Срединные земли порождают демона!
Четыре слова, тяжёлые, словно десять тысяч цзюней, сотрясли весь Запад. Полное уничтожение Крестового воинства было подобно раскату грома, потрясшему весь мир, и каждый был невероятно ошеломлён.
Армия Восточного похода была отобрана из тысяч и тысяч людей, это была группа чрезвычайно сильных воинов. Каждый из них происходил из отдельного древнего рода и обладал благородной кровью.
А трое их командиров были обладателями великих божественных способностей первого небесного слоя Бессмертного Алтаря. На Западе они были прославлены и знамениты, находились в весьма преклонном возрасте, пережили множество великих битв и потрясали своей славой весь мир!
Однако вся эта великая армия была полностью уничтожена, и ни один человек не спасся бегством. Кто-то побывал на месте событий и не нашёл там даже обломка доспехов — лишь тёмные пятна крови остались на выжженной земле и камнях.
— Какая сейчас эпоха?! Не может такого быть, чтобы явился подобный великий демон! Даосские врата Срединных земель не умеют собирать веру, и без поддержки силы мыслей как они могли достичь такого уровня?!
После первоначального шока многие начали высказывать сомнения, считая, что это противоречит здравому смыслу и в этом деле много нестыковок, и, скорее всего, здесь кроется какой-то заговор.
— Неправильно! Это наверняка проделки тех даосов из Срединных земель! Их линия передачи очень странная, и, возможно, у них осталась какая-нибудь из десяти великих несравненных формаций древности, и они силой Неба и Земли уничтожили Крестовое воинство.
Некоторые быстро строили догадки, полагая, что даосские врата, вероятно, прознали об их цели — захвате родовых артефактов Срединных земель — и поэтому перехватили их на полпути, а всю вину свалили на какого-то демона.
В одно мгновение весь Запад пришёл в неистовство, и мир культивации полностью забурлил, ибо это событие было слишком грандиозным. С древности и доныне Крестовые походы на Восток не раз терпели поражения и гибли, но ещё никогда не было такого, чтобы их полностью истребили до единого человека.
И тем более сейчас, в эпоху упадка, когда три обладателя великих божественных способностей при нормальных обстоятельствах должны были быть существами, стоящими на самой вершине пирамиды, и никто не мог им противостоять! Как же они все погибли?
Три великих рыцаря с блестящими боевыми заслугами да ещё пятьсот рыцарей, закалённых в крови и железе, были специально подготовлены для борьбы с сильными мастерами даосских врат. Их силы должно было хватить, чтобы в ходе внезапной атаки захватить родовые артефакты Срединных земель!
— Вершить суд и приводить в исполнение приговор над этим еретиком было всего лишь попутной задачей. Кто бы мог подумать, что именно из-за этого они падут жертвой и это станет самым ужасающим событием!
— Папа уже пришёл в ярость и лично издаст указ, призывая всех практикующих Запада собраться вместе и сформировать сильнейшее Крестовое воинство для Восточного похода!
...
Тибетские глубины хранили множество тайн и были одним из немногих оставшихся чистых мест в нынешнем мире. Е Фань и его спутники шли вперёд и вскоре достигли развалин древнего храма.
Это был родной дом Сяо Суна. Едва оказавшись здесь, он воспрянул духом, мгновенно оживился и стремглав взобрался на каменную гору, забравшись в своё маленькое гнёздышко.
Янь Сяоюй, находя его милым, последовала за ним и стала смотреть ему глаза в глаза. Маленькая каменная пещера была чистой и сухой. Сяо Сун, вращая большими глазёнками, выглядывал наружу.
Здесь у него осталось слишком много воспоминаний. С самого детства он вырос в этих местах, в неведении и непонимании поглощая лунную эссенцию, пока не встретил Е Фаня.
— Это пещера тибетского Будды, вырытая великим добродетельным святым буддой, — Младший Небесный Наставник Чжан Цинъян знал немало и распознал происхождение этой каменной пещеры: тот маленький каменный будда был запечатан именно в этом месте.
Каменная пещера высотой менее половины чи была полна божественной природы, и именно благодаря этому Сяо Сун постепенно обрёл духовность, ибо он впитал божественное сияние святых мудрецов древности.
¹ 1 чи ≈ 3,3 см
— Честно говоря, воды в буддизме тоже очень глубоки, — сказал Ю Вэйю. — Хотя в Индии буддизм почти угас, в Срединных землях его учение широко распространилось, и даже Священная гора переместилась на Восток. Неизвестно, какие беды это принесёт в будущем.
Он был родом из Куньлуня и, естественно, обладал ясным пониманием как тибетского буддизма, так и буддийских храмов во внутренних знаменитых горах и реках. Его школа также ощущала безбрежную мощь Священной горы.
Вшух!
Сяо Сун, прыгая и скача, превратился в пурпурный луч и метался по каменной горе, пока наконец не забрался в расселину у подножия горы. Все последовали за ним.
Когда они увидели голову истинного дракона, образованную земной жилой, они испуганно вздрогнули. Каменный дракон высох и умер здесь, а под его пастью стоял маленький разбитый глиняный горшок с хрустально-прозрачной жидкостью, от которой исходил нежный аромат.
— Земное молоко. Вот причина, по которой этот малыш смог выжить, вырасти и обрести духовность, — тихо произнёс Е Фань.
Сяо Сун подбежал и с серьёзным видом поднял маленький горшочек, настойчиво требуя, чтобы Е Фань выпил его. Он был очень решителен и не отступал.
— Это ты так проявляешь сыновнюю почтительность к учителю? — с улыбкой спросил Е Фань, погладив его по головке.
Малыш серьёзно закивал, и его мордочка была преисполнена торжественности и надежды.
На этот раз Е Фань не стал отказываться, как в прошлый раз, а действительно взял горшочек и залпом выпил всё до дна прямо у него на глазах. Ведь это было искреннее чувство Сяо Суна.
Пурпурный малыш очень обрадовался и запрыгал от счастья. Прошло немало времени, прежде чем он успокоился, а затем его настроение немного упало, и он медленно побрёл к одной маленькой каменной пещере.
Там лежал скелет белки — его матери, которая погибла, спасая его. Побывав в мире людей, он многое понял.
В прошлый раз он ещё смеялся беззаботно и беспечно, а теперь он с очень серьёзным видом распластался там и, глядя на скелет, выглядел опечаленным. Очень долго он не шевелился.
Все переглянулись. Е Фань тихо вздохнул и ничего не сказал, позволяя этому малышу побыть в оцепенении.
Пурпурный кроха жалобно поскулил, и из его больших глаз покатились слёзы. Он попросил Е Фаня и остальных уйти первыми, сказав, что сам догонит их позже.
Все кивнули и вышли на поверхность, оставив малыша там одного, давая ему время.
Божественное сознание Янь Сяоюй и остальных было довольно сильным и превосходило нынешний уровень Сяо Суна. Все они могли ощущать, что он делает, и на их лицах отразилось удивление. Они обнаружили, что Сяо Сун тайком закопал свои сокровища — множество чрезвычайно ценных духовных плодов — в той каменной пещере, похоронив их вместе со скелетом своей матери.
— Он проявляет сыновнюю почтительность, — сказал Лун Сяоцюэ. — Давайте все притворимся, что ничего не знаем и не видели.
В этом не было нужды, никто и так не собирался раскрывать эту тайну. Этот наивный малыш иногда вызывал улыбку и умиление, а иногда — жалость и щемящую грусть.
— Пошли, — произнёс Е Фань.
Настроение у Сяо Суна было не очень хорошим. Напоследок он несколько раз жалобно поскулил в сторону расселины, а затем, то и дело оглядываясь, побрёл прочь вместе с Е Фанем и остальными.
Никто ничего не говорил. В таких делах утешать было бесполезно, ему нужно было самому справиться с этим. Следует признать, Сяо Сун был очень одухотворённым, и на этот раз его душевное волнение было столь сильным, что вызвало резонанс Неба и Человека, и он был готов прорваться через испытание.
На самом деле его путь уже давно достиг нужного уровня. До этапа Четырёх Пределов культивация в основном заключается в дыхании и поглощении духовной энергии, и если энергии сущности поглощено достаточно, то вступить в Дао можно непременно.
Только после достижения этапа Четырёх Пределов требуется упорная культивация и постижение Дао. За все эти дни он часто ел духовные плоды и непрестанно поглощал лунную эссенцию, так что давно уже должен был перешагнуть этот рубеж.
Сегодня он был тронут, и его Дао пришло в движение от сердца, а потому привлекло Небесное Испытание. Он прорвался на этап Четырёх Пределов и по-настоящему вступил на путь постижения Дао, открыв для себя основу культивации.
Грохот!
Среди ясного неба грянул гром. С высоты в десять тысяч чжанов прямо на Сяо Суна обрушилась молния. Сила грома была яростной и властной до предела, и земля и горы загудели.
— О Небо! Он вызвал Небесное Испытание! Сколько же лет прошло?! С тех пор как Земля иссохла, это, должно быть, первый случай, когда кто-то привлёк молнию испытания! — вскричал Чжань Ифань.
Остальные тоже изменились в лице. В нынешнюю эпоху людей, способных пройти через испытание, почти не осталось, потому что окружающая среда сильно изменилась. Даже те немногие гении, что изначально могли бы пройти испытание, теперь с трудом ощущались Великим Дао, и Небесное Испытание на них не обрушивалось.
Никто не ожидал, что Сяо Сун окажется настолько могуч и при вступлении на этап Четырёх Пределов привлечёт внимание Высшего Неба, которое ниспошлёт ему испытание, чтобы остановить его.
Пурпурный малыш жалобно всхлипнул, быстро привёл свои чувства в порядок и, сосредоточившись, начал противостоять этому грандиозному Небесному Испытанию.
Можно сказать, что тренировки, которые давал ему Е Фань ранее, сыграли ключевую роль. Теперь он больше не боялся молний и раскатов грома и осмеливался в одиночку встретить их лицом к лицу.
Чжан Цинъян и остальные наконец поняли, почему Е Фань принял это маленькое существо в качестве второго личного ученика. Раньше они ещё немного негодовали и не смирялись с этим, но теперь все их обиды рассеялись как дым.
Это был невероятный маленький гений-оборотень! Такой крохой он уже подвергался удару молнии, и его будущие достижения, несомненно, будут безграничны и не имеют себе равных.
Ведь, согласно древним книгам, истинное Небесное Испытание начинается именно с прорыва на этап Четырёх Пределов, потому что на этом этапе уже требуется постигать Дао, и именно тогда человека может ощутить Высшее Небо.
С этой точки зрения Сяо Сун стал одним из тех немногих в истории, кто начал проходить через испытание с самого начального этапа, и в будущем его плод Дао будет невозможно вообразить.
Чжань Ифань, Ю Вэйю и другие были невероятно завистливы и в то же время потрясены. Они молча наблюдали.
Море молний было очень яростным и полностью затопило эту область. Грохот не стихал и сотрясал Небо и Землю. Сяо Сун поднялся в небесную высь и вошёл в самое пекло грома и молний, чтобы встретить их лицом к лицу.
Е Фань кивнул. Его второй ученик по-настоящему вступил на путь культивации, и он тоже начал действовать, но, разумеется, не для того, чтобы помогать. Он использовал «формацию обмана небес», чтобы рассеять те молнии, что достигали земли, иначе они могли бы разрушить эти горы и реки.
В конце концов Сяо Сун жалобно заскулил. Он всё же был ещё слишком мал, и ему было трудно выдержать. В этом Небесном Испытании он получил серьёзные ранения.
— Учитель, скорее помоги ему! Маленький старший братец больше не может держаться! — остальные ученики с тревогой на лицах взволнованно просили Е Фаня о помощи.
— Прохождение испытания можно одолеть только своими силами. Всё зависит только от него самого, — в этот момент Е Фань казался очень бессердечным, не помогая ему, а лишь передавая божественным сознанием наставления, говоря, что Сяо Сун должен продержаться и сам преодолеть всё это.
Всё время слышалось жалобное поскуливание. В конце концов даже такой холодный по натуре человек, как Лун Сяоцюэ, почти не выдержал и хотел вмешаться, чтобы противостоять небесной каре и помочь. Однако Е Фань остановил его. Никто не мог приблизиться. Пурпурный малыш был весь в ранах, с разорванной шкурой и почти обуглился, а Небесное Испытание становилось всё более грандиозным.
Ужасающее Небесное Испытание превратилось в бескрайнее море, что величественно колыхалось у горизонта, безбрежное и бесконечное, и низвергалось вниз. Посреди него жалобно кричал и боролся маленький пурпурный дух.
Е Фань был суров. Громким голосом он передавал божественным сознанием наставления о том, как проходить испытание, но сам по-прежнему не шевелился.
В конце концов Сяо Сун, исчерпав все средства для спасения жизни, уже не в силах был даже стонать. Он явил весь свой путь, применил три первых удара из Девяти ударов демонического императора и изо всех сил противостоял.
В этот миг у Лун Юйсюаня, Небесной Девы Феникс и других возникло одно ощущение: в том море десятитысячечжанового Небесного Испытания они будто увидели Великого императора, что гордо взирает на всё вокруг!
— Учитель, ты видел?! Внутри Сяо Суна скрыт потенциал, который то появляется, то исчезает, превращаясь в полосу вечного божественного сияния, что гордо взирает на Небесное Испытание! — дрожащими голосами произнесли они.
— Это потенциал его «Дао-я», — тихо ответил Е Фань. — Это та основа, на которой он в будущем вознесётся на вершину. В этот миг ему показалось, что он видит, как восходит демонический император.
— Учитель, в одном мире лишь один человек может обрести Дао и стать императором. Если Сяо Сун всегда будет следовать за тобой, то кто же из вас тогда сможет стать императором? — они задали острый вопрос.
— С древности и доныне ещё ни одно святое тело не могло обрести Дао и стать императором... — тихо ответил Е Фань, не сказав больше ничего.
— Это... даже если учитель не обретёт Дао, но воспитает двух Великих императоров, это будет делом, не имевшим прецедентов в прошлом, и он останется единственным в своём роде во всей Поднебесной!
Они слышали, что у Е Фаня в звёздном поле Бэйдоу есть ещё и первый ученик, который обладает силой родословной, подобной Солнечному святому императору, и в будущем он, возможно, обретёт Дао.
— Моё Дао... каким оно будет? — Е Фань устремил взор в бесконечно глубокий небесный свод. Он всё это время накапливал силы, откладывая их про запас, чтобы совершить великий прорыв, ибо его Дао будет отличаться от всех: при прохождении испытаний он будет противорубкой Великого Дао!