— Если описать этот удар простыми словами.
— Представь дикого волка, что проник в стаю сородичей.
— Окажись он слаб – сородичи набросятся все разом.
— Не выдержит натиска – разорвут в клочья.
— Лишь выстояв, он заслуживает право остаться.
— Цель создания ими небесного двора реинкарнации – полностью сплотить весь мир воедино.
— Повышение мерности может привести к распаду самой энергии мира.
— Потому реинкарнация небесного пути и небесный двор служат оружием, обращающим жизненную силу всех живых существ в источник энергии.
— Законы логики реинкарнации и истинные боги двора и есть само оружие.
Слегка проанализировав ситуацию, загадочный мужчина, кажется, насквозь видел истинный смысл задуманного.
— К тому же, они рассчитывают использовать возвышение мира и грандиозные перемены слияния с высшей мерностью, чтобы переписать собственные основы.
— Обратить зло в добро и вымостить дорогу на ступень выше!
— Стоит признать, эти Восемь Бессмертных Шести Путей – выдающиеся умы!
— Воистину поразительные фигуры!
Собеседник явно обладал глубокими познаниями в тайных делах, раз сумел за столь короткий срок по крохам информации вычислить главную тайну Восьми Бессмертных.
Ли Цин был поражен глубиной его дедукции!
В ту же секунду его истинное тело изучало истинную личность собеседника.
Старая версия.
«Таинственная фигура под землей.»
«На острове в подземном лавовом океане передо мной предстал таинственный незнакомец».
«По крупицам утекающей информации о Плане Шести Путей по Обожествлению он раскусил все цели Восьми Бессмертных».
«Личность этого существа покрыта мраком – старый монстр, проживший десятки тысяч лет. Впрочем, вряд ли он человек, скорее всего – некое мифическое создание древности».
…
Новая версия.
«Мифический персонаж.»
«Таинственный обитатель подземного мира носит имя Бог Пламени».
«Он принадлежит к числу первейших мифических созданий, рожденных самим небом и землей в незапамятные времена».
«Сущность эта зародилась в глубинах лавового ядра, впитав квинтэссенцию жизни».
«Бог Пламени от рождения обладал бесконечным долголетием и силой, превосходящей Сферу Бедствия и вплотную приближающейся к бессмертным».
«Однако с расцветом пути бессмертия много тысячелетий назад Бог Пламени и союз древних людей потерпели сокрушительное поражение в войне».
«Понеся чудовищные потери, они отступили в самые недра земли».
Взглянув на обретшую ясность Нефритовую Плату, Ли Цин глубоко вздохнул.
Происхождение собеседника оказалось грандиознее любых ожиданий.
Взглянув на Ли Цина, Бог Пламени продолжил после паузы.
— План Восьми Бессмертных и вправду совершенен, и при стечении обстоятельств они бы преуспели.
— Но у них превратное представление о внешнем мире, что сулит огромную беду.
Сердце Ли Цина екнуло.
Он с тревогой воззрился на Бога Пламени:
— О какой ошибке в их расчетах речь?
Бог Пламени устремил отсутствующий взор в небеса и глухим голосом произнес.
— Им неведомо, что таится за пределами этого мира.
— Давным-давно мне довелось повстречать странника из иных земель.
— В беседе с ним удалось почерпнуть кое-какие сведения о внешнем мире.
— В высших мирах за пределами границ нет человеческой цивилизации.
— Люди там служат лишь пищей и слугами, существуя при цивилизациях инородцев.
— Высший мир пронизан логикой, а на вершине этой иерархии стоят великие безымянные существа.
— Излучаемая ими логика очерчивает границы владений, где вольготно лишь их собственным искрам и слугам.
— Все прочие создания обязаны подчиняться суровым законам – малейший шаг влево означает смерть.
— Слуг же этих великих сущностей называют инородцами.
— Быть может, в силу общей логики свита всех великих владык обладает человекоподобными очертаниями.
— Люди – создания хрупкие, но сметливые. Любые слуги инстинктивно угнетают человеческий род, однако не истребляют полностью, поскольку великим созданиям нужны люди.
— Если мир успешно повысит мерность, но созданная Восьми Бессмертным реинкарнация не выдержит мощи этих великих созданий, отстоять свои пределы в высшем мире не удастся.
— Тогда человеческая цивилизация под натиском логических законов обратится в прах, а все обернутся рабами и скотом.
— Что же до Восьми Бессмертных, вряд ли их ждет завидная участь.
— Те великие таинственные сущности пуще всего любят лакомиться практикующими, способными кристаллизовать логические законы.
— Да и сами их слуги, стоить им изрядно окрепнуть, растворяются в первородных хозяевах, становясь частью их самих.
На лице Бога Пламени отразилась тень тяжелой думы.
— Непонятно, благо это или проклятие, если их небесный круг и впрямь осилит мощь великих владык.
— Быть может, статус людей в высшем мире переменится и они наконец обретут собственную цивилизацию.
Рассказ потряс Ли Цина до глубины души.
Сведения о высшем мироздании свалились на него так внезапно и оказались куда страшнее кошмаров.
Стоило вообразить, сколь жалко прозябают люди в тех сферах, и кровь стыла в жилах.
Сколь же суров тот мир.
На мгновение Ли Цина захлестнуло чувство бессилия – он слишком отчетливо понимал, что те великие сущности стоят на ступени Неба и его извечного врага.
Воплощения концепций и логики, невообразимые ужасы, чьей главной целью было пожирание основ.
— Лишь достигнув уровня концептуальной логики, круговорот небесного пути сможет гарантировать выживание мира.
— Иначе подъем в мерности – верная смерть. Только представь.
— Какова участь овцы, угодившей в волчью стаю?
— Сравнение Бога Пламени с волчонком еще льстит ситуации – мир Девяти Областей и Четырех Земель изначально был лишь стадом баранов.
— Судя по имеющимся у меня данным, многие опасные твари уже давно приметили Девять Областей.
— Вот только печать Небесного Врага отрезала им путь наружу.
— Или они не решаются сунуться из-за излучения двух враждующих сил.
— Если мир пойдет на повышение мерности, укрытие в виде реинкарнации вкупе с остаточными аурами Неба и его Врага способно создать иллюзию грозной силы.
— Чтобы алчные хищники почуяли равную мощь и покамест выжидали в тени.
— Выигрывая время для моего роста!
Глубоко вздохнув, Ли Цин смутно нащупал верное направление.
— Полагаться на эту компашку Восьми Бессмертных бессмысленно.