
К тому же, после своего возвращения на Землю он слышал и от главы школы Линбао, и от Третьего главы долины, что в глубокой древности земля была безбрежной и обширной, гораздо больше, чем сейчас. Непонятно почему, но со временем она становилась всё меньше и меньше.
Если это правда, то одна только Драконья гора, по руслу которой пролегла Хуанхэ, достигала неведомо скольких десятков тысяч ли в длину. Если верить их словам, размеры запросто могли исчисляться сотнями тысяч ли.
¹ 1 ли ≈ 0,5 км
— Не только Земля изменилась. Вся Солнечная система уменьшилась. В прошлом она была совсем не такой, — добавил старый журавль.
Е Фань размышлял. Девяносто девять Драконьих гор, переплетённых вместе... Это и впрямь выглядело нереально. Насколько же грандиозным должно было быть это зрелище? Не говоря уж о прочем, сам по себе такой рельеф неминуемо породил бы нечто невообразимое.
И это нечто непременно стало бы непревзойдённым владыкой с древности и доныне. Даже Великие императоры древности имели бы в его лице достойного противника и, скорее всего, потерпели бы поражение!
— Так, может быть, именно потому, что эти девяносто девять Драконьих гор сошлись воедино и бросили вызов самим Небесам, и родился земной бессмертный?
Сейчас Е Фаню не хватало лишь чуть-чуть, чтобы стать наставником истока. И по силе, и по опыту он не имел равных в этом мире. Никто в нынешнюю эпоху не мог с ним сравниться. Но чем глубже он это понимал, тем сильнее было его потрясение.
Старый журавль был непреклонен: древнее русло Хуанхэ и есть одна из Драконьих гор. По форме они уже очень схожи, и это, несомненно, одна из гор на карте.
— Вот теперь есть за что зацепиться. Если древние девяносто девять Драконьих гор действительно существовали, я готов поверить, что они породили всё что угодно, — пробормотал Е Фань.
Они решили немедля отправиться к древнему руслу Хуанхэ и пройти вверх по течению от самого устья, ища следы древних мест и разыскивая остальные девяносто восемь истинных Драконьих гор.
— Ты говоришь, они скрыты внутри грандиозных древних формаций и недоступны миру простых смертных, но их можно найти, ориентируясь по нынешним горам и рекам? — спросил Е Фань.
Старый журавль кивнул с предельно серьёзным видом. Он не покидал уединённой культивации десятилетиями, а то и сотнями лет, но теперь самолично прибыл к берегам древнего русла Хуанхэ.
Они хотели разыскать неизведанные земли и найти запечатанные древние горные цепи. Продвигаясь вверх по течению, они исследовали горы и расспрашивали встречных у рек, обнаружив множество древних следов. Из ила Хуанхэ они извлекли немало полуистлевших каменных стел, надеясь на находки.
Однако серьёзных открытий всё не было. По обоим берегам Хуанхэ не было ничего — никаких следов запечатанных древних Драконьих гор.
— Божество Земли, выходи! — оказавшись в безлюдной местности, у бурных вод Хуанхэ, Сунь Укун произнёс заклинание и призвал маленького старичка.
Глаза Е Фаня расширились от изумления, он был ошеломлён до предела. Неужели он и впрямь перенёсся в эпоху мифов?
Старый журавль пояснил, что древнее русло Хуанхэ изначально было местом расположения древней Драконьей горы, и здесь сохранились остатки безбрежной драконьей энергии. Некоторые люди и демоны, достигшие определённого уровня пути, естественно, селились вблизи этого места.
Божество Земли, которого призвал Третий глава, на самом деле был ящером-панголином, который обрёл небольшой путь и, приняв облик Божества Земли, совершенствовался здесь.
Обезьяна учинила ему строгий допрос, и этот «господин Божество Земли», дрожа как осиновый лист, выложил всё, что знал. Его предки жили здесь издревле, и он действительно слышал о девяноста девяти Драконьих горах, но сам никогда их не видел.
Затем они продолжили путь вверх по течению, миновав Нинся и Ганьсу, следуя вдоль древнего русла Хуанхэ. Во многих местах воды Хуанхэ не текли уже тысячи лет, и русло давно изменилось.
По пути они ещё несколько раз в безлюдной местности призывали духов гор и Божеств Земли, чтобы расспросить о грандиознейших Драконьих горах древности, но так и не добились значительных успехов.
Е Фань не мог не покачать головой. Такой рельеф и впрямь вряд ли мог существовать в реальности, иначе это был бы настоящий вызов Небесам. Он и сам не мог себе этого представить, не в силах был вообразить, что же могло там родиться.
Однако, когда его решимость уже почти поколебалась, старый журавль заметил следы демонов. В одном месте, где русло Хуанхэ совпадало с древним, он сказал, что в воде скрывается великий демон, и, возможно, от него можно будет что-то узнать.
Обезьяна нырнула в воду, но была выброшена обратно. Демоническая энергия вздыбилась волнами, и Третий глава едва не потерпел серьёзное поражение.
В дело вступил старый журавль. Он был практикующим уровня великого совершенства Превращения в Дракона, с глубочайшим путём, одним из лучших среди всех глав школ того времени. Пока скрытые в мире обладатели великих божественных способностей не появлялись, никто не мог с ним соперничать.
Грохот!
Волны взметнулись до небес, и из воды взвился древний цзяо. Его сила не уступала журавлю. В гневе он вопрошал, кто посмел тревожить его водную обитель и нарушать его культивацию.
Это был старый цзяо из Хуанхэ, практикующий путь уже более семисот лет. Со времён глубокой древности его предки жили в этом месте, совершенствуясь в подземной водной обители.
Первый глава долины подробно всё объяснил, и это наконец успокоило гнев старого цзяо. Волны Хуанхэ улеглись, и он пригласил гостей посетить его водную обитель.
Это был подводный дворец, без всякой показной роскоши, простой и скромный. Всё в нём было из камня. Он стоял на илистом дне, а вода внутрь не проникала.
Из-под земли сюда сочились тонкие нити драконьей энергии, благодаря которым род старого цзяо и практиковал свой путь из поколения в поколение. Они редко появлялись в мире и были совсем не такими, как представляли себе люди, что демоны непременно сеют смуту и вызывают волнения.
Он пригласил троих присесть и рассказал им кое-что из прошлого. Хотя сам он знал немного, это были знания, передававшиеся от его предков. И наконец-то путники напали на важный след.
Старый цзяо сказал, что ещё в глубокой древности действительно существовала легенда о девяноста девяти Драконьих горах. Одна из них находилась прямо здесь, переплетаясь с древним руслом Хуанхэ; она была безбрежной и грандиозной. Но позже её передвинули с помощью несравненной магической силы.
Услышав это, все остолбенели. Оказывается, такая версия и впрямь существует! Старый цзяо подтвердил, что одна из них до сих пор существует, и даже назвал её имя: горная цепь Тайханшань.
— Уж не слишком ли это невероятно? — даже Обезьяна слегка опешила.
Старый журавль, услышав это, задумался, а затем произнёс, что Тайханшань и впрямь является Драконьей горой. Выдыхая и вбирая драконью энергию, она породила ту самую древнюю столицу шести династий на севере.
— Я слышал, что Высочайшая Драконья жила в древности была в десятки тысяч раз больше нынешней. Вы можете себе представить, насколько длинной была та Драконья гора? — сказала Обезьяна.
— Если даже древнее русло Хуанхэ образовалось после перемещения Драконьей горы, то что такого удивительного в том, что горная цепь Тайханшань тоже была передвинута? — очень спокойно ответил старый журавль.
Е Фань потёр подбородок. Это было слишком ошеломляюще. Даже драконья жила Тайханшань была одной из девяноста девяти Драконьих гор древности? Какой же грандиозной была картина, когда все эти истинные драконы парили и извивались вместе?!
Старый цзяо знал лишь одну из древних Драконьих гор и ничего не мог сказать об остальных. По его словам, это было связано с запретными вопросами древности, которые нельзя было глубоко исследовать, иначе случилась бы великая беда.
Это были крупицы знаний, передававшиеся от его предков. Перед уходом он несколько раз настоятельно предостерёг троих, чтобы они вовремя остановились и ни в коем случае не продолжали расследование. Даже мудрецы древности не осмеливались к этому прикасаться, в противном случае несчастье было неминуемо.
Это и впрямь пугало и приводило в трепет. Что же это была за тайна древности, какой запрет она нарушала?
Было ли это тем, что искал Чи Сун-цзы?
Е Фань и его спутники продолжили путь вдоль древнего русла. Из Ганьсу они вошли в пределы Сычуани, вскоре должны были вступить в Цинхай и достичь конечной цели — истока Хуанхэ.
Однако на территории Сычуани они снова напали на прорывной след. В древнем русле Хуанхэ им повстречалась старая черепаха. Хотя её путь был не слишком пугающим — она лишь недавно вступила на тайный уровень Превращения в Дракона, — но её жизненный срок был очень велик: она прожила уже более девятисот лет.
Преимущества её расы были очевидны.
Из разговора с ней они узнали ещё одну поразительную вещь. Её клан тоже использовал драконью энергию древнего русла Хуанхэ для культивации и также знал кое-что о древних событиях.
На этот раз речь зашла о горной цепи Циляньшань. Она тоже была оттуда передвинута и являлась одной из великих драконьих жил древности.
Е Фань и его товарищи тщательно всё сравнили и не могли не замолчать в изумлении. Это действительно было очень похоже на одну из девяноста девяти древних Драконьих гор. Это пугало.
— В древности драконья жила Циляньшань простиралась на несколько миллионов ли... Это просто уму непостижимо!
Старая черепаха поведала ещё одну тайну, которая заставила их не на шутку встревожиться. Она сказала, что девяносто девять Драконьих гор ещё в глубокой древности были запретной темой. О них нельзя было говорить, их нельзя было обсуждать, и уж тем более никто не осмеливался их расследовать.
Е Фань и его товарищи попрощались со старой черепахой и, пройдя весь путь до провинции Цинхай, наконец достигли истока Хуанхэ. Стоя у подножия заснеженных гор, они застыли в задумчивости. Больше никаких находок не было.
— Мне кажется, мы неосторожно коснулись того, что не следовало расследовать... — пробормотал старый журавль.
Е Фань давно это предчувствовал. Казалось, они и впрямь прикоснулись к табуированной небесной тайне. Если драконьи жилы Тайханшань и Циляньшань когда-то достигали в длину нескольких миллионов ли, а все девяносто девять таких Драконьих гор были переплетены и свиты воедино... это был бы самый настоящий вызов Небесам!
Сказать, что там родился земной бессмертный, — это было бы ещё слишком скромно!
— Давайте-ка внимательно всё сопоставим и как следует разберёмся, — предложил Е Фань.
Они соединили девять кусков древнего нефрита воедино, а затем начертили все знаменитые Драконьи горы мира и стали одну за другой сравнивать их. И чем больше они смотрели, тем сильнее замирало их сердце.
— Это драконья жила Хэндуаньшань.
— Это драконья жила Тяньшань.
У путников мурашки побежали по спине. Все известные в мире драконьи жилы можно было отыскать по их рельефу среди девяноста девяти древних Драконьих гор и сопоставить один к одному.
На девяти древних нефритовых пластинах среди девяноста девяти Драконьих гор самая большая находилась в центре и занимала почти четверть всей площади. Она была самой грандиозной и безбрежной.
Е Фань и его спутники тщательно всё сравнили и обнаружили, что её оконечность полностью совпадает по очертаниям с нынешней горной цепью Куньлунь.
— Значительная часть Куньлуня скрыта в древней магической формации. И к тому же все горы и божественные пики, что проявлены в нынешнем мире, уменьшились во много раз, — сказал старый журавль.
Путники были потрясены до глубины души. Что же произошло в древнюю эпоху? Девяносто девять Драконьих гор изначально располагались вместе, переплетаясь и извиваясь друг вокруг друга, образуя сложнейший рельеф. Кто же разделил их?
Что за грандиозное деяние!
Оно потрясало и древность, и современность, и грядущее. Это был акт, бросающий вызов самим Небесам.
Чем больше они размышляли об этом, тем страшнее им становилось. Весь рельеф Поднебесной — все эти горы и реки — был практически кем-то спланирован и расставлен! Изначально все драконьи жилы текли совсем не так!
— Слишком ужасающе! Это грандиозное деяние, бросающее вызов Небесам, которое потрясает и древность, и современность, и грядущее! Мы и впрямь неосторожно коснулись запретного...