«Один отдельно взятый разум обладает силой лишь тысяч или сотен жизней, – как он может соперничать с мощью бесчисленных существ из мириадов миров?»
Вместе с потоками логической информации со всего материка Утун хлынула и вся его многовековая история.
Проходя сквозь «Искусство Перемен», эти данные устремлялись в Нефритовую Плиту бушующим потоком!
На самой же Нефритовой Плите возникали мириады исправленных сведений, которые вновь вливались в «Искусство Перемен», вытесняя и заменяя любые искаженные ложные данные.
Впрочем, логическая информация материка Утун изначально не подверглась искажению – это была подлинная, нетронутая реальность.
Ощутив, что логика мира свободна от изъянов, Ли Цин невольно улыбнулся уголкам рта.
— Похоже, сама логическая информация – это подлинное и совершенное бытие, — промелькнуло у него в голове.
— Значит, освободиться от зависимости перед Нефритовой Плитой можно уже сейчас!
Прежде у Ли Цина не было ни подходящей возможности, ни верного направления, и ему оставалось лишь шаг за шагом полагаться на Нефритовую Плиту.
Ее мощь была столь грандиозна, что она способна была обратить в чистую истину практически любое заблуждение, и от этого скрытого могущества в душе Ли Цина невольно закрадывался страх.
Но теперь он нашел отчетливый путь!
Опираясь на собственный Принцип Цивилизации и задействуя план Обожествления для улавливания мировой логики, он укреплял собственное видение – и это становилось незыблемым фундаментом.
К тому же сама логика не содержала ошибок или искажений, создавая идеальный замкнутый круг.
Завершение ритуала Обожествления позволяло Принципу Цивилизации впитать логические данные, те непрерывно росли и совершенствовались, после чего можно было приступать к Обожествлению нового мира, запутывая колесо бесконечного укрепления.
В этом непрерывном движении Нефритовая Плита больше не сможет довлеть над развитием Ли Цина – и в этом заключался его величайший трофей.
«До обретения долголетия все практики опираются на деяния и искусные методы, но после него остаются лишь пути, лишенные раз и навсегда заведенных догм!»
«Суть путей за гранью смертного часа сводится к тому, чтобы через самые разные подходы достраивать собственную логику».
«Конечно, в познании логики существуют кратчайшие тропы, но владеть ими под силу лишь существам высших порядков».
«Однако мой Принцип Цивилизации уже отыскал собственную дорогу, и те создания больше не смогут меня сдерживать!»
«Миры низших порядков – благодатная нива для совершенствования моего пути, и нельзя позволить высшему пространству легко поглотить их!»
«Шипы в теле высших миров должны вонзиться еще глубже, чтобы я мог следить за ними каждую секунду!»
«Раз они пытаются заманивать в ловушки и натравливать на нас сильных мира сего из низших пространств, я не позволю им завершить задуманное в кратчайшие сроки!»
«В грядущем противостоянии миров высшего и низшего порядков мне нужно лишь одно – без конца затягивать войну, меняя пространство на время!»
«Беспредельная вселенная необъятна и бесконечна; если они не сумеют увлечь за собой толпы сильнейших владык пространств и времени, их план космического Обожествления неминуемо увязнет в трясине бесконечных разрозненных сражений».
«Такая война может не утихнуть даже спустя сотню миллионов лет!»
«Я должен найти способ связаться со всеми владыками пространств и времени, чтобы сплотить их в мощный созюз!»
«Организовать всеобщую координацию по всей вселенной, ударить со всех четырех сторон и сойтись с ними в грандиозной схватке, пока я в тени буду методично подтачивать их малые миры – воплотить в космическом масштабе тактику окружения городов из деревень!»
В сознании Ли Цина пронеслись мириады замыслов, и в этой пелене мыслей он смутно ощутил очертания своего грядущего пути.
В этот миг он молча сосредоточил волю на метке между бровей.
Этот знак меж бровей служил истинным истоком логики всего материка Утун!
Опираясь на него, он мог напрямую влиять на законы мироздания.
И в тот же миг небеса и подземный мир претерпели разительные перемены!
В небесной выси одна за другой начали вырастать величественные чертоги, а следом за ними вспыхнули звезды, сотканные из чистой энергии логики!
Каждому небесному богу предстояло обитать в собственной звездной обители, черпая силу логики для мгновенного перемещения в любую точку мира.
Их главной задачей стало непрерывное урегулирование влияния логики на мир во избежание масштабных бедствий.
А также активное поглощение изначальной циркулирующей энергии для возвышения самой логики.
В Преисподней проступали очертания Десяти Дворцов Владык Ада, моста Найхэ, реки Хуанцюань, восемнадцати ярусов темниц и прочих строений.
Множество духов подземного мира заняли отведенные им места, принимая на себя ответственность за вверенные земли и поручения.
В этот миг мироздание обрело поразительную гармонию!
Мир наполнился живительной силой, и вся первородная циркулирующая энергия материка Утун внезапно растаяла!
По большей части эти потоки устремились по сетям небесного круговорота кармы прямо к богам, напрямую питая работу вселенской логики!
Сто восемь благословенных земель и священных гор принялись использовать жилы земных недр, чтобы собирать ту рассеянную ци, которая не была насильственно втянута в логическую сеть.
Это служило необходимым дополнением для всей системы, поскольку изначальная логика материка Утун не была безупречной, а значит, и сеть небесного круговорота неизбежно имела изъяны.
Используя искусство геомантии и знание земных жил, Ли Цин восполнил эти пробелы!
С той минуты никто на материке Утун уже не мог безнаказанно вытягивать ци извне, а это означало, что любые проявления свирепых аномалий и чудищ навсегда останутся в прошлом.
Человечество вступало в долгую эпоху мирного и масштабного процветания!
Отныне все люди сосредоточились на постижении боевых искусств крови и плоти, а также на духовном созерцании.
Каждому отныне дозволялось культивировать лишь ту энергию, что рождалась в его собственном теле и преобразовывалась из обычной пищи.
Сто школ философии из Палаты Мудрецов заняли семьдесят две благословенные земли и тридцать шесть священных гор, превратив их в оплоты своих учений!
Любой желающий мог отправиться туда в поисках знаний и приобщиться к чистым, неискаженным учениям.
Разумеется, для этого требовалось пройти суровые испытания, содержание которых неизменно перекликалось с философией той или иной школы.
Мудрость ста философов должна была разнестись по всему материку, пробуждая разум бесчисленных людей!
Наступала эпоха, когда каждый мог возвыситься подобно дракону: все административные рычаги переходили под начало Палаты Мудрецов, а каждый город обретал независимость.
Порядок в каждом отдельном селении поддерживался советом старейшин, состоявшим из последователей различных течений Палаты Мудрецов.
Искры философских споров разгорались по всему материку ярким пламенем.
В этих диспутах рождалось новое понимание, позволяющее тысячам людей выстроить собственные пути познания!
И те, кто достигал озарения, получали право держать дерзновение испытать себя у врат священных гор.
Стоило кому-либо преодолеть хотя бы одно испытание, как перед ним открывалась дорога к истинной культивации.
Правда, достигнув определенной ступени, практикующие в будущем были обязаны отправляться в небесные чертоги или подземный мир, где имелись ресурсы, достаточные для их дальнейшего роста.
В то же время им предстояло нести службу под началом небесных владык и подземных духов, своим трудом зарабатывая право на крупицы жизненной энергии.
Мир погружался в колею созидательного и благотворного развития, хотя поначалу Ли Цин намеревался строго контролировать общую численность практиков.
Она должна была строго соответствовать естественному ритму роста самого мира!
Все институты и ведомства были развернуты всего за полмесяца.
Впрочем, всё это было детально просчитано и спланировано заблаговременно!
Перед глазами предстал первый мир, полностью выстроенный руками Ли Цина!
И хотя этот мир не отличался великой силой, а среди семидесяти двух мудрецов лишь двое в ходе той давней войны прорвались на ступень Первородного Духа.
Все остальные по-прежнему оставались на уровне Божественной Души!
Но их заслуги уже были вписаны в историю мира, и их имена станут передавать из уст в уста сквозь поколения.
К настоящему моменту каждый из семидесяти двух мудрецов уже оставил после себя прямых наследников учений, которым предстояло нести их традиции дальше, тогда как сами они собрались в штаб-квартире Палаты Мудрецов.