В нынешнем мире только оружие предела императора могло угрожать зелёному треножнику. Даже священное оружие было бесполезно и не могло его пробудить.
Сейчас он парил внутри тела Е Фаня, источая бессмертный свет и яркое благодатное сияние, образуя на поверхности тела слой световой завесы, которая блокировала этот ужасающий убойный напор.
Синие волосы Сына Огненного Цилиня развевались, он словно был настоящим синим цилинем, возродившимся и рычащим между небом и землёй. Издав громовой рёв, он заставил всё в шести направлениях и восьми пределах содрогнуться.
— Расступись!
Сын Огненного Цилиня взревел и выбросил вперёд кулак. За ним потянулись следы великого Дао, будто срезающие девять слоёв небес. Они накрыли Е Фаня.
Синяя кровь в его теле забурлила, оружие древнего императора слилось с ним в единое целое. С этим ударом кулака он метил прямо в голову Е Фаня. Такую атаку невозможно было вообразить.
Пэн!
Е Фань взмахнул кулаком, и между пальцами расцвело сияние. Мощнейший и крепчайший кулачный ветер с воем вырвался наружу, окутанный слоем света. Зелёный треножник самостоятельно отражал мощь древнего императора!
Между кулаками и пальцами обоих противников сверкали молнии, раздавался треск. Синие молнии и бессмертные лучи вместе разрывали пустоту. Это место стало беспредельно ужасным и превратилось в огромную чёрную дыру.
Весь небосвод исчез, обратившись в чёрную бездну. Он был разрушен до неузнаваемости, взрываясь по кускам, и превратился в область пустоты, где вторичное пространство поглощало всё.
Е Фань и Сын Огненного Цилиня отступили, с недоверием глядя друг на друга. Оба чувствовали, что с императорским оружием противника что-то не так: возможно, оно ненастоящее.
Хун!
Хо Линьэр ринулась в бой. Боясь, что с её старшим братом случится беда, она использовала «скрытую мощь», принесённую в этот поход на юг, но всё ещё не могла убить этого могучего врага, что приводило её в глубокое беспокойство.
Водянисто-синий свет стёр небо и землю, заклубились целые снопы первозданного хаоса. Одна лишь сила взмаха Хо Линьэр была столь ужасна, что заставляла трепетать до мозга костей!
Пэн!
Е Фань жёстко столкнулся с её тонкой нефритовой рукой, и всевозможные узоры великого Дао разом поползли по его телу, заставив его сильно содрогнуться. Если бы бессмертный свет из зелёного треножника не покрыл всю поверхность его тела, последствия были бы немыслимы.
— Ещё одно оружие древнего императора! — с недоверием проговорил он. Как такое возможно? Неужели в Пещере Огненного Цилиня было два оружия древнего императора? Это было нереально!
Хо Линьэр тоже изменилась в лице. Её водянисто-синие длинные волосы разметались, ясные глаза и белые зубы мерцали, а взгляд струился. Она тоже заметила, что внутри этого человека не настоящее императорское оружие, а что-то странное.
— Может, такое же, как у нас? — лицо Сына Огненного Цилиня было бесстрастным. Он повернулся и переглянулся с сестрой, и в их сердцах возникла приблизительная догадка.
Хун!
Они вдвоём снова начали атаку и ринулись в бой. Небеса в этом месте полностью взорвались, превратившись в область первозданного хаоса, отрезанную от внешнего мира.
Кулаки Е Фаня непрерывно сталкивались с их ладонями и пальцами. Появлялись тысячи и десятки тысяч следов великого Дао. Он в жестокой схватке бился с этой парой непобедимых брата и сестры. Мощь древнего императора давила на него, почти заставляя задохнуться.
— Это не настоящее оружие древнего императора, а созданное по его подобию запретное оружие!
В конце концов Е Фань во всём разобрался. Это был способ, противный небесам, требующий редких божественных материалов для создания, но его можно было использовать всего несколько раз, после чего оно саморазрушалось.
Шуа!
После последнего удара они разошлись. Хо Линьэр и Сын Огненного Цилиня были в сомнении. Они уверились, что Е Фань не держит в руках истинного императорского оружия, но не знали, что же у него на самом деле.
Бо!
Вдруг вдалеке раздался лёгкий хлопок. Время тела Дао Е Фаня истекло, и оно рассеялось струйкой чистого воздуха в небесном просторе, бесследно исчезнув.
Хуан Сюйдао тотчас лишился противника. Выражение его лица застыло, затем глаза стали глубокими. Его силуэт скрывался в даосских следах, и его было трудно разглядеть.
Небо и земля вернулись в покой, туман первозданного хаоса рассеялся, мир стал устойчивым. Несколько противников замерли друг против друга, вновь появившись под небосводом, и никто не произнёс ни слова.
Только что они использовали мощь предела, но пропускали её через кулаки и пальцы, не давая бессмертному оружию по-настоящему пробудиться. Испущенная сила составляла не более одной десятитысячной, и она не расходилась во все стороны, иначе такую мощную волну не выдержали бы даже их собственные руки.
К тому же они вгоняли удары в первозданный хаос, так что даже зрители с острейшим чутьём вряд ли могли что-то заметить. Поэтому, хотя некоторые на мгновение чувствовали смутное замирание сердца, они вовсе не знали, что здесь только что применялось оружие древнего императора.
— Тело Дао распалось… далеко ли ещё до гибели истинного тела? — тихо переговаривались вдалеке некоторые прославленные старцы древних рас, полагая, что ход битвы вот-вот переломится.
Е Фань нахмурился. Ситуация была очень плохой. После исчезновения тела Дао он не мог сразу же создать его снова, требовалось ждать довольно долгое время.
— Ты и вправду хочешь выяснить, кто сильнее, кто слабее? Мы с самого начала пришли сюда не ради смертного боя, — взгляд Хо Линьэр переливался.
Все трое получили огромные выгоды и поэтому согласились идти на юг, но не могли по-настоящему биться насмерть ради Сына Небесного императора и всё время немного отлынивали.
Е Фань, конечно, знал это. Настоящий смертельный бой шёл на другом поле: Сын святого императора и Сын Небесного императора давно получили тяжёлые ранения, и каждое их столкновение было противостоянием великого Дао. Один из них непременно должен был погибнуть.
А на их поле никто не был ранен. Какова была реальная картина, он прекрасно понимал в душе.
— Всё зашло так далеко. Если не уйдёшь с дороги, не вынуждай меня убить тебя! — мрачно произнёс Сын Огненного Цилиня.
— Попробуй, подойди. Если не сможешь пройти через меня, я и тебя прикончу заодно! — ответил Е Фань, не уступая и излучая убийственное намерение.
Битва на другом поле достигла критического момента. Он ни за что не позволил бы никому помешать и прервать её. Было заплачено слишком много, и если бы они не смогли убить Сына Небесного императора, это было бы слишком обидно.
— А-а-а…
Сын Огненного Цилиня взревел. Его синие волосы встали дыбом, он пришёл в полную ярость. В тот же миг небо рухнуло, земля раскололась, и он один ринулся в бой!
— Смертельная схватка! Сыновья древних императоров на этой стороне тоже идут в смертный бой! — сердца прославленных старцев древних рас и великих человеческих учений замерли от страха.
Хун!
Е Фань не испугался. С силой встряхнув правой рукой, скрыто содержа в ней смысл кулака Шести Путей, он хлопнул вперёд. Бескрайний небосвод взорвался, его чёрные волосы разметались, он встал лицом к лицу с Сыном Огненного Цилиня, желая одним кулаком превратить того в кровавое месиво.
— Беда!
Хо Линьэр изменилась в лице, боясь, что с её старшим братом что-то случится, и тоже ударила сбоку. Её белоснежные нефритовые пальцы разнесли небо вдребезги, целясь Е Фаню в висок.
С другой стороны, Хуан Сюйдао развернулся и направился прямиком к Сыну святого императора. Он не мог спокойно смотреть, как забивают Сына Небесного императора. Медлить было нельзя.
— Никто не уйдёт! Не пройдя через меня, всё обратится в прах! — Е Фань разжёг в себе истинный огонь. Используя предельную скорость, он сталкивался и с Хо Линьэр, и с Сыном Огненного Цилиня, плотью разрывая пустоту, преграждая путь Хуан Сюйдао и вновь обмениваясь с ним десятками, а то и сотнями ударов.
Все вдохнули холодный воздух. Этот человек был поистине могуч, быстр до невероятности. Сейчас трое сыновей древних императоров разгневались, а он ещё и смел так действовать, и действительно сдерживал их — воистину его глубина была бездонной.
— Раз ищешь смерти, я исполню твоё желание, — холодно произнёс Сын Огненного Цилиня. Он поднял руку и применил Девять форм цилиня. Это тайное искусство, слитое с телесной техникой, обладало безграничной мощью. Впервые с начала боя он показал его.
— Думаешь, я тебя боюсь?! — Е Фань был бесстрашен. Открыв рот, он издал вой, его сила, казалось, могла поглотить горы и реки. Он не только сражался с ним одним, но одновременно обрушивался на Хо Линьэр и Хуан Сюйдао.
— Сражаться против такого, как ты, втроём — неуважение и для тебя, и для нас. Я бы хотел сразиться с тобой один на один, чтобы подтвердить своё Дао, но не сегодня. Нельзя дать Сыну Небесного императора умереть, — спокойно сказал Хуан Сюйдао.
— Тогда сражайтесь! Может, по неосторожности я убью одного-двух из вас, — ответил Е Фань.
— Самонадеянность! — даже на прекрасном, как застывшее сало, лице Хо Линьэр проступило убийственное намерение.
Хун!
Началась смертельная схватка, бой разгорелся!
Однако в этот самый миг произошла внезапная перемена. Чёрный император и остальные, используя огромную формацию, сковывали полу-мудрецов и восемь божественных генералов. До этого силы были примерно равны, но теперь вмешалась внешняя сила.
Это был не кто иной, как человеческий мастер, мчавшийся на золотой боевой колеснице. Его боевой дух вздымался до небес, и с грохотом, давя небосвод, он ворвался прямо в формацию.
На колеснице стояла величественная фигура. Чёрные волосы развевались, взгляд был подобен холодной молнии. Кровь и энергия всего тела бурлили, поднимаясь против небес, и он был подобен стоящему там Небесному императору.
Вокруг него обвивались девять настоящих драконов, девять бессмертных фениксов взмывали в небеса, девять белых тигров рычали на луну… Свет заслонял солнце, и он, окружённый в центре, выглядел словно сошедший в мир Небесный император.
— Ван Тэн! Это он! Все эти годы он терпел поражение за поражением и уже десять лет не появлялся в мире. Кто бы мог подумать, что сегодня он выйдет на битву!
Некогда несравненный гений, прозванный Северным императором и почитавшийся как один из сильнейших человеческого молодого поколения, с тех пор как проиграл Е Фаню, совершенно пал духом.
Никто не ожидал, что сегодня он появится столь мощно и с ходу пробьёт формацию боевой колесницей Небесного императора, разорвав один её угол и переломив ход сражения.
— Ах ты, сволочь, явился портить такое дело! — Чёрный император разгневался. У города Чжэньсянь он потратил все платформы формаций, и все божественные материалы, накопленные за много лет, истощились.
Здесь же он мог лишь использовать обычные материалы для создания формаций, едва сдерживая восемь божественных генералов, но со временем она неизбежно бы рухнула. Он думал, что продержится ещё немного, но не ожидал появления Северного императора. Последняя муравьиная нора заставила огромную формацию прорваться, словно дамбу.
На глазах у всех Северный император, словно раскалывая бамбук, разорвал один угол убийственной формации и ворвался на поле боя. Восемь божественных генералов, подобно бурному потоку, вырвались наружу.
— Бей!.. — кличи сотрясали воздух. Хотя восемь божественных генералов понесли ужасающие потери, многие погибли в формации Чёрного императора, но несколько полу-мудрецов не погибли ни одного. Все они вырвались наружу.
— Какая ненависть! Ещё чуть-чуть, и Сын святого императора зарубил бы Сына Небесного императора! — глаза Е Туна покраснели, он сжал кулаки.
В этот миг убийственные кличи сотрясали небеса. Восемь божественных генералов вырвались наружу. Это была великая беда. Часть из них устремилась к Сыну Небесного императора, а немалое число бросилось убивать Е Фаня.
— Давите их Печью Божественной Девы! Ни в коем случае не дайте ни одному приблизиться к Сыну святого императора! — закричал Чёрный император.
Ли Тянь и Янь Иси активировали Печь Божественной Девы. Она накрыла небо и землю, исторгая безграничную священную мощь. Однако среди нескольких полу-мудрецов тоже имелось такое оружие — именно с его помощью они только что сопротивлялись в формации.
Хун!
Кровавое зарево взметнулось до небес. Это место забурлило, битва накалилась до предела, всё смешалось в хаосе. Повсюду разливалась убийственная энергия, кровь и плоть разлетались во все стороны.
Ван Тэн холодно усмехнулся. Он почти не уступал сыновьям древних императоров. Кто знает, сколько страданий он вынес за эти годы, чтобы сегодня разразиться во всю мощь. Обрушив атаку на Чёрного императора и остальных, он направил золотую боевую колесницу прямо к Сыну святого императора.
— Посмей только!
Е Фань пришёл в ярость. В этот миг он одну за другой выстрелил двумя чёрными стрелами. Они рассекли небосвод, уничтожая полу-мудрецов и восемь божественных генералов, а также преграждая путь неудержимому Ван Тэну.
— Не только у тебя есть священное оружие!
Сын Огненного Цилиня холодно усмехнулся. Теперь они не торопились — даже если не спасать Сына Небесного императора, ничего страшного не случится. Восемь божественных генералов были поистине неостановимым потоком.
Он извлёк алебарду — тоже священное оружие, — преграждая путь Е Фаню. Ужасающая аура сотрясла небо и землю.
Е Фаню пришлось призвать одну чёрную стрелу обратно для защиты тела, а затем он активировал каменное тело, войдя в него как в боевые доспехи, и начал крушить всё вокруг.
Это место полностью взорвалось, словно закипевшая вода. Несколько единиц священного оружия появились одновременно, и все они пробудились. Это была разрушительная катастрофа: горы рушились, моря высыхали, земля раскалывалась, небосвод взрывался — ничто не могло уцелеть.
Восемь божественных генералов понесли ужасные потери, и в хаосе битвы погибло тридцать процентов из них. Однако те несколько полу-мудрецов были чрезвычайно искусны: они уже пробились к Сыну Небесного императора, и Сын святого императора получил тяжёлый удар.
— А-а-а… — один рёв Е Фаня сотряс горы и реки. Не обращая внимания на смертельные атаки троих сыновей древних императоров, с волосами, вставшими дыбом от гнева, он изо всех сил пробивался вперёд. Кровь всех видов разлеталась, ряды древних рас падали один за другим. Он весь обагрился кровью.
— Кто бы ни пришёл, сегодня я непременно убью Сына Небесного императора! Преграждающий мне путь — умрёт! — прокричал Е Фань, передавая свою несокрушимую волю. Помощь Ван Тэна древним кланам привела его в неописуемую ярость.