Шум снаружи долетел до ушей троих культиваторов, запершихся в горном храме.
Они открыли глаза, нахмурились, а затем в несколько шагов вышли наружу, в упор уставившись на толпу, собравшуюся перед святилищем.
На их лицах проступило изумление. — Как такое возможно? Откуда у вас вдруг взялась духовная сила?
Лицо старосты исказилось от злости. — Мертвецам незачем это знать!
Едва договорив, он мгновенно взмахнул зажатым в руке клинком.
— Сдохните!
Блеснуло свирептое лезвие, заставив троицу невольно вздрогнуть.
Удар старосты оказался настолько устрашающим, что от него повеяло самой смертью.
Те трое среагировали мгновенно, покрывшись с ног до головы густой чешуйкой.
Три когтистые лапы взметнулись навстречу клинку, и в этот миг столкнулась чудовищная сила.
Но в следующее мгновение произошло то, от чего их охватил первобытный ужас.
Сияние клинка внезапно раскололось, превратившись в нечто куда более смертоносное.
В глазах старосты мелькнуло торжество удавшегося обмана.
Лезвие промелькнуло молнией, и все трое чешуйчатых чудовищ свалились на землю, не веря собственным глазам.
Из ран хлынули потоки крови, лишая их малейшей надежды на сопротивление.
— Не может быть! — Завопил вожак в паническом ужасе.
И в этот самый момент староста издал зычный рев:
— Братья, все разом! Самое время поквитаться с нашими обидчиками!
— А-а, в бой…
Толпа бросилась вперед, ослепленная безумием, взмахивая тяжелыми тесаками.
Град ударов обрушился на еще не успевших испустить дух тварей.
— А-а-а… — дикая боль захлестнула их, вырвав отчаянные вопли, но вскоре всё стихло.
Наконец человеческие силуэты полностью искромсали врагов в кровавое месиво, и расправа завершилась.
Какой-то крепкий мужчина зарыдал в голос:
— Матушка, я отомстил за тебя!
— Сынок, я наконец-то отомстила за тебя, – женщина средних лет лет пятидесяти с зажатым в руке тесаком заливалась слезами.
Площадь потонула в рыданиях – у каждого из присутствовавших от рук этих монстров погибли близкие.
Ли Цин молча наблюдал за происходящим: логика его цивилизации постепенно укоренялась в этом мире!
Впитывая бесконечную тьму и застарелую злобу, он уже собрал исчерпывающую информацию об здешних местах.
Этот мир находился под властью мифического существа по имени Цюн.
Чудище даровало собственную кровь избранным созданиям, обращая их в своих кровных потомков!
Затем оно поручило им управлять миром и регулярно приносить ему дары.
Под началом этих тварей здесь выстроилась жесткая и упорядоченная система.
Все кровные потомки делились на шесть рангов: князья, маркизы, графы, виконты, бароны и рыцари.
В зависимости от статуса им выделялись определенные наделы для управления!
В здешних краях всем смертным категорически запрещалось перешагивать сорокалетний рубеж.
Стоило человеку дожить до сорока, как его пускали на мясо, превращая в главную пищу для элиты!
Те же, кто не достиг этого возраста, обязаны были в положенный срок заключать браки и заводить потомство, причем власти строго регламентировали количество детей.
Помимо изнурительного труда, простолюдины должны были прислуживать хозяевам и всячески ублажать их.
Сила кровных потомков росла за счет атавизма и возвращения к истокам предков, однако предел их развития ограничивался рангом князя – стоило перешагнуть эту черту, как их неминуемо поглощал сам Цюн!
Цюн являлся древним мифическим существом уровня долголетия, и по сей день обитавшим в этом мире!
Правда, местонахождение чудовища оставалось тайной за семью печатями, но раз в год оно неизменно требовало кровавой жертвы.
Обряд жертвоприношения проводился в глубинах Кровавой Бездны, лежащей в самом сердце мира.
Все эти сведения удалось извлечь из остаточных темных одержимостей.
Подобные зловещие остатки позволяли логике его цивилизации вытягивать огромные массивы данных.
Вскоре собранную информацию обработало «Искусство Перемен», и перед его внутренним взором предстала полная картина мироздания.
В конце концов эти данные влились в Нефритовую Питу для еще более глубокой реконструкции, после чего снова зафиксировались через «Искусство Перемен».
Теперь понимание этого мира у Ли Цина превосходило знания девяноста девяти процентов местных обитателей!
В мыслях шевельнулась догадка:
— Бессмертное мифическое существо… Впервые мне попадается столь скользкий и опасный враг.
— Чтобы одолеть его, потребуется целая армия. Одной лишь поддержки небесной воли мало – необходимы еще и легионы дао-воинов!
Рассуждая про себя, он бросил взгляд на продолжавших рыдать людей.
Убитые твари оказались разведчиками из числа аристократии крови.
В их обязанности входило прочесывание диких земель в поисках беглых людей и обнаружение новых человеческих поселений, укрывшихся в глуши.
Захватив такие места, они превращали их в новые фермы по сбору живой плоти.
Однако эта троица, наткнувшись на деревню, решила утаить находку, намереваясь присвоить людей себе и полакомиться ими всласть.
Сила кровных потомков строилась на одном-единственном слове – жрать!
Бесконечно поглощая плоть, они наполняли кровь в своих жилах мощью, запуская процесс атавизма и наращивая чистоту родословной.
Ходили легенды, что если удастся довести атавизм до абсолютного предела, можно обратиться истинным Цюном и обрести вечную жизнь.
Глядя на сельчан, Ли Цин заговорил тихим, обволакивающим голосом:
— Ваша месть свершилась!
— Но до тех пор, пока вы остаетесь частью этого мира, покой вам будет только сниться.
— Скажите, готовы ли вы пойти со мной и бросить вызов этому порядку?
Староста медленно поднялся с колен и подошел к Ли Цину!
Пав ниц перед ним, он выплеснул всю накопившуюся ярость:
— Мы готовы отдать за вас свои жизни!
Остальные жители деревни также двинулись вперед с ожесточенными лицами!
Они падали на землю и исступленно ревели.
— Готовы отдать за вас свои жизни! Единогласно!
Яростные крики множились, охватывая каждого – в людях просыпалась дикая ярость!
Гнев, сдерживаемый невесть сколько лет, выплеснулся наружу разрушительным тайфуном.
Уголки губ Ли Цина тронула легкая улыбка.
Столь легкое согласие примкнуть к нему объяснялось не только демонстрацией его мощи, но главным образом той неисчислимой злобой, что веками копилась в их сердцах.
Лишь те, кто лишился родных и друзей, лишь те, у кого отняли абсолютно всё, способны отринуть страх.
Любые путы и оковы имеют власть лишь над теми, у кого есть имущество и близкие; для человека, потерявшего всё, цепи теряют всякий смысл.
Им нужно лишь отмщение – обнажить клинки против несправедливого мира!
Пусть улицы столицы усеют кости вельмож!
Разве рождаются знатными цари да полководцы?
В этот самый момент Ли Цин официально запустил план по переустройству здешнего мира.
…
Среди бескрайнего кровавого океана!
Там и сям покачивались бесчисленные груды плоти и трупов!
Огромная туша мирно спала в пучине багровой воды, но вдруг она едва заметно содрогнулась.
Множество глаз медленно приоткрылось, сияя зловещим багрянцем.
Это была бесформенная масса, напоминающая кусок мяса, усеянный плотными рядами глазков, из которых фонтанами бил бесконечный поток кровавых концепций.
— Что это было? Откуда такое леденящее душу чувство ужаса?!
В этот миг чудовище ощутило смертельную угрозу, неведомо откуда нависшую над ним.
Некое предчувствие заставило его сердце забиться в панике!
Мясная масса стала медленно сжиматься, пока посреди алого моря не возник статный мужчина.
На его плечах покоился алый плащ, тело защищало ярко-красное облачение, а черты лица поражали неземной красотой!
Зрачки его глаз напоминали вращающиеся пучины кровавого ада.
Мгновенно взмыв над морем крови, он пробил гигантский проход и вырвался на поверхность, к лежащему наверху озеру крови.