Под струящимся сиянием триграммы поглощаемый громовым миром электрический свет словно бы стремительно таял.
Эти разряды постепенно впитывались всем окружающим пространством.
Можно было даже заметить, как мощь грозы, пройдя через преобразование триграмм, беззвучно концентрировалась в узловой точке структуры фэн-шуй.
Казалось, она обратным потоком вливается в подземного дракона.
Земляной дракон будто бы искупался в потоках первозданной энергии неба и земли, и по его телу разлилось дивное сияние.
Впрочем, всё это входило в расчеты самого Ли Цина: как гласит древняя мудрость, путь неба забирает излишки и восполняет недостаток.
Желая создать могущественный гротовый рай и избежать скверных бедствий в грядущем, он намеревался использовать саму колоссальную энергию, привлеченную катаклизмом.
Чтобы еще глубже подпитать земные жилы и сделать зарождающийся гротовый рай безупречным.
Одним из важнейших назначений «Структуры Земляного Дракона Звездного Неба» было как раз формирование и сведение воедино подземных жил так, чтобы они приняли облик дракона.
Образ дракона – состояние удивительное, отвечающее неким сокровенным законам и логике мироздания.
В таком состоянии иллюзорный земляной дракон обретал подобие зачаточного разума, начиная самостоятельно поглощать квинтэссенцию неба и земли.
По мере того как небесная и земная энергия непрерывно впитывалась, призрачное тело земляного дракона обретало нотки реальности, и казалось, будто внутри него происходят некие химические процессы.
Время шло секунда за секундой, буря снаружи лишь усиливалась, и ливневые раскаты грома обрушивались с яростью хлещущего дождя.
Грохот вокруг горы Ваньлун стоял грандиозный, но по-прежнему не выходил за пределы ее внутренних рубежей.
Внешнюю сторону окутывал бескрайний серый туман, безупречно скрывавший все грандиозные перемены, происходившие внутри.
Единственным проявлением оставались колебания в воздухе: вблизи горы Ваньлун аура грозового ливня ощущалась предельно остро.
И как раз в этот момент мимо проходил таинственный даос!
От фигуры этого человека исходило слабое черно-красное сияние, напоминавшее подземное адское пламя.
Будучи крайне чувствительным к грозам и дождям, он тут же уловил неладное в воздушных потоках.
— Интересно, с чего это вдруг у горы Ваньлун поднялись столь мощные грозовые колебания?
Лицом этот даос обладал прекрасным, словно нефритовое изваяние, и на вид ему едва ли дашь больше двадцати с небольшим лет, но в глубине его глаз залегала такая бездна, будто там пылал подземный огонь.
Его взгляд выражал праздное любопытство, сулящее желание во всем разобраться.
Поразмыслив немного, он взмахнул рукой, и сорвавшийся с пальцев сгусток пламени в следующее мгновение обратился черной огненной птицей.
Окутанная слоем таинственного сияния, птица молнией нырнула в сероватую дымку.
Туман таил в себе ужасающую мощь, немедленно принявшись истончать и разъедать огненное создание.
Но у птицы, казалось, имелся неисчерпаемый запас сил, и она продолжала упорно сопротивляться разъедающему воздействию тумана.
Шипение и треск не умолкали ни на секунду.
Огненная птица неслась вперед на предельной скорости, высматривая и оценивая обстановку.
Вскоре она ворвалась в самую гущу грозового шторма.
Среди громадных черных туч полыхали молнии, и в один миг пташку затопили бесчисленные разряды.
Однако из ее тела вырвалось пламя, отражая натиск бесчисленных молний.
Наблюдавший за этим даос за пределами горы Ваньлун приподнял брови от удивления.
— Ого, в чем дело? Откуда над горой Ваньлун взялись столь неистовые грозовые тучи!
— И на природные они совсем не похожи, очевидно, их породило некое притяжение.
Будучи истинным учеником даосской школы, он после беглого осмотра сообразил, что тучи эти непростые.
Интерес в его сердце разгорелся с новой силой: появление грозовых туч создало мощное давление на серый туман горы Ваньлун.
Это, напротив, предоставило ему шанс заглянуть внутрь.
Взмахнув рукой, он выпустил еще двух огненных птиц, которые пересекли внешний слой серой дымки и ринулись прямиком в бушующие молнии.
Три огненные птицы с трех разных направлений устремились в глубь горы Ваньлун.
Безумно маневрируя, они разыскивали источник, породивший мириады молний.
Время шло, и вдруг одна из птиц заметила участок с наиболее свирепыми вспышками.
Там всё превратилось в настоящий громовой водопад, а электрический свет почти полностью поглотил окружающее пространство.
Птица бросилась туда, и мощнейшие разряды заставили ее тут же затрепетать.
Черно-красное пламя стремительно иссякало, а мириады языков огня нейтрализовались электричеством.
Но птица упорно рвалась вперед, желая выяснить, что же кроется в этом водопаде молний.
Наконец она, похоже, достигла границы грозового потока, находясь к тому моменту на грани полного уничтожения.
Заприметив какую-то туманную, чудну́ю преграду, пташка камнем влетела в нее.
Провалившись внутрь, она увидела лазурное небо, а в следующий миг рухнула прямо в область вулканов.
Здесь всё пространство было усеяно неистовствующими вулканами, которые мгновенно поглотили ее целиком.
Огненная птица взорвалась, рассыпавшись бесчисленными искрами, и стоявший за пределами хребта таинственный даос нахмурился.
— Хм? Любопытно, в хребте Ваньлун просто не может быть подобных мест.
— Либо это аномальная зона, либо какой-то замысловатый массив?
— Но на формацию не похоже, что же это тогда?
В его глазах мелькнули разнообразные сомнения, и по мысленному приказу даоса две оставшиеся птицы сменили курс, направляясь туда, где исчезла первая.
Мчась с противоположных сторон, они вскоре заприметили место, где гроза бушевала с силой ливня.
Грохот стоял оглушительный, сотрясая весь мир, и в этот миг казалось, будто во вселенной не осталось никаких иных звуков, кроме раскатов грома.
Не замедляя хода ни на секунду, обе птицы слепо ринулись внутрь, стремительно приближаясь к центру.
Громыхали молнии, и если первая птица, к несчастью, не продержалась и нескольких вдохов, будучи уничтоженной разрядами…
Её взору предстал мир, похожий на бескрайний океан, над которым непрекращающимся потоком лил ливень.
Окунувшись в него с головой, птица промокла насквозь.
Её энергия таяла на глазах, хотя на этот раз разрушение не произошло мгновенно.
Таинственный даос через глаза птицы осматривал окрестности.
— И правда, я не ошибся: это диковинное местечко, напоминающее какой-то массив.
— Раз оно омывается бескрайними грозовыми силами, здесь непременно должно появиться великое сокровище!
— Природный артефакт? Да это же несказанная удача!
На лице таинственного даоса за пределами горы Ваньлун отразилась ни с чем несравнимая радость, а от его тела повеяло аурой уровня долголетия.
Взглянув на бескрайний серый туман, он немного поразмыслил:
— Всё-таки это хребет Ваньлун, входить сюда в истинном теле опрометчиво.
При этой мысли фигура даоса качнулась, и из него отделился алый силуэт.
Очертаниями этот двойник на восемь десятых походил на оригинал: целиком огненно-красный, словно из кристалла, он пылал трехфутовым пламенем, и каждое его движение таило в себе незримую разрушительную мощь.
Бросив взгляд на клубящийся впереди туман, двойник единым мигом нырнул внутрь.
А истинное тело даоса опустилось на землю, сосредоточив все помыслы на устремившемся в туман отражении.
В это же время внутри структуры фэн-шуй Ли Цин со всей сосредоточенностью вычерчивал божественные заклинания.