Сунь Цянькунь произнес безмятежным тоном:
— Не волнуйся, всё под контролем. Я постараюсь разжигать мелкие стычки между ними, чтобы отвлечь их внимание.
— В Даосской обители тоже не всё гладко: два Бессмертных пожаловали артефакты базовой логики Тан Ваньшаню и Хуан Ваньчао соответственно.
— Для остальных четырех Избранников Небесной Судьбы это дурной знак.
— Между ними и так хватает трений, а при должном подталкивании они сцепятся не на жизнь, а на смерть, и у них попросту не останется времени следить за тремя городами.
— Так что можешь смело пускать в ход любые методы – шансов у них не будет.
Выслушав это, Ли Цин слегка кивнул:
— Хорошо. Раз ты в этом уверен, мой план пойдет как по маслу.
— Свяжемся в следующий раз, – тихо произнес Ли Цин, и его голос стих.
…
Сунь Цянькунь медленно открыл глаза, глубоко задумавшись.
Затем он начал исподволь отдавать приказы, вытаскивая из пазухи еще один Нефрит Связи Сердец.
Это был его второй мостик для связи с внешним миром.
Один преданный культиватор находился снаружи, передавая нужные сведения.
А адресатами этих посланий выступали все те заклинатели и люди, что находились под контролем Ли Цина.
Вскоре бесшумные приказы потекли по цепочке, распространяясь по всему миру самыми разными путями.
Время шло секунда за секундой, и безмолвная буря набирала обороты.
В пределах владений секты Беспредельности, на стыке земель Тан Ваньшаня, Чэнь Саньхэ и Го Ушуан, люди уже начали проявлять нетерпение.
Два патрульных отряда столкнулись на равнине; оба состояли всего из сотни бойцов.
Командовали ими сотники, набранные в свое время из бывших бандитов.
И оба отряда одновременно получили приказ!
Сгущались сумерки, наступал вечер.
Неожиданно столкнувшись лицом к лицу, воины мгновенно напряглись.
Они с тревогой глядели друг на друга, медленно продвигаясь в противоположных направлениях так, что их пути пересекались, а порой расстояние сокращалось до каких-то трех метров.
Нервы у всех были на пределе – вспыхнуть могло в любую секунду.
Равнину густо покрывала дикая трава в человеческий рост.
В ней путники могли скрыться с головой, поэтому в обычных дозорах заметить друг друга удавалось редко.
Один отряд подчинялся Тан Ваньшаню, другой – Чэнь Саньхэ.
В этот момент из высокой травы кто-то или что-то стремительно выскочило!
Тварь пронеслась сквозь строй людей Тан Ваньшаня и врезалась в ряды отряда Чэнь Саньхэ.
Перепуганные бойцы тут же схлестнулись в столкновении.
В сверкании клинков и рубящих ударов схватка выдалась яростной: за считанные мгновения на землю полегло не меньше четырех-пяти человек.
Однако бой долго не продлился, поскольку всё контролировалось сотниками.
Они действовали по инструкциям, будучи такими же марионетками.
Потеряв пару бойцов, стороны быстро подобрали убитых и отступили.
Простые солдаты так ничего и не поняли, решив, что всё произошло случайно.
До Тан Ваньшаня и Чэнь Саньхэ донесли вести: на границе владений их дозорные отряды сошлись в схватке, не обошлось без жертв.
Обе стороны немедленно насторожились, на границу посыпались новые патрули для взаимной слежки, и атмосфера накалилась до предела.
Больше всех нервничал Тан Ваньшань: ему донесли, что атакам подверглись все участки границы как с Чэнь Саньхэ, так и с Го Ушуаном.
Стычки произошли не менее чем в семи-восьми местах.
Это заставило Тан Ваньшаня тут же заподозрить, что Чэнь Саньхэ и Го Ушуан затевают против него нечто недоброе.
Причину он тоже быстро отыскал:
— Неужели всё из-за сокровища, пожалованного Бессмертными?
— Почувствовав угрозу с моей стороны, они решили объединиться и выбить меня из игры? — Подумалось ему.
От этих мыслей на душе у Тан Ваньшаня стало еще тревожнее.
Он немедленно созвал воевод и приближенных сановников; больше половины из них составляли даосские заклинатели.
Состроив суровую мину, Тан Ваньшань заговорил:
— Господа.
— По последним данным, наши люди сцепились с войсками Чэнь Саньхэ и Го Ушуана.
— И пусть это всего лишь стычки дозоров, знак дурной.
— Как вы полагаете, что нам делать дальше?
Заметив нахмуренный лоб правителя, все присутствующие тоже прочувствовали всю опасность ситуации.
Если Тан Ваньшань начнет войну с двумя остальными лагерями, ничем хорошим это не кончится.
Даос Байлянь из обители Пяти Внутренностей, будучи культиватором стадии Первородного Духа, оставил в ставке Тан Ваньшаня лишь свое воплощение.
Мастера столь высокого ранга обязаны были участвовать во всех крупных событиях, одновременно передавая приказы основной личности для наискорейшего управления армией.
И даос Байлянь как раз входил в число тех посвященных, кем управлял Ли Цин.
В тронном зале собрались три мастера стадии Долголетия, три обладателя Дхарма-образов, с десяток клонов и истинных тел культиваторов стадии Первородного Духа, а также несколько десятков смертных министров – костяк окружения Тан Ваньшаня и его советники.
Все молчали, размышляя над масштабом грозящей беды.
А даос Байюнь, уже получивший весточку от Ли Цина, тут же включился в разыгрывание роли.
— Ваше Величество, на мой взгляд, это всего лишь разведка боем.
— Похоже, они закладывают фундамент для следующего года.
Услышав это, все взгляды обратились на Байюня.
Тан Ваньшань посмотрел на него и спокойно произнес:
— Генерал Байюнь, говорите подробнее.
— Как всем известно, Ваше Величество удостоились божественного дара, а это имеет огромный символический вес.
— Значит, Бессмертные склоняются именно к вашей кандидатуре.
— Для двух других претендентов на роль Избранников Небесной Судьбы это нож в сердце.
— Вот они и подослали провокаторов, пытаясь расшатать ваши нервы.
— Вы поддадитесь панике и приметесь за ошибочные перестановки.
— Например, погоните войска к границам для противостояния.
— Но тогда наш тыл останется пустым.
— Не забывайте, у вас за спиной лежат земли Северных философов и Конфуцианская школа.
— Если те два лагеря уже сговорились с ними втайне…
— Это классический маневр по выманиванию тигра из горы: стоит вам отправить армию вперед, как северяне ударят нам в спину.
— Без надежной защиты столицу возьмут за два дня.
— А следом падет страна и сгинем мы сами.
Эти слова заставили сердца всех собравшихся в зале замереть.
Подобный сценарий вполне мог воплотиться в жизнь в любой момент.
Тем более что Путь Демонов на Севере был зачищен, и философы с конфуцианцами получили полную свободу рук.
Удар в спину выглядел более чем возможным.
Тан Ваньшань нахмурился еще сильнее:
— И каков же наш план действий? — Спросил он.
Окинув взглядом присутствующих, чей взоры были прикованы к нему, даос Байюнь чуть помедлил и ответил:
— Сыграем с ними в их же игру!