— Но по логике вещей он может знать лишь информацию о Девяти Областях Четырех Земель, – звучало в тишине. — Невозможно, чтобы ему было известно что-то за пределами этого мира. Даже мы сами владеем лишь частью этих сведений.
— Вывод напрашивается только один: этот Ли Цин неведомым нам способом проник в многомерное пространство.
— И уже успел создать там некое подобие информационной системы, а возможно, даже столкнулся с данными о тех высокоразмерных сущностях. Только так он мог узнать об инциденте космического обожествления.
— А это означает лишь одно: предстоящая судьбоносная скорбь станет для него последним разом, когда бедствие затронет наш мир.
— В будущем его бедствие долголетия, судя по всему, разразится уже не здесь.
— Не исключено, что в каком-нибудь другом мире.
— Раз он способен путешествовать в многомерном пространстве, значит, у него обязательно есть средства и для перехода в иные миры.
— Это наш последний шанс! Если мы потерпим неудачу, схватить его уже не удастся никогда!
Услышав слова Святого Хаожаня, остальные присутствующие почувствовали, как у них ёкнуло сердце, а в голове закрутился лихорадочный вихрь мыслей – каждый пытался взвесить все обстоятельства.
Голос Царя Инь-Ян Великого Хаоса прозвучал глухо:
— Эту проблему не разрешить ссколь-нибудь простым путем. Если я не ошибаюсь, он наверняка оставил в многомерном мире лазейку для воскрешения.
— Во время этой судьбоносной скорби, если только мы не захватим его живьем и не обрушим на него силу причинно-следственных связей, прослеживая каждый след, уничтожить его запасной путь к возрождению окажется попросту невозможно!
— Поэтому, как только в ходе скорби обнаружится его след, мы обязаны задействовать первородную суть мира.
— Обрушив на него мощь всего мира, мы подавим его абсолютно, лишив даже самой возможности умереть.
— Лишь так удастся пресечь любое его возрождение.
Остальные Бессмертные, услышав это, тоже слегка нахмурились.
В глазах Будды Тьмы и Света Нирваны замелькали черно-белые отсветы:
— Всё не так просто. За последнее время мы уже несколько раз обращались к первородной сути мира.
— Суть главного мира Девяти Областей исчерпана больше чем на десятую долю – это колоссальная потеря.
— Стоит ли задействовать мощь такого уровня ради какого-то Ли Цина?
— Стоит, — холодно отрезал Царь Инь-Ян Великого Хаоса.
— Одной лишь ценности его тайных сокровищ более чем достаточно.
Повисло короткое молчание, после чего все пришли к единогласному решению!
— Я поддерживаю, — высказался Деспотичный Кайфенский Владыка Демонов.
Остальные Бессмертные тоже один за другим поддержали это предложение!
Множество Бессмертных пришло к новому соглашению касательно Ли Цина!
…
Тем временем Святой Хаожань тоже предавался раздумьям.
— Наш план удался на славу, но теперь на горизонте замаячила новая крупная неприятность.
— Они вознамерились объединить усилия, и это неизбежно подорвет планы Конфуцианской школы на единоличное господство.
— Как только обожествление завершится, я смогу использовать установление Небесного Пути, чтобы до конца выстроить собственное Великое Дао!
— По крайней мере, это позволит полностью сформировать зачаток концептуальной логики!
— И сделать шаг, который на половину стопы выведет меня за пределы сферы Бессмертных!
— Но ведь тогда останется еще восемь существ уровня Бессмертных, и в одиночку мне их ни за что не подавить!
— Раз они хотят поймать Ли Цина, но пока лишь собирают информацию без резких шагов, пожалуй, стоит заранее приоткрыть ему кое-какие карты!
— Пусть насторожится и снова воспылает жаждой убийства, пусть начнет плести ловушки и заманивать этих Бессмертных вместе с разумными логическими аномалиями под удар.
— Я могу намекнуть ему, что способен обрести зачаток концептуальной логики!
— Даже если число Бессмертных уменьшится и нас останется всего семеро, включая меня, я всё равно сумею задействовать всю первородную суть мира и накопить сил для отпора внешним врагам.
С этими мыслями в голове Святого Хаожаня промелькнула тень хитрого замысла!
Пока что никто из этих Бессмертных даже не догадывался о его предательстве!
…
В столичной чайной беззвучно материализовалась проекция Святого Хаожаня.
Он заказал чайник и несколько тарелок закусок, молча попивая напиток и наблюдая за оживающим на улице людским потоком.
После недавней битвы всё человеческое общество словно замерло!
И лишь когда была зачищена едва ли не каждая аномалия, жизнь окончательно вернулась в привычное русло.
Только вот человеческая популяция после этого сражения заметно сократилась – свыше трехсот миллионов душ сгигло в пламени войны.
Вторжение орды аномалий не прошло даром!
Население Девяти Областей уменьшилось до семисот миллионов, и этот урон был поистине колоссальным.
— Для поддержания статуса истинного избранника небес требуется по меньшей мере сто миллионов человек, однако раз они пришли к соглашению, масштабных вторжений аномалий какое-то время не предвидится.
Стоило ему об этом подумать, как напротив него бесшумно опустилась фигура.
Этим гостем оказалась точная копия Божественного Тела Ли Цина!
— Похоже, у тебя есть новости, — Ли Цин окинул взглядом Святого Хаожаня, и на его губах заиграла легкая улыбка.
— Верно. Они намерены объединить всех разумных логических аномалий, чтобы бросить любые ресурсы на сбор досье о каждом жителе Девяти Областей.
— Основной ударный фокус направлен на культиваторов стадии Первородного Духа – каждый их шаг и каждое действие теперь под самым жестким наблюдением.
— Мы уже провели расчеты и моделирование: чтобы вылепить идеальный зачаток поверхностной логики, тебе потребуются колоссальные объемы удачи и ци.
— Обычным уничтожением судьбоносной скорби такого не добиться.
— Тебе придется втянуть саму скорбь в гигантский круговорот причинности и заставить её занять там центральное место!
— Сделай себя главным действующим лицом этой причинно-связанной бури, и тогда собственную карму бедствий ты вплетешь в то же полотно!
— Шагнуть в самую гущу событий – вот где кроется изъян!
— Они уже вычислили, что ты пробился в многомерное пространство с помощью некой методики, и подозревают, будто тебе довелось побывать в иных мирах.
— И раз уж ты оставил там зацепки для выживания, они собираются задействовать мощь потока первородной мировой логики, чтобы держать тебя на мушке.
— Стоит твоему истинному телу себя обнаружить, как тебе останется только умереть – никаких иных исходов не предвидится.
— Под напором мирового потока все твои ухищрения утратят всякий смысл.
Ли Цин молча слушал, и во взгляде его мелькнула тень сосредоточенности.
Внутри него тихо заворочалось «Искусство Перемен», проецируя все следы и отображения, оставленные им при подмене собственной истинной сущности!
Секунду спустя в его глазах проступило легкое разочарование: от прошлого воплощения, игравшего роль господина Ягю, придется отказаться.
Причина крылась на поверхности: хотя микроконтроль не прибавил ему боевой мощи, он неизбежно оставил отпечаток на боевых инстинктах, причем изменения эти накапливались исподволь, но масштабно.
Сопоставив факты с донесениями Святого Хаожаня, Ли Цин путем нехитрых вычислений понял, что уязвимость уже обнажилась.
Настоящий господин Ягю должен был немедленно вернуться, а прошлое воплощение – тихо раствориться!
Теперь даже если кто-то затеет расследование против господина Ягю, на самом Ли Цине это никак не отразится.
Хорошо еще, что Святой Хаожань вовремя доставил весть, иначе ему потребовалось бы куда больше времени, чтобы почуять неладное.
Неровен час, его прошлое воплощение действительно угодило бы под удар.
Ли Цин улыбнулся собеседнику:
— Благодарю за подсказку, Святой. Ты избавил меня от целой горы хлопот.