Мгновенно нырнув внутрь, в следующее мгновение клон Ли Цина оказался в удивительном мире.
Это была дикая равнина, сплошь покрытая лугами, девственными лесами, горными хребтами и озёрами.
Пространство гротового рая раскинулось не так уж широко – около пятидесяти километров в поперечнике, но в нём густой пеленой клубилась насыщенная энергия ци.
Его взгляд вспыхнул дивным сиянием, осматривая гротовый рай, и уже в следующий миг он прямиком устремился в выбранном направлении.
Его скорость походила на вспышку молнии, и вскоре он достиг самого центра мира, где возвышался огромный дворец.
Дворец стоял на безжикленной, голой горе, сложенной из бесчисленных груд белых костей.
Если приглядеться, становилось ясно, что все эти кости принадлежали самым разным животным.
Останки зверей переплетались между собой, образуя цельные структуры, и громоздились друг на друга, возвышаясь исполинской горой.
На вершине этого пика высился массивный дворец из белых костей, от которого на первый же взгляд веяло первозданной древностью.
Ли Цин стремительно приблизился к нему и вскоре очутился у главных ворот костяного дворца.
Они были плотно закрыты, но Ли Цин проскользнул внутрь через щель.
Стоило ему переступить порог, как в глаза бросились пять огромных изящных статуй.
Эти изваяния в точности соответствовали бессмертному клана демонов и четырём культиваторам Сферы Бедствия.
Все они отливали золотом, каждая излучала неповторимый нрав и источала бескрайнее сияние.
Очевидно, в этих пяти фигурах таилась диковинная сила.
Увидев это, Ли Цин задумчиво прищурился.
Не задерживаясь надолго, он взметнулся и помчался вглубь дворца.
Он стремительно обыскивал внутренние покои.
Внутри дворца тоже имелись различные запреты, но все они оказались слабыми, и клон Ли Цина с лёгкостью сокрушил их.
В этот момент Ли Цин вовсю отыскивал место наподобие павильона священных писаний.
Вскоре он обнаружил свою цель – зал, затерянный в самом дальних глубинах.
Преграда пала под быстрым натиском, и, перешагнув порог хранилища писаний, он увидел ряды свитков и книг, уходившие вдаль.
Правда, по сравнению с бесчисленными традициями Девяти Земель, количество фолиантов уступало им в несчётное число раз.
Всего здесь насчитывалось лишь несколько десятков книжных стеллажей, а общее число томов едва ли превышало сто тысяч.
Ли Цин слегка нахмурился. — Похоже, этот клан демонов вовсе не утруждал себя записью истории.
— Сплошные особые заклинания, тайные техники да техники передачи наследия по крови.
Его мысли чуть качнулись, и духовное сознание, подобно весеннему ливню, раскинулось по всему помещению.
Он соприкасался духовным взором с каждым трактатом, и бесчисленные потоки информации хлынули в Нефритовую Плиту.
Весь процесс занял всего дюжину дыханий, и он уже полностью постиг все книги, хранившиеся здесь.
Увы, ничего полезного для себя он не обнаружил.
Тяжело вздохнув, он подумал:
— И впрямь, всё оказалось не так просто.
— Посмотрим-ка лучше на ресурсы клана демонов.
Не найдя искомого Первозданного Дхарма-образа, Ли Цин ничуть не упал духом.
Он исчез оттуда вспышкой и принялся обшаривать сокровища в родовом дворце клана демонов.
Подобно пылинке, он не оставлял после себя ни малейшего следа. Помимо защитных печатей, во дворце бродили некие подобия марионеток, но ни одно из них не было способно уловить его присутствие.
Даже смутные следы законов логики он обходил стороной, искусно уклоняясь от столкновений с подобными сущностями.
Вскоре он добрался до места, напоминавшего сокровищницу.
Взломав охранные барьеры с помощью множества ухищрений, перед его глазами предстало хранилище, чьи запасы были выметены подчистую на девять десятых.
Заметив это, Ли Цин сперва опешил, но тут же сообразил, в чём дело.
— Кажется, клан демонов и впрямь выложился по полной, выведя все материальные ресурсы за пределы обители.
Особенно это касалось камней ци: здесь он не обнаружил ни единого, всё было подчистую унесено.
Не колеблясь ни секунды, он взмахнул рукой и забрал остатки сокровищ.
Его рукав словно таил в себе целую вселенную – это была дивная техника <«>Карманный гротовый рай<»>.
Повернувшись, он покинул хранилище и направился обратно к выходу.
Скорость его возвращения не уступала скорости прибытия, он двигался без малейших сомнений.
Однако, стоило ему вернуться в главный зал дворца, как его взгляд упал на пять исполинских статуй.
Он внезапно зашагал медленнее, вглядываясь в центральное изваяние.
Эта статуя выглядела крайне причудливо!
На её плечах красовалось три головы: грубое мужское лицо, лик невероятной красоты девы и умиротворённое лицо седовласого старца.
Её туловище обладало тремя парами совершенно разных рук!
Одна пара походила на драконьи лапы, покрытые мелкой чёрной чешуей, вторая – на покрытые пухом звериные лапы, а третья – на птичьи лапы с жёлтой роговой кожей.
Эти три пары конечностей символизировали пернатых, зверей и чешуйчатых!
Нижняя же половина тела извивалась змеиным хвостом, но по бокам туловища топорщились бесчисленные странные ноги.
Эти ноги, казалось, были составлены из сотен различных живых существ, являя собой жуткий и диковинный образ.
Внимательно всматриваясь в неё, Ли Цин ощутил странную рябь в душе: в его сознании зарождался чей-то чужеродный облик.
Эта статуя источала глубочайшее и дивное таинство.
В его голове мелькнула догадка, и он решительно шагнул вперёд.
Коснувшись пальцами поверхности изваяния, он тотчас же почувствовал перемены в Нефритовой Плите.
Дхарма-образ внутри <«>Свода Всеобъемлющего Человеческого Пути<»> заволокло ещё более густой пеленой тумана.
На губах Ли Цина промелькнула улыбка:
— Вот оно что, так это и есть Первозданный Дхарма-образ!
— Сама техника, должно быть, и впрямь унесена, но эта статуя воплощает самого Императора Демонов Цаншэна, что взбаламутил небеса!
— Его облик и есть Первозданный Дхарма-образ, несущий в себе его Дао!
Ли Цин невольно порадовался:
— Какая удача, сама плывёт в руки!
Получив последнюю добычу, Ли Цин без колебаний покинул это место.
Тем временем в обители Пути Вечной Ночи другое воплощение Ли Цина уже давно затесалось среди местных.
У Пути Вечной Ночи тоже имелся собственный гротовый рай, куда он проник тайком.
Пространство внутри зияло пустотой, оставляя лишь безмолвные марионетки да защитные механизмы, сотканные из оставшихся законов.
Там царил непроглядный мрак, и во всём мире не мерцало ни единой искры света.
На земле залегла мертвая тишина, словно в обители вечной тьмы.
Во мраке то и бесшумно шныряли бесплотные чудовища, поджидая добычу.
Клон Ли Цина уже добрался до чертога в самом сердце гротового рая Пути Вечной Ночи.
Оказавшись на месте, он первым делом заметил гигантскую человекоподобную статую.
Вокруг неё теснилось ещё с десяток изваяний поменьше.
Бросив на них первый же взгляд, он обнаружил, что от шести статуй исходит странная аура, окутанная слоем посмертной скверны.
Взглянув на оставшиеся четыре изваяния, он мысленно всё понял.
— Похоже, этот Владыка Пути Вечной Ночи тоже пожрал шестерых культиваторов Сферы Бедствия!
— Оставив лишь четверых себе в услужение!