Бессмертный пруд сиял кристальной чистотой, источая прозрачный аромат. Водяная дымка окутывала его, лучи сияния переливались яркими красками, и благодатная энергия вздымалась ввысь.
Персиковое древнее дерево укоренилось на берегу Бессмертного пруда. Высотой в сорок девять метров, оно росло здесь неведомо сколько десятков тысяч лет. Старая кора потрескалась, грубая и древняя, словно чешуя дракона. Однако жизненная сила в нём бурлила, ветви и листва были пышны и переливались зелёным светом. На нём распустилось несколько кристально-прозрачных цветков персика, и их аромат проникал до самых костей.
Е Фань приблизился. Все поры его тела то открывались, то закрывались, впитывая и испуская энергию сущности, и в этом месте он достиг равновесия. На поверхности его тела появился слой прозрачного блеска.
Духовная энергия этого места была настолько густой, что, казалось, её можно было потрогать. Это была поистине бессмертная земля, и даже если бы существовал настоящий мир бессмертных, он вряд ли был бы лучше.
Несколько могучих воинов из кланов древних ещё не ушли. Они бросили на него несколько взглядов и ничего не сказали, но доброжелательности в них не чувствовалось. Смутно ощущалось нечто зловещее, что мог заметить лишь отсекший путь.
— Наш сын императора действительно искренне желает обменять этот каменный зародыш. Одно божественное древнее писание можно назвать богопротивным. Если Нефритовое озеро согласно, вы можете на его основе основать ещё одну горную обитель и создать ещё одну святую землю, — сказал мужчина с оленьими рогами и длинными седыми волосами.
— На этом вопросе поставлена точка. У Нефритового озера есть своё наследие, и нам незачем изучать чужое учение, — произнесла Западная королева-мать. Она была величественна и благородна, в волосах её красовалась шпилька с девятью фениксами, с которой свисали золотые подвески. Её одеяние из перьев переливалось сиянием зари, и хотя выражение её лица было спокойным, она была священна и неприкосновенна.
Этот мужчина из кланов древних не желал отступать и серьёзно произнёс:
— Это не рукописная копия, а оригинал писания, отлитый Бессмертным владыкой на красном золоте крови феникса!
Стоявший рядом Е Фань был потрясён. Похоже, Сын Небесного императора и не думал обманывать Нефритовое озеро и действительно хотел совершить обмен. Этот божественный зародыш и впрямь имел богопротивную цену.
В душе он прикидывал: если бы Сын Небесного императора принёс с собой древнее писание, у него возникло бы желание перехватить его на полпути. С одной стороны — чтобы избавиться от великого врага, с другой — чтобы посмотреть, в чём же уникальность писания, написанного существом, превосходящим божеств, которому поклонялись все десять тысяч кланов древних.
— Не поднимайте больше этот вопрос. Этот каменный король уже обрёл одухотворённость, и поколения мудрецов относились к нему как к родному детищу. Как можно его обменять? — отказала Западная королева-мать.
Несколько могучих воинов из кланов древних переглянулись. Один из них передал Западной королеве-матери нефритовый сосуд с пятицветной божественной кровью Сына Небесного императора, и они с мрачным видом покинули Бессмертный пруд.
Они бросили взгляд на Е Фаня, и намерение убийства мелькнуло и исчезло. Старейшина Нефритового озера провожал их, произнося весьма учтивые речи.
Западная королева-мать слегка улыбнулась и, оставив только Е Фаня и святую деву, отпустила всех остальных.
Кто такой Е Фань на самом деле — она, конечно же, знала. Святая дева уже доложила ей, иначе как можно было бы позволить крови случайного человека окропить каменного короля.
— Поздравляю собрата по пути Е с тем, что его сила так возросла. Пересечь небесные просторы — это божественное чудо, о котором мечтают все мы, практикующие, — произнесла Западная королева-мать. Она была очень учтива и обращалась с ним как с равным.
Ведь к нынешнему времени постижение Дао Е Фаня было глубоким и непостижимым. Даже короли великого свершения, видя его, не могли позволить себе чрезмерной гордости. Стоило лишь узнать о его силе, как все святые земли начинали испытывать трепет.
В душе она была полна эмоций. Вспоминая былые годы, Е Фань был всего лишь маленьким практикующим и, когда пришёл в Нефритовое озеро, нуждался в её защите. Кто бы мог подумать, что спустя эти годы он вознесётся на вершину девяти небес.
Е Фань, разумеется, не стал зазнаваться. Владычица целой великой святой земли, не говоря уже о её собственной культивации, одним своим статусом могла на равных говорить с древними королями предков.
К нынешнему времени он уже давно знал, насколько ужасны бессмертные наследия. Ни к одному из них нельзя было относиться с пренебрежением, и так называемая «глубинная основа» была весьма внушительной!
Е Фань размышлял, что если действительно разразится великая война, у наследий, что дали Великого императора, скорее всего, есть «скрытые козыри», способные перевернуть ход событий.
Западная королева-мать держала в руках нефритовый сосуд, в котором сверкала и переливалась пятицветная кровь, источая нити мощной и ужасающей пульсации, внушающей трепет.
Нефритовое озеро было крайне осторожно: любую божественную кровь, которую проливали на каменного короля, втайне очищали с помощью императорской энергии башни Западной владычицы. Когда кровь капала на камень, другие не видели ничего особенного, но Е Фань чувствовал, как башня в небе слегка дрожит.
Под персиковым древним деревом этот чудесный камень сверкал, словно готовый закапать соком. Он имел девять отверстий и восемь пор, был искусно вырезан самой природой и ежесекундно сам впитывал и испускал эссенцию солнца и луны.
Когда кровь Сына Небесного императора была полностью поглощена, камень непрерывно задрожал и издал радостный лёгкий звон. Сияние его стало ещё ярче, и жизнь, взращиваемая внутри, казалось, в любой момент готова была пробить камень и выйти наружу.
Все эти дни Е Фань провёл здесь. Только Западная королева-мать и святая дева Нефритового озера составляли ему компанию, и посторонние не могли приблизиться.
Он уже давно открыл небесное око, и божественный свет в нём ярко сиял. Ни на миг не моргая, он пристально смотрел на этот чудесный камень. В прошлом он не мог видеть его насквозь, потому что камень был слишком таинствен и древние мудрецы наложили на него даосские узоры.
Теперь же всё было иначе. Его искусство истока достигло совершенства, и он мог ясно видеть всё, что происходило внутри камня. Там сидело, скрестив ноги, существо из плоти и крови, и всё его тело излучало драгоценное сияние.
— Это женщина.
На вид этому божественному зародышу было лет восемнадцать-девятнадцать. Закрыв глаза, она сидела в медитации, и красота её была несравненна. Её тело источало бессмертный свет, и хотя она была прекрасна до крайности, она внушала трепет.
Её девять отверстий и восемь пор сообщались с поверхностью чудесного камня, и казалось, будто она надела на себя толстую каменную одежду. На её теле мерцали всевозможные письмена — это были следы проповедей и чтения сутр, оставленные древними мудрецами.
Западная королева-мать и святая дева позвали Е Фаня, во-первых, потому что нуждались в его священной крови, а во-вторых, они хотели, чтобы он с помощью своего богопротивного искусства истока заглянул в камень и посмотрел, как там сейчас поживает божественный зародыш.
— Небо и земля слились в гармонии и породили такое одухотворённое тело — от этого поистине сердце замирает. Я чувствую нити бессмертной основы, — пробормотал Е Фань.
Затем он закрыл глаза и стал чертить в пустоте, запечатлевая образ божественного зародыша и его ауру. Западная королева-мать и святая дева Нефритового озера были поражены.
Женщина в камне была запредельно прекрасна и свята, в этом не было сомнений. Её красота не принадлежала миру людей. Тело её давно обрело плоть и кровь, и внутренние органы, кости и прочее обладали некой непостижимой бессмертной аурой и сияли точками света.
— Потенциальная сила в её теле невообразима. Каждый цунь её плоти таит в себе мощь, подобную безбрежному морю. Когда она действительно выйдет в мир, то сможет срывать звёзды и хватать луну! — глубоким голосом произнёс Е Фань.
В этой женской одухотворённости не было ни единого изъяна. Если такой божественный зародыш в будущем появится на свет, во всей Поднебесной почти никто не сможет его подавить. Это заставило Е Фаня всматриваться особенно тщательно.
Он колебался. Дрожание камня, похоже, было инстинктом одухотворённого зародыша, но его море сознания было очень спокойным, и волны его были слабы, что не соответствовало его могучему и прекрасному телу.
— Это результат очищения, проведённого древними мудрецами, — сказала Западная королева-мать.
Прежние мудрецы Нефритового озера тоже опасались неожиданностей и с помощью способности проницать небеса читали сутры, тщательно очистив море сознания божественного зародыша. По их словам, ныне божественный зародыш обладал сердцем невинного младенца и был словно дитя Нефритового озера.
— Когда она действительно выйдет в мир, сила её божественного сознания подтянется.
Хотя божественный зародыш и был «очищен», его потенциал сохранился, и когда он пробудится, то будет безбрежным, как море.
В последующие дни Е Фань сидел под персиковым древним деревом и каждый день окроплял чудесный камень своей очищенной кровью. При этом он всякий раз открывал небесное око и наблюдал.
— Она извлекает из крови изначальную силу! — после нескольких дней тщательного наблюдения в глазах Е Фаня вспыхнул божественный свет, и сердце его забилось от волнения.
Неужели всё это было инстинктом? Этот внушающий трепет прекрасный божественный зародыш извлекал из священной крови нити света и превращал их в почти незаметные символы, которые выжигались внутри тела.
— О! Несколько символов, извлечённых из пятицветной божественной крови Сына Небесного императора, особенно ослепительны, — Е Фань обладал необычным небесным оком истока, и для него в камне не было тайн. Он заметил это явление.
— В крови есть изначальная сила, есть осколки памяти древних предков. Неужели эти символы — именно они? — в сердце его поднялось удивление.
Если задуматься глубже, то всё это было очень сложно. В крови Сына Небесного императора непременно была сила Бессмертного владыки — высочайшего божества, которому поклонялись все десять тысяч кланов, и, вполне возможно, самого могущественного из всех, что были от древности доныне.
Это косвенно была кровь и отпечаток жизни самого Бессмертного владыки! Кто из людей мог с этим сравниться?
Е Фань размышлял несколько дней, но так ничего и не понял. В конце концов, стиснув зубы, он дал не меньше крови, чем Сын Небесного императора. Внутри камня тут же появились ослепительные символы.
— Что же всё-таки задумал Сын Небесного императора? — Е Фань не знал. В конце концов он пролил немало священной крови, и ослепительных символов стало чуть больше, чем у Сына Небесного императора.
На берегу Бессмертного пруда повсюду росли целые поля древних трав. Женьшень приобрёл форму, орхидеи покрывали землю, они повсюду впитывали и испускали квинтэссенцию, и чистый аромат пьянил. К тому же здесь лежали единороги и бродили благодатные звери.
Е Фань пробыл под персиковым деревом больше половины месяца, но так и не заметил ничего необычного. В конце концов он взял с собой один свиток и откланялся.
В свитке были смутные записи о тайнах выплавки оружия императора Западной владычицей, и они походили на миф. Чего там только не было: врывалась в хаотическое бессмертное море, одна входила в девять небес, убивала божество и приносила его в жертву небу... Читая это, он лишь хмурил брови.
— Ладно, потом как-нибудь разберусь. А пока это похоже на мифологический рассказ, — покачал он головой.
Хотя он и покинул Нефритовое озеро, образ того чудесного камня с девятью отверстиями и восемью порами никак не выходил у него из головы. Западная королева-мать говорила, что путь бессмертия вот-вот откроется, и они были вынуждены искать всевозможные кровные линии, чтобы питать божественный зародыш, и он непременно должен был появиться на свет до этого.
— То, что я оставил, можно считать отпечатком священной крови? — пробормотал Е Фань. Он чувствовал, что необходимо найти Сына Небесного императора и сразить его, иначе ему всегда казалось, что что-то не так.
— Хм, ты наконец-то вышел. Мы ждали тебя уже больше половины месяца.
В нескольких сотнях ли от Нефритового озера несколько человек из кланов древних преградили ему путь. Во главе стоял мужчина с седыми волосами и свинцово-серыми глазами, с оленьими рогами на голове — он был отсекшим путь.
— Вы меня ждали по делу?
— Да ничего особенного. Просто хотим с тобой поговорить, — несколько человек из кланов древних обступили его с насмешливыми улыбками, и у всех явно читалось намерение убийства.
Е Фань рассмеялся:
— Хорошо, я тоже как раз хочу с вами поболтать.
— Ты — король Вознесения из Срединных земель? Или один из Двух королей-близнецов? А может быть, кто-то другой, например король Преисподней? — вальяжно спросил мужчина с оленьими рогами.
Они получили точные сведения, что несколько королей из Срединных земель должны прибыть именно в эти полмесяца, и поэтому считали, что Е Фань — один из них.
— Ни то, ни другое, — покачал головой Е Фань.
— Бестолочь, которая ищет смерти! Живо назови своё имя! — крикнул один из них.
Мужчина с оленьими рогами и седыми волосами и вовсе первым нанёс удар. Один живописный свиток исторг чёрный туман до самого неба и мгновенно накрыл всё вокруг, втянув Е Фаня внутрь.
— Лучше быть поосторожнее. Втянем его, а потом не спеша допросим.
Это было тайное сокровище, дарованное Сыном Небесного императора. У них была абсолютная уверенность, что эта картина могла пленить любого отсекшего путь и уничтожить мастера королевского уровня из человеческой расы.
Мир внутри картины был подобен клетке, и те, кто был внутри и снаружи, могли видеть друг друга.
— Сын Небесного императора потратил столько сил, разве можно позволить одной крысиной капле испортить целый котёл каши? Обыщите его море сознания и посмотрите, что он за человек.
Группа людей сверху вниз смотрела на живописный свиток, холодно усмехаясь, и у всех явно читалось намерение убийства.
— Бестолочь, которая ищет смерти! Именно сейчас появился в Нефритовом озере — это вызывает отвращение. Сначала вскроем его тело и посмотрим, что у него за кровь.
Все эти люди были холодны и жестоки, и жизнь и смерть других были в их руках. Один из них держал божественную плеть и без разбора хлестнул ею по живописному свитку.
— Пф!
Вспыхнул кровавый свет, и этот человек на месте разлетелся на куски, превратившись в кровавый туман. Остальные были в ужасе.
Затем оттуда вытянулась золотая огромная рука, которая накрыла небо и землю, захватила их всех и одним махом втащила в живописный свиток.
— Это... как такое возможно?! — они все были в ужасе.
Насколько им было известно, эту картину, кроме Сына Небесного императора, могли пробить лишь несколько человек, таких как Хуан Сюйдао и Сын Огненного Цилиня, и она могла подавлять и убивать множество отсекших путь из человеческой расы. А теперь произошло такое.
— Ну, рассказывайте, что же эта крысиная капля — Сын Небесного императора — задумал? — Е Фань стоял на вершине живописной горы внутри картины.
— Ты... — один из них только собрался прикрикнуть.
С небес опустилась огромная нога и на месте раздавила его в кровавый туман, так что даже костных осколков не осталось, и всё развеялось в воздухе.
— Я как раз собираюсь найти его, а вы сами пожаловали. Живо говорите, что он задумал, — холодно произнёс Е Фань.