— Их военная мощь отнюдь не мала!
— Если они воспользуются смутой и сунутся туда же, для нас это станет смертельным ударом!
Услышав это, Хуан Ваньчао нахмурился.
Тут же даос Байлин легко улыбнулся и произнес:
— На самом деле всё решается очень просто!
— Ситуация первая: если два других Сына Небесной Судьбы согласятся отправить своих дао-воинов, Школам Ста Философов тоже не захочется просто так соваться в бой!
— Если же они не отправят воинов, боевые действия погружаются в хаос, а Школы Ста Философов и конфуцианцы тем временем пойдут в наступление…
— Великий Ван может собрать лучшие силы и напрямую ударить по части Лунчжоу!
— Шачжоу и Наньчжоу при этом следует полностью оставить!
— Всё, что нужно Великому Вану, – это временное убежище.
— Тогда, кто бы из них ни вошел в Шачжоу и Наньчжоу, ему придется лицом к лицу столкнуться с армией демонов!
— Как говорится: если потеряна земля, но сохранены люди – государство возродится; но если потеряны люди, а земля сохранена – государство погибнет!
— Покуда в руках у Великого Вана остаются целыми сорок тысяч дао-воинов, у него всегда будет шанс отыграться!
— Стоит Школам Ста Философов увязнуть в масштабной войне с демонами, как ход сражения перестанет зависеть от их воли.
— Великому Вану останется лишь выждать нужный момент, вновь обрушиться на Шачжоу и Наньчжоу – и одним махом решить исход всей борьбы!
— Это не только избавит нас от части скрытых угроз со стороны Школ Ста Философов, но и позволит начисто уничтожить всех конкурентов на юге!
Слушая это, Хуан Ваньчао невольно тяжело и глубоко выдохнул.
План даоса Байлина был продуман до мельчайших деталей.
Особенно та фраза: «Если потеряна земля, но сохранены люди – государство возродится; но если потеряны люди, а земля сохранена – государство погибнет!»
В ней таился глубочайший философский смысл: именно люди являются ключевым фактором, определяющим исход Поднебесной и победу во всём.
Ресурсы же и земля – не более чем вспомогательное средство.
В глазах трех других долгоживущих культиваторов также промелькнуло изумление: они уловили великую мудрость в словах даоса Байлина.
Все трое невольно посмотрели на этого прежде ничем не примечательного даоса совершенно другими глазами.
Конечно, за всем этим стоял лишь скрывающийся в тени Ли Цин, а все эти речи он просто передал даосу Байлину через духовную связь.
Доводы человека, прошедшего через сотни сражений в ином мире, несомненно, несли в себе мудрость, которую местные аборигены не могли и вообразить.
То был мир, лишенный всякой сверхъестественной силы, где искусство применения людей и стратегии было доведено до абсолютного предела.
Победа над сильным с позиции слабого, принуждение некогда двух единственных сверхдержав к отступлению с помощью хрупких сил – за всю пятитысячелетнюю историю подобное случалось лишь раз.
Глубоко вздохнув, все погрузились в молчаливое раздумье.
Наконец Хуан Ваньчао произнес суровым голосом:
— Отослать послания Ли Фэнсянь и Бай Сюэ!
— Пусть каждый из них выставит по десять тысяч дао-воинов для охраны застав!
— Иначе я уступлю Наньчжоу, и пусть они сами насмерть бьются с армией Пути Демонов!
Хуан Ваньчао принял план даоса Байлина, без колебаний избрав стратегию сохранения инициативы в собственных руках!
Подспудные течения зашевелились, беззвучно расходясь во все стороны, и небесные тайны Девяти Областей Четырех Земель сделались еще более запутанными.
Наблюдая за переменами на юге, Ли Цин тронул губы едва заметной, загадочной улыбкой.
«Лишь слабые нуждаются в том, чтобы заботиться об общей картине, сильный же сам по себе и есть общая картина!»
«В реальном мире, где нет никакой магии, закон джунглей и право сильного разыгрывались бесчисленное множество раз».
«Истинным сильным плевать на так называемую общую картину!»
«Вам никогда по-настоящему не доводилось познать пятитысячелетнюю мудрость войн крупных объединений».
Сокровищницы Ли Цина включали в себя знания по истории и военному делу из его прошлой жизни, каждое из которых представляло собой отточенный до блеска драгоценный камень.
Из-за наличия сверхъестественных сил понимание и применение войны в этом мире заметно уступало прошлому.
Даже тамошние адепты Школы Военного Дела в своих расчетах всё еще оставались на уровне древности, ведя сражения холодным оружием и не поднимаясь до высот подлинной стратегии.
Таковы были различия, порожденные самой силой этого мира!
Все текущие планы Ли Цина воздействовали на ход войны с более высокого стратегического уровня.
Добавьте к этому множество расставленных им повсюду пешек в различных группировках, а также Сунь Цянькуня, тайком дергающего за нити самыми разными способами!
В его руках каждый оставался абсолютно прозрачным: любые поступки, движения и планы невозможно было скрыть, что делало претворение стратегии в жизнь еще более гладким.
Глубоко вдохнув, Ли Цин перевел взгляд на восток.
— С делами демонов покончено, теперь на очереди Восточная Пустошь!
Божественное Тело бесшумно покинуло южные пределы и стремительно устремилось на восток.
Следующей целью был Сын Небесной Судьбы Пути Призраков.
…
Тем временем многочисленные долгоживущие культиваторы и практики Сферы Бедствия Пути Демонов устремили взоры на поле текущей битвы.
В родовом чертоге демонического племени тихо возникли четыре силуэта.
Это были четыре демонических божества Сферы Бедствия: Бог-Демон Таоте, Бог-Демон Пожирающий Драконов, Бог-Демон Цинцю и Бог-Демон Тысячи Глаз!
Впрочем, здесь находились лишь их проекции, тогда как истинные тела продолжали выполнять собственные задачи.
Бог-Демон Таоте глухим голосом произнес:
— Товарищи, борьба Сынов Небесной Судьбы вскоре подошла к концу, я уже во всем разобрался.
— Началось всё с того, что Король Демонов Сороконожка из рода Бога-Демона Тысячи Глаз выдвинул один хитроумный план!
— Великий Король Обезьян принял его, успешно расставил ловушку, заманил туда Молодого Господаря Истинного Дракона и уничтожил его!
— Когда весть об этом распространилась, принц Цилинь немедленно атаковал Черную Заставу, но Великий Король Обезьян уже прибыл туда, захватил проход и, поглотив дао-воинов, удвоил свою силу, перехватив инициативу.
— Принц Цилинь воспользовался планом даоса Байху, отбил три самые яростные атаки армии Великого Короля Обезьян, а затем вызвал его на поединок один на один!
— Однако после этого Король Змей с Синими Глазами, состоявший при Молодом Господаре Истинном Драконе, убедил Короля Демонов Белый Тигр предать в разгар боя, ввергнув принца Цилиня в безвыходное положение!
— В конце концов Великий Король Обезьян одержал полную победу!
— Я тщательно изучил весь этот план: в нем есть доля случайности, но есть и расчет, на первый взгляд он выглядит безупречным и лишенным изъянов.
— И всё же осталась одна странность, которую я никак не могу взять в толк.
— Те, кто предлагал стратегии, те, кто склонял к сдаче, и те, кто предал, – все они поголовно оказались культиваторами стадии Первородного Духа!
— Практикам стадии Дхарма-образа из-за наших приказов участвовать в войне было запрещено, они могли оказывать лишь необходимую поддержку.
— Но на всем поле боя ключевую роль играли исключительно обладатели Первородного Духа, не было задействовано ни единого культиватора стадии Божественной Души!
— Мне это кажется подозрительным.
Слова Бога-Демона Таоте привлекли внимание остальных.
Бог-Демон Тысячи Глаз медленно промолвил:
— Я тоже подозревал это и потому тайком применил особые методы, подвергнув каждого культиватора стадии Первородного Духа всесторонней проверке изнутри и снаружи.
— Однако в их телах не обнаружено никаких запретных печатей, их разум не подвергался чужому вмешательству, и никто ими не управлял.
— Даже на уровне душ мои наблюдения показали: все они остались самими собой.