«Замысел прост, если выразить его одной фразой, но скрытая в нем суть исчерпывает всю мудрость мирской борьбы».
Сунь Цянькунь смог придумать этот план во многом благодаря руководству Ли Цина, а окончательно доработал его лишь после тщательного устранения всех недочетов и брешей.
Особенно объединение трех Сынов Небесной Судьбы из Внешних Земель – это стало самым ключевым шагом во всем плане.
Пока не удастся прийти к такому раскладу, воплотить задуманное в жизнь не выйдет, ведь возникло бы слишком много переменных.
Многочисленные Сыны Небесной Судьбы долго и глубоко размышляли над этим, пока в конце концов каждый из них не принял окончательное решение.
Тут вперед вышел Ли Цинлянь и заговорил первым:
— Этот план осуществим, я принимаю его.
Сюань Юаньчанлун тоже кивнул:
— Мы тоже можем принять такую стратегию.
— Каждый отвечает за свое направление, а кто в итоге разделит мир на три части – покажет личное мастерство.
Ван Цяньцю, Наньгун Хаожань и Чжу Иба также кивнули в знак согласия.
Среди прочих Сынов Судьбы их военная мощь считалась сравнительно слабой, так что для них это поистине наилучшая возможность.
Раз все дали согласие, их бремя стало куда легче: теперь им достаточно сосредоточиться лишь на одном направлении!
Сунь Цянькунь слегка кивнул:
— Раз все согласны, давайте детально спланируем каждое военное выступление.
Затем в окутывавшем их тумане Сунь Цянькунь представил исчерпывающую информацию по каждой намеченной цели и подобрал разнообразные адресные стратегии.
Проведя всесторонний анализ вплоть до мельчайших деталей, он облегчил каждому задачу по достижению поставленной цели.
По меньшей мере, первый шаг – разгром сильнейшего Сына Небесной Судьбы – должен быть выполнен обязательно.
Это совещание продолжалось несколько дней и ночей, и в итоге каждый из Сынов Судьбы изучил своих врагов практически до мельчайших нюансов.
Особенно их слабые места в характерах, имена и нравы подчиненных командиров, какими силами те располагали и что можно было использовать в своих интересах – все было выписано по пунктам.
У каждого имелась собственная разведывательная сеть, и путем сведения всех данных удавалось собрать колоссальный массив информации.
К моменту завершения этого совещания у каждого Сына Небесной Судьбы уже имелся детальный план войны против приверженцев трех великих даосских врат.
Наконец, когда все приготовления подошли к концу, Пань Чэнфэн перевел взгляд на Сунь Цянькуня.
— Военный советник, на сколько частей мы можем рассчитывать в этот раз?
Взгляд Сунь Цянькуня слегка блеснул:
— Нам благоволят лишь люди, так что шансы составляют пятьдесят на пятьдесят.
Пань Чэнфэн кивнул:
— Половины шансов уже достаточно.
— По крайней мере, суммарная мощь наших войск и армии Ли Цинляня достигает миллиона, да и во всей секте Истинного Сокровища насчитывается не меньше миллиона дао-воинов – в силе мы им ничуть не уступаем.
— Мы лишь опасаемся, что они объединятся с Внешними Землями и уничтожат нас, поэтому вынуждены действовать на опережение.
— Сразись мы один на один, еще неизвестно, испугались бы мы их!
Пань Чэнфэн трезвенно оценивал обстановку, слегка вздохнув.
Сунь Цянькунь слегка кивнул:
— Верно. Именно поэтому на нашей стороне лишь поддержка людей, тогда как им достались благоприятное время и выгодное расположение, а инициатива находится в их руках.
— Вот почему мы обязаны перехватить инициативу и самостоятельно направить эту войну в нужное нам русло.
— Вся надежда на тебя, советник, — с суровым выражением лица произнес Пань Чэнфэн.
— Великий король может быть спокоен, я все устрою!
В глазах Сунь Цянькуня мелькнул оголек, и по взгляду скользнул острый блеск!
…
В трех великих даосских вратах старейшина секты Беспредельности Тан Ваньшань нахмурился.
Его взгляд обратился к Юэлун Даожэню – практикующего долголетие из их рядов.
— Бессмертный наставник Юэлун, до меня дошли слухи, что отшельник Лю Ецзюй, мастер долголетия из школы литераторов, нанес визит мастерам долголетия конфуцианства и нескольких Сынов Небесной Судьбы.
— Что вы думаете об этом деле, наставник?
Юэлун Даожэнь являлся одним из долгоживущих мастеров секты Беспредельности. Услышав это, он слегка нахмурился.
— Похоже, они замышляют объединиться. В конце концов, перед лицом трех великих даосских врат они испытывают колоссальное давление.
— Их общая военная мощь заметно уступает нашей, так что союз для них неизбежен.
— И как нам тогда поступить? — Продолжал допытываться Тан Ваньшань.
— Будем наблюдать за развитием событий. Сейчас Внешние Земли смотрят на нас хищным взглядом, и если мы начнем междоусобицу, это лишь сыграет им на руку…
— Вместо этого лучше сделать вид, что мы заключаем союз с ними и даосами, разыграть спектакль, заманить людей из Внешних Земель в ловушку и уничтожить их всех разом.
— А после мы нанесем ответный удар и сокрушим живые силы конфуцианства и ста школ.
Услышав это, Тан Ваньшань задумался:
— Такой план вполне можно испробовать.
— Тогда отправьте кого-нибудь наладить с ними связь!
Юэлун Даожэнь произнес:
— В таком случае я могу отправиться лично и выступить переговорщиком.
Тан Ваньшань слегка кивнул:
— Вся надежда на бессмертного наставника.
Юэлун Даожэнь слегка кивнул в ответ.
…
Не только секта Беспредельности, но и весь остров Истинного Сокровища вместе с Путем Вечной Ночи получили известия, и каждый вынашивал собственные тайные планы.
По всему Цзючжоу поднималась буря, и три гиганта Внешних Земель точно так же следили за регионом, чутко улавливая любые перемены.
…
Ли Цин молча следил за обновлениями на Нефритовой Плите: от Сунь Цянькуня он знал, что все идет гладко.
Затем, уловив по новым сведениям с Нефритовой Питы движения различных фракций, он держал под круглосуточным контролем весь Цзючжоу, не позволяя случайным инцидентам нарушить его планы.
— Теперь остается ждать, пока даосы и Внешние Земли сделают ход. Если все разыграть верно, можно будет обратить их замыслы против них же и еще проще достичь цели.
— Сидели бы тихо – другое дело, но раз сунулись – быть вам мертвецами.
Оставив Нефритовую Питу в покое, Ли Цин перевел взгляд на «Огненную формацию долины Цитань для очищения индиговым пламенем»: скопившееся там высшее индиговое пламя уже достигло нужной кондиции.
Его густота уже соответствовала требованиям для прохождения бедствия, однако для преодоления безупречной напасти требовалось и дальше наращивать ярость священного огня!
Глубоко вздохнув, Ли Цин шагнул внутрь большой формации, и бесконечные языки пламени взметнулись вокруг, мгновенно поглотив его.
Холодный священный огонь казался способным сжечь все сущее, а Ли Цин запустил непобедимое тело Человеческого Пути, доведя свою силу до предела.
Его фигура целиком окрасилась в золотой цвет. Сев, скрестив ноги, он заприметил, как над его макушкой взмыла Божественная Душа.
Бескрайнее индиговое пламя хлынуло в Божественную Душу, яростно выжигая каждый ее уголок.
Ши-ши-ши.
Среди огня послышалось множество странных звуков.
Эти звуки звучали пугающе, словно в глубинах Божественной Души что-то взрывалось.
Наглядным образом в структуре души то тут, то там вспыхивали крошечные точки света – все они взрывались прямо в пламени.
Окутанный бескрайним бушующим пламенем, Ли Цин мысленно оглядывал окрестности.
Вокруг вовсю искривлялось пространство, и сквозь эти пространственные щели он видел мерцание каких-то опасных субстанций.
Эти твари словно почуяли его присутствие: они безумно извивались, пытаясь протиснуться внутрь.
Желая проникнуть в его тело, уничтожить его и сожрать его Божественную Душу.
Однако они по-прежнему были связаны оковами пространства и времени, не имея возможности преодолеть этот предел.