Столкнувшись с осадой с четырех сторон, армия Пути Призраков потерпела сокрушительное поражение.
Младшие и средние культиваторы Пути Призраков без лишних колебаний сложили оружие.
Нынче почти все долгожители Пути Призраков сгинули, в живых осталась лишь горстка практиков на ступени Дхарма-образа, которым не было смысла продолжать сопротивление.
Возможно, в будущем ветвь Пути Призраков навсегда сотрется с лица мира.
А может, под защитой кого-то из бессмертных она породит новых сильных мира сего.
Впрочем, все это дело грядущих дней.
…
В этот момент в Горе Ада звуки ударов кровавой каменной стелы становились все яростнее.
Вся Гора Ада содрогалась в мощных толчках.
Из-под ног Сына Неба Яньмо из Реки Андервотлд поднялась бескрайняя водная гладь, пронзившая Гору Ада и устремившаяся в массив Колеса Десяти Дворцов.
Его глубинная логика служила опорой для работы всего массива!
Сила массива Колеса Десяти Дворцов поражала воображение, далеко превосходя пределы мощи нескольких или даже десятка практиков Сферы Бедствия.
Накладываясь на глубинную логику, она примерно на двадцать процентов увеличивала мощь Сына Неба Яньмо из Реки Андервотлд.
Атаки четырех бессмертных, взрывая саму земную твердь, продолжали обрушиваться на Гору Ада.
Жуткая мощь грозила сокрушить все вокруг, превращая сущие крохи в пепел.
Мощнейшее давление пало на массив Колеса Десяти Дворцов, принявшись неистово раскачивать всю формацию в надежде разбить ее вдребезги.
Но массив Колеса Десяти Дворцов, несмотря на дикую тряску под натиском четырех бессмертных, продолжал держаться.
Чтобы окончательно сломить его, требовалось время.
В ту же минуту биение сердца под Горой Ада достигло своего пика.
Сгусток чернильной тьмы медленно обретал форму внутри каменной стелы.
Стоило черному силуэту сформироваться, как вокруг разлилось невыносимое давящее чувство.
Это давление отличалось от ауры бессмертных – в нем таилась воля, мягкая, но проникающая повсюду, словно весенний дождь.
Казалось, пробуждался сам мир или нечто равное по величию небесам тихо ступало в эту реальность.
Девять Областей Четырех Земель сотряслись от мощных толчков, а небо заволокли зловещие завывания ветра и грохот молний.
В этот миг непроглядные тучи почти целиком затянули восточный небосвод.
Бушующие потоки грома водопадом обрушились на всю Гору Ада.
Четверо бессмертных тоже почуяли неладное: таинственная аура заставила их содрогнуться.
Буддийский владыка Нирваны Света и Тьмы нахмурился:
— Плохо, неведомая сущность из иного мира, которую призвал Сын Неба Яньмо из Реки Андервотлд, явилась на зов.
— Сила этой твари велика и превосходит бессмертных, но еще не шагнула на высшую ступень.
— Наляжем же изо всех сил, нельзя дать им вырваться, Гору Ада необходимо стереть с лица земли.
— Придется задействовать исток мира.
В глазах Буддийского владыки Нирваны Света и Тьмы мелькнуло тяжелое предчувствие.
Даосский Монарх Вечной Ночи и Безмолвия, Даосский Монарх Десяти Тысяч Сокровищ и Неуничтожимости, а также Император Хаоса и Бедствий Цаншэн молча кивнули: они тоже ощущали немалую тревогу перед лицом этой ауры.
Взгляды четверых стали еще острее, а мощь хлынула с удвоенной силой.
Зеленое пламя, золото света и тьмы, чистейшая темнота и разноцветное сияние слились воедино.
Это были четыре совершенно разных Пути, но били они по Горе Ада с поразительным слаженным упорством.
Массив Колеса Десяти Дворцов трещал по швам под непрерывным прессингом, и даже поддержка Сына Неба Яньмо из Реки Андервотлд не спасала его от кризиса.
Понемногу на массиве проступили трещины, грозящие полным и неминуемым разрушением.
В тот же миг разразилась еще одна беда.
За пределами Девяти Областей Четырех Земель, среди бесчисленных аномалий…
Пять исполинских фигур бесшумноступили из пустоты, неся с собой пять ужасающих глубинных логик, нацеленных на Девять Областей Четырех Земель.
Грянула серьезная угроза, отчего Святой Хаожань и Даосский Монарх Смешения Инь-Ян помрачнели.
— Как мы и предсказывали, эти пятеро сукиных сынов вмешались!
— Придется использовать часть первородной силы, лишь бы продержаться, пока они не покончат с Яньмо, – низким голосом проговорил Святой Хаожань.
Даосский Монарх Смешения Инь-Ян кивнул:
— Понял, победы не ищем, главное – не проиграть!
Придя к согласию, они позволили своим Путям взаимно дополнять друг друга, укутав защитной пеленой Девять Областей Четырех Земель.
В то же время исток силы хлынул из недр Девяти Областей Четырех Земель прямо в их Пути.
Оба Пути обрели подпитку, благодаря чему им стало много проще сдерживать волны безумных аномалий.
А пятерка Разумных Логических Аномалий уже подобралась к ним вплотную и без долгих раздумий обрушила свою безграничную мощь.
Одна из них обладала сотней рук, черным телом высотой в триста метров и была окутана бледно-серым пламенем, напоминая восьмирукого злого духа.
За ее спиной трепетали два огромных костяных крыла, при малейшем взмахе которых во все стороны летели брызги бледно-серого сияния.
Стоило существу сделать одно указательное движение, как из серого пламени выплеснулось бесчисленное множество нитей, хлынувших со всех сторон на Святого Хаожаня и Даосского Монарха Смешения Инь-Ян.
Эта страшная мощь таила в себе неописуемый ужас.
Серые нити вплелись в сияние обоих воителей, устремляясь куда-то в далекое прошлое.
Словно следуя законам причинности, они норовили добраться до определенного мига в минувших днях.
В этот момент Святой Хаожань с холодным взором пустил в ход властное белое сияние, также зацепившее нити причинности.
Столбцы энергии яростно сцепились в схватке, переплетаясь друг с другом!
Бледно-серые нити удалось удержать в настоящем.
Тогда явилась вторая фигура, не имевшая четких очертаний и походившая на лужицу жидкости, плавающую в пустоте.
Потоки водянистой силы обрушились на Святого Хаожаня.
Эта вода была черна как смоль и, казалось, вбирала в себя всю злобу этого мира.
Отчаяние, скорбь, гнев, ужас – любые эмоции в ней работали вразрез с силой Святого Хаожаня.
Черная вода плеснула на белое сияние, издав зловещее шипение!
В мгновение ока Святой Хаожань под прессингом двух Разумных Логических Аномалий оказался в невыгодном положении и был практически обездвижен.
Тварь с длинным, похожим на сороконожку телом длиной в те же триста метров, усеянным разноцветными глазами, причудливыми панцирями и бесчисленными уродливыми руками…
Голова маленькой девочки торчала на самой вершине этого туловища.
В глазах ребенка мерцали бесчисленные искры, выплескивая пелену серовато-черно-белого сияния.
Это сияние устремилось на Даосского Монарха Смешения Инь-Ян, обращаясь гигантской пустотой Инь-Ян, жаждущей пожрать его целиком.
Даосский Монарх Смешения Инь-Ян не дрогнул и легким движением пальца создал точно такую же пустоту Инь-Ян, встав на пути вражеской атаки.
Две почти неотличимые друг от друга пустоты сошлись в жестоком столкновении!
Раздался скрежет.
Сами время и пространство в этот миг казалось согнулись и сплелись в узел.