Та божественная обезьяна сидела с закрытыми глазами. У неё был клюв как у грома, золотая шерсть ослепительно сияла. Она неподвижно сидела на соломенной подстилке, и впрямь будто отлитая из золота.
Шестиухая макака действительно существовала! Е Фань остолбенел. Она была слишком похожа на Сына святого императора, прямо один в один. Если бы не шесть ушей, он бы точно ошибся.
— Странно!
Как она туда попала? Сердце Е Фаня взволнованно забилось, он не мог успокоиться. Это было слишком поразительно. Ведь это Источник жизни древнего Небесного Владыки, а эта обезьяна, противная небесам, смогла поселиться здесь!
Такое не под силу обычным божественным людям, это противоречило здравому смыслу. Кто мог соперничать с картой формации Духовных Сокровищ и четырьмя убийственными мечами? Даже с оружием Великого императора сюда не пробиться!
— Может быть, как и я, она получила оставшиеся в мире древние орудия и тексты законов Небесного Владыки Духовных Сокровищ? — прошептал Е Фань.
Каменная зеркальная платформа вращалась. Она не была неподвижна, а парила в Источнике жизни, то всплывая, то погружаясь, древняя и естественная. Она мелькнула — и образ той обезьяны исчез.
Е Фань перемещался, но под каким бы углом ни смотрел, уже не мог разглядеть ясно. Поблёскивали первозданные руны, почти полностью перекрывшие зеркальную платформу.
— Он живой или ушёл из жизни? — Е Фань не мог определить. То существо, подобное глиняной или деревянной статуе, ни разу не шелохнулось. Расстояние было слишком велико, чтобы сказать наверняка.
Шестиухая макака — противный небесам клан, исчезнувший неведомо сколько сотен тысяч лет назад. Увидеть её сегодня — Е Фаню это казалось невероятным.
Встретив такое существо в этом месте, он почувствовал дурное предчувствие. Это же сверхмогучий клан, способный проткнуть само небо. Если она и вправду ещё жива и выскочит наружу, это непременно приведёт к великому кровавому бедствию.
Е Фань внимательно вглядывался. Хотя зеркальная платформа стала мутной, кое-что всё ещё можно было разглядеть. Проявившаяся через неё пещерная обитель была величественной и грандиозной, в ней даже чувствовалась некая аура бессмертных, и струйки бессмертного тумана вытекали наружу.
Это не было похоже на строение, изначально существовавшее в Источнике жизни. Скорее, его перенесли сюда последующие поколения, потому что лишь четыре бессмертных меча имели право быть рождёнными здесь. Другие сокровища вряд ли могли попасть в Источник жизни древнего Небесного Владыки.
Е Фань присмотрелся и действительно обнаружил странность: та пещерная обитель, казалось, была отсечена от бессмертной горы и перенесена сюда целиком — на ней были видны следы разлома.
— Невероятно. Похоже, та шестиухая макака и вправду перенесла свою пещерную обитель сюда, посчитав это место благословенной землёй бессмертных, чтобы совершенствоваться в дао.
В этот момент первозданные руны потускнели, и пещерная обитель наконец стала немного чётче. Е Фань поспешно открыл небесное око истока и внимательно её рассмотрел.
— О! Даосские талисманы, божественные узоры и ещё писания...
На внутренних стенах пещерной обители кое-где можно было разглядеть множество выгравированных всевозможных древних письмён. Древние следы были покрыты пятнами, полны дыхания минувших веков.
Взгляд Е Фаня застыл. Он увидел некоторые иероглифы из Писания о спасении человека, содержащие странную и огромную магическую силу. Были там и другие писания, но, увы, удалось увидеть лишь крохотные фрагменты.
— Это не похоже на обитель чужака. Скорее, она принадлежит самому Небесному Владыке Духовных Сокровищ, — взгляд Е Фаня стал необычным.
Немного поразмыслив, он примерно всё понял. Шестиухая макака обрела великую судьбу, получив одну из пещерных обителей Небесного Владыки Духовных Сокровищ, целиком отсёкши и перенеся её в это место.
Вне всяких сомнений, это место дао было необычайным, иначе как бы оно могло спокойно покоиться в Источнике жизни древнего Небесного Владыки, да так, что четыре убийственных меча чувствовали в нём знакомую ауру.
— Должно быть, она ушла из жизни, — сделав наблюдения, заключил Е Фань. За эти годы море страданий было очень неспокойным, но шестиухая макака так и не появилась. Скорее всего, это был труп.
Он приблизился к каменной зеркальной платформе, чтобы через неё определить местоположение той пещерной обители. Если бы удалось войти внутрь, возможно, его ждала бы великая судьба.
Однако стоило ему приблизиться, как послышался лёгкий дрожащий звук. На каменной зеркальной платформе замерцали первозданные руны, таинственные и непредсказуемые, и та пещерная обитель стала ещё более размытой.
К тому же от четырёх древних мечей внизу исходила гнетущая убийственная аура. Хотя они и не звенели, но всё же леденили душу. Очевидно, сюда направлялась волна убийственной энергии.
Если бы не лампа с лицом демона, его, скорее всего, разорвало бы на куски. Эти убийственные мечи были поистине таинственны и ужасны: малейшее движение — и кровь лилась бы рекой, а трупы исчислялись миллионами.
— Даже с бронзовой лампой Небесного Владыки Духовных Сокровищ не подобраться. Похоже, та пещерная обитель и впрямь имеет необычайное значение, раз признана четырьмя мечами даже больше, чем древняя лампа.
И в этот момент Е Фань наконец ясно разглядел четыре убийственных меча. На их тёмно-красных лезвиях была сцена казни бессмертных: некий муж взирал на весь мир свысока, горделиво смотря на божеств.
Неужто это и есть сам Небесный Владыка Духовных Сокровищ? Сердце Е Фаня сильно дрогнуло. На каждом из четырёх убийственных мечей изображения были разными: на одном — сцена казни бессмертных, на другом — кровавое море, разрушающее вселенную, на третьем — горы трупов всех живых существ.
Жестокая аура накрывала небо и землю. Каждый убийственный меч, казалось, поглотил кровь сотен миллионов живых существ. Будучи совершенно неподвижными, покоясь там, они источали такую ауру разрушения неба и земли, что, казалось, великая вселенная вот-вот рухнет.
Четыре меча олицетворяли собой уничтожение!
Более того, Е Фань осознал, что они были единым целым и в них было рождено лишь одно божество, разделённое на четыре меча. Строго говоря, это было лишь одно оружие императора, и только вместе они были непобедимы в целом мире. Стоило их разделить, как их мощь, вероятно, резко упала бы.
Впрочем, в этом мире не нашлось бы никого, кто смог бы их разделить. Стоило появиться той карте формации, как это было равносильно воскрешению Великого императора древности, лично управляющего этими убийственными мечами.
— Обладая четырьмя мечами и картой формации, возможно, и впрямь можно стать непобедимым под небесами и на земле. Но заполучить их невозможно, — нахмурился Е Фань.
Он произносил Писание о спасении человека, держа лампу с лицом демона, и сидел, скрестив ноги, в том Источнике жизни, позволяя своему сердцу и духу обрести пустотную ясность. Он пытался установить связь с четырьмя убийственными мечами, желая получить их признание.
Увы, четыре меча были подобны бездонной пучине — непостижимо глубоки. Сцены казни бессмертных на них были кровавыми, словно ожившие наяву. Обратившись в гнетущую силу следов дао, они вынудили Е Фаня отступить.
— Не выйдет. Убийственная аура этих четырёх бессмертных мечей слишком сильна. В нынешнем мире никто не сможет ими управлять. Нужно сначала заполучить карту формации, чтобы забрать их, — тихо вздохнул Е Фань и не стал больше рисковать.
Он обогнул четыре меча и нырнул ещё глубже. В самом низу должно было находиться жизненное колесо древнего Небесного Владыки. Оно излучало прозрачное сияние и было сплошь покрыто трещинами — не счесть сколько. Приблизиться было невозможно, и от него исходило огромное властное давление.
Е Фань был по-настоящему поражён. С каждым прожитым годом на жизненном колесе появляется одна трещина, словно годовые кольца у дерева. Как же оно, спустя столь долгие века, всё ещё сияет и не развалилось?
Его охватил ужас. Небесный Владыка Духовных Сокровищ оставил Писание о спасении человека, потому что предвидел нечто — возможно, для подавления бедствия трупов. Он, несомненно, был великим мастером в этой области. А теперь его Колесо и Море ещё не окончательно разрушилось — это вызывало дурные предчувствия!
— Только бы величайшее бедствие трупов не исходило от него самого... — выражение лица Е Фаня было неопределённым.
Перечитав древние книги, согласно словам великих мудрецов, как только Небесный Владыка Духовных Сокровищ выковал бы оружие императора, сочетающееся с картой формации, он бы вознёсся бессмертным. Но результат оказался иным.
Е Фань был убеждён, что Небесный Владыка Духовных Сокровищ прожил определённо не одну жизнь. Следы на Колесе и Море далеко превосходили десять-двадцать тысяч лет, и он не был древним Небесным Владыкой с «коротким» сроком жизни.
Не сумев приблизиться, он мог лишь отступить. Обыскав весь Источник жизни, он больше ничего не обнаружил.
Самым странным была та пещерная обитель, где когда-то обитала шестиухая макака. Сейчас же он не мог войти в неё, что вызывало чувство бессилия.
Е Фань набрал полный треножник божественной жидкости из Источника жизни, а затем с всплеском хуала вырвался из воды. Окинув взглядом окрестности и убедившись, что здесь никого нет, он за мгновение преодолел десять тысяч ли и оказался в другой части моря страданий.
— Где Пан Бо и драконья лошадь с остальными? — Е Фань удивился. Они расстались совсем недавно, а теперь вся группа исчезла.
Здесь остались кое-какие следы волн. Внимательно проанализировав их, он гневно распахнул глаза, метнув два ледяных луча, и произнёс:
— Опять золотая жаба, серый цзяо и небесный пёс! Это уже слишком!
Следует признать, что чутьё у этих трёх древних зверей было очень острым. Они чувствовали, что у членов их группы есть тайные сокровища, и относились к ним так же, как к четверым господам Золотых Змей, неотступно преследуя.
Особенно один раз, когда Пан Бо изучал Линейку Демонического императора, они уловили исходящую от неё нить ауры, что вызвало подозрения. С тех пор они непрестанно преследовали их, поклявшись завладеть сокровищем.
Бессмертная линейка раскололась на пять частей, рождённое в ней божество погибло, и остался лишь один инстинкт. Хотя сейчас два обломка находились у Пан Бо, он не мог применять их в полную силу, иначе это навредило бы и врагам, и своим.
Полчаса спустя Е Фань нашёл их. Все они были с головы до ног в крови. У Пан Бо половина тела была разворочена до белых костей, он едва не погиб.
Девятихвостый крокодил-дракон лишился всех хвостов, кроме двух, а его тело едва не разорвало, всё было залито кровью. Драконья лошадь, Золотой лев и остальные тоже были немногим лучше — все получили тяжёлые ранения.
— Завидев серого цзяо, золотую жабу и нескольких других звериных владык, мы сразу же попытались переместиться сквозь пустоту, но попали в засаду зверя, пожирающего небеса, зверя, пожирающего металл, и четверых господ клана Золотых Змей, — рассказал Пан Бо.
Другим было трудно открыть врата области в море, но только не им — у них была формация шахматной доски Великого императора Пустоты. Е Фань тщательно её изучил и, опираясь на записи Чёрного императора, почти полностью в ней разобрался, подготовив множество комплектов.
Как только Пан Бо и остальные вошли внутрь, зверь, пожирающий небеса, и другие тайно вмешались, и врата области взорвались. Они едва не затерялись в тёмной пустоте, а древний корабль разлетелся вдребезги.
— Наш уровень дао и магическая сила ослабевают! Без древнего корабля нам не выжить в море страданий! — с тревогой произнесла драконья лошадь.
Хунлун!
Донеслась мощная волна. Первыми появились серый цзяо длиной в один чжан и огромная как гора золотая жаба, снова пустившиеся в погоню.
— Серый грязевой угорь, паршивая жаба, погодите! Рано или поздно мы сварим из вас похлёбку! — в гневе прорычала драконья лошадь.
Е Фань вместе со всеми шагнул во врата области, исчезнув из этого места. Ладонь великого мудреца обрушилась сверху, разбив пустоту.
В другой части бескрайних вод Е Фань достал треножник, полный кристально чистой жидкости. Внимательно осмотрев её, он нахмурился:
— К счастью, я тогда не стал её пить. Внутри действительно содержится убийственная аура. Хорошо, что её можно очистить.
Струйки чёрного тумана поднялись вверх, издавая звон меча чжэн-чжэн. Жидкость Источника жизни была очищена, и Е Фань передал её Пан Бо, драконьей лошади и остальным. Эффект был мгновенным — поистине возвращала к жизни мёртвых и наращивала плоть на костях.
Никому из них даже не понадобилось восстанавливать силы — один лишь Источник жизни древнего Небесного Владыки напрямую исцелил их раненые тела.
— Поистине великое снадобье, безмерная ценность! — и Пан Бо, и двенадцать мудрецов восхищённо вздыхали. Выпив этой кристально чистой жидкости, они восстановили свой уровень дао и магическую силу, и море страданий больше не подавляло их.
Лишь Источник жизни Великого императора древности мог нейтрализовать тёмную энергию и подавление великого дао в море страданий.
Все, естественно, были взволнованы и стали расспрашивать Е Фаня о результатах его похода.
— Что?! Там шестиухая макака?! — услышав это, святой Чёрный Медведь испугался.
Несколько сотен тысяч лет назад один из его далёких предков столкнулся с шестиухой макакой. Будучи великим мудрецом, он был одним шлепком обращён той обезьяной в кровавое месиво. Её демоническая мощь вселяла безграничный ужас.
Е Фань, внимательно выслушав его рассказ, с удивлением отметил одну деталь.
Та шестиухая макака, казалось, переезжала. На плече у неё сидела маленькая обезьянка, а над головой парила огромная, словно гора, пещерная обитель. Куда они направлялись, было неизвестно.
— Мой предок всего лишь преградил ей путь в звёздном небе, а эта обезьяна, чья божественная мощь была несравненна, прихлопнула его в кровавую кашу...
Е Фань со странным выражением лица описал увиденную пещерную обитель. В итоге святой Чёрный Медведь страшно разволновался и с негодованием воскликнул:
— Точь-в-точь как описано в древних книгах моего клана!
Все опешили. Надо же, какое совпадение! Та обезьяна с несравненной божественной мощью переехала именно сюда.
— Прошли сотни тысяч лет. Даже если он превзошёл само мироздание и стал Великим императором, он уже должен был умереть. Следуйте за мной, вместе войдём в Источник жизни для закрытой культивации. Это отличное место для практики, — сказал Е Фань.
У него были демоническая лампа и текст Писания о спасении человека, способные защитить всех при входе. Практиковать дао в Источнике жизни древнего Небесного Владыки было почти равносильно культивации в мире бессмертных. Это была земля дао, о которой мечтали, но не могли достичь все культиваторы.
Древний корабль им больше был не нужен. Они напрямую погрузились в Источник жизни. Вокруг была кристально чистая жидкость, клубился бессмертный туман, сияли божественные лучи, и то и дело раздавались величественные звуки дао, заставляя Бессмертный алтарь каждого вторить им.
Эту божественную жидкость нельзя было пить напрямую, но её можно было постепенно очищать и впитывать в своё тело.
— Это место действительно подходит для постижения дао. Не знаю только, как долго мы сможем здесь оставаться, — Пан Бо был потрясён. В этом месте его лобная кость сияла, древнее писание Синего императора само собой пришло в движение. Это место было особенным — землёй обретения дао.
Демоническая лампа создавала завесу света, преграждая убийственной ауре доступ к телам, защищая каждого. Писание о спасении человека звучало не переставая. Четыре тёмно-красных убийственных меча внизу были неподвижны.
— Поистине прекрасное место! Кто бы мог подумать... что я смогу здесь вволю очищать божественную жидкость! — драконья лошадь была взволнована, ей хотелось издать долгий крик к небу.
Ведь это была жидкость Источника жизни, оставленная Великим императором древности, — прозрачная и ослепительная. Каждая капля была драгоценным снадобьем, способным возвращать к жизни мёртвых и наращивать плоть на костях, — единственная в мире.
И её было так много... Это просто невозможно было вообразить!
Единственной проблемой было то, что содержащаяся в божественной жидкости мечевая энергия была слишком ужасна и требовала тщательной очистки, иначе это могло привести к смертельной беде.
Божественный мост не проявлялся, и попасть на тот берег было невозможно. Е Фань планировал надолго остаться здесь для закрытой культивации. Когда он достал два предмета, глаза двенадцати мудрецов загорелись, взгляды их стали невероятно жадными.
Это были два семени. Одно из них, размером с грецкий орех, запечатанное в божественном истоке, было пурпурным цилинем длиной менее двух цуней — словно живое, источающее мощную жизненную энергию.
Оно было живым и даже трепетало, желая вырваться из божественного истока и убежать, а то и вовсе скрыться.
Это, естественно, было семя божественного снадобья Цилиня. Все эти годы у Е Фаня не было возможности его посадить, так как условия были слишком суровыми. Теперь же Источник жизни древнего Небесного Владыки был просто идеальной почвой для его роста.
Е Фань установил формацию закона, иначе действительно боялся, что оно сбежит. Каждое бессмертное снадобье было единственным в мире, обладало духом, могло проницать небеса и самостоятельно улетать.
Спавшее бесчисленные века семя Цилиня в этом месте по-настоящему пробудилось. Люди услышали, как трескается и крошится божественный исток. Затем хлынули бесчисленные божественные лучи: оно само поглощало эссенцию кристально чистой божественной жидкости, отсекая убийственную ауру, и начинало расти.
Всего за полмесяца семя Цилиня стало размером с кулак. Его корни стали толстыми и длинными, вбирая ещё больше божественной жидкости из Источника жизни. Рост шёл хорошо.
Взгляды всех стали ещё более жадными!
А в это время другое семя в руке Е Фаня тоже претерпело изменения. Раздался оглушительный звук буддийских песнопений, и за спиной Е Фаня возник Великий храм Лэйинь — грандиозный и высокий, излучающий божественное сияние.