Ли Цин слегка нахмурился и тяжело вздохнул.
…
С небес неспешно падали хлопья белого снега!
Наступила зима, и равнина Сотни Трав вместе со всем Южным Пограничьем укуталась в зимнее покрывало.
Всего за одну ночь земля побелела.
Зима близка, и от всего мира веет холодной безмятежностью.
Огромные армии четырех Сыновей Небесной Судьбы – Пань Чэнфэна, Ли Цинляня, Бай Усюэ и Ли Фэнсянь – уже показались на горных тропах, ведущих к равнине Сотни Трав.
Авангарды зачищали вершины от потенциальных угроз на путях предстоящего продвижения.
Ли Цинлянь выглядел сурово. Восседая на породистом скакуне, он лично командовал тридцатью тысячами подчиненных ему дао-воинов!
Еще двадцать тысяч оставались на пограничных заставах, а десяток тысяч рассредоточился по городам внутреннего кольца, формируя новые гарнизоны для обороны крепостей.
Все остальные силы он стянул сюда!
Пограничные гарнизоны также получили приказ и в любой момент были готовы покинуть рубежи, чтобы влиться в общее сражение.
В последнее время Ли Цинлянь занимал высокое положение, и в нем постепенно проснулась истинная властная аура!
Облаченный в роскошные доспехи, он слился своей жизненной силой с единым потоком армии.
Воинство пестрело фигурами старейшин и культиваторов Сферы Бедствия, рассеянных повсюду; сплетаясь воедино, их ауры окутывали войско непроницаемой пеленой.
Ли Цинлянь вновь и вновь мысленно прокручивал детали грядущего плана!
В его голове беспрестанно всплывали опасности, с которыми придется столкнуться в этой войне.
— Битва пяти армий. Первый шаг – полностью взбаламутить поле боя!
— В содействии с Сыном Судьбы из Врат Истинных Сокровищ мы явим миру девять ложных истин и заманим южные войска в ловушку!
— Небесные знамения сейчас перепутаны, и никто не способен разглядеть правду. К тому же культиваторы Сферы Бедствия развернули бесчисленные массивы, скрывающие истинное положение дел. Даже если на Юге найдутся мастера Сферy Бедствия, им не охчить картину целиком.
— Посмотрим, клюнете ли вы на этот спектакль!
В этот момент отряд авангарда под началом старейшины из школы Фа, насчитывающий тридцать тысяч воинов, достиг подступов к равнине Сотни Трав.
Командир этого войска держал в руках бумажный веер и выглядел сущим ученым мужем!
Тонкие усики обрамляли его губы, а правильные черты лица придавали ему совершенно особую утонченность.
То был сам предок школы военных стратегов, известный как Господин Чжоу Тянь!
Бросив беглый взгляд на равнину, он погрузился в раздумья.
— Местность как на ладони, здесь нет ни единого естественного укрытия!
— Придется полагаться лишь на воинские строя и расставленные массивы.
Приняв решение, он незамедлительно отдал приказы.
Взойдя на помог для смотра войск, он обвел взглядом командиров:
— Слушайте мой приказ! Возведите алтари и укрепления по этой схеме, завершите все работы и ждите подхода основных сил!
— Есть! — Командиры тут же разобрали чертежи и во главе солдат двинулись вглубь равнины.
Авангард из трех тысяч человек немедленно приступил к методичному наступлению!
Они споро возводили один алтарь за другим, связывая их воедино тонкими узорами массивов.
Вокруг каждого алтаря вырастал небольшой укрепленный лагерь, образуя причудливую сеть оборонительных точек.
В мгновение ока сеть алтарей раскинулась на десять ли в округе, составив ровно сто восемь опорных пунктов.
Господин Чжоу Тянь восседал на смотровой платформе, наблюдая, как вернувшиеся командиры докладывают о завершении работ.
Убедившись, что все на местах, он нахмурился.
В его ладони возникло сгусткое сияние, внутри которого мерцали крошечные флажки формаций.
В следующее мгновение он взмахнул рукой!
Флажки сорвались с места и в тот же миг вонзились в вершины ста восьми алтарей!
На смотровой платформе взметнулось огромное черное знамя.
Полотнище покрылось мириадами рун, изображавших клубящиеся облака.
Тотчас же из алтарей хлынули густые клубы белого тумана.
Неисчерпаемая энергия небес и земли словно обрела точку опоры, бешено устремляясь к ста восьми узлам формации.
Плотная пелена покатилась во все стороны, в два счета скрыв пространство в радиусе двадцати ли.
…
За пределами пограничных застав Южного Пограничья!
Четыре великих демона Сферы Бедствия собрались здесь вместе!
Взгляд Бога-Демона Таоте горел пронзительным огнем, словно пробивая толщу пространства и времени вплоть до окутанного туманом массива.
Он слегка нахмурился:
— Похоже, равнина Сотни Трав и впрямь станет местом решающей битвы!
— Туманная завеса – они явно хотят скрыть от нас свою истинную силу!
— В этой схватке мы можем лишь руководить из тыла и не смеем вмешиваться лично, так что следует соблюдать крайнюю осторожность.
Остальные три демона согласно кивнули!
Каждый из них принял человеческий облик.
Бог-Демон Таоте выглядел тощим, иссохшим стариком, напоминающим вечно голодного призрака с печатью истощения на лице.
Демон-Дракон Сяньлун облачился в пурпурно-золотые доспехи; он производил впечатление крепкого сорокалетнего мужчины с суровым лицом и густыми бровями, а из его головы торчали два черных драконьих рога, источавших зловещую ауру.
Демон Цинцю носила белоснежные шелковые одежды; ее кожа напоминала топленое молоко, лицо сияло белизной нефти, меж бровей алела таинственная отметина, а неземная красота источала магнетизм, способный свести с ума любого, кто бросит на нее хотя бы один взгляд.
Демон Ваньму казался обычным мужчиной средних лет, но облачен был в странные черные одежды, сплошь покрытые узорами в виде глаз; его узкое хищное лицо украшали сразу четыре глаза.
Собравшись вместе, четверо владык чувствовали: грядущая битва решит судьбу всех южных земель.
Атмосфера накалилась до предела, отступать было некуда.
Голос демона Цинцю прозвучал глухо и весомо:
— Если люди объединятся под чьим-то началом, численность их дао-воинов намного превзойдет силы Юга.
— Мы должны обрушиться на них молниеносным ударом, когда они истощат друг друга в финальной схватке!
— При первой возможности стоит поддержать слабую сторону, чтобы уничтожить сильную.
— Так проще всего добиться окончательной победы.
— В противном случае будем стравливать их дальше, удерживая хрупкий баланс в затяжной войне на истощение.
— Если же они решат объединиться против нас, мы немедленно отступим и не попадемся в их ловушку, сохранив инициативу в своих руках!
На прекрасном лице демона Цинцю мелькнула ледяная усмешка, а в глазах промелькнули контуры сложных замыслов.
Лисы издавна славились хитростью среди всех живых существ.
А уж Девятимохвая Лисица Цинцю и вовсе превосходила всех прочих в коварстве.
Остальные молча согласились:
— Цинцю права, нам достаточно удерживать инициативу.
— Действуем по обстановке, не увязая в мясорубке!
Владыки демонов неотрывно следили за равниной Сотни Трав, пуская в ход различные техники наблюдения.
К этому моменту передовые отряды всех четырех Сыновей Судьбы уже прибыли на место и вовсю возводили военные лагеря и строительные формации.
Почти все избрали одну и ту же тактику: вызвали густые туманы, превратив равнину в слепое белое марево, где нельзя было разглядеть даже собственных пальцев.