Перед ним раскинулся донельзя странный мир.
Место походило на пещеру, всю усеянную причудливыми бугорками.
Эти разноцветные наросты переливались всеми цветами радуги, и казалось, будто внутри каждого что-то тревожно мерцает.
Ли Цин бесшумно парил в воздухе, настороженно оглядывая эти пузыри, интуитивно чувствуя исходившую от них скрытую угрозу.
Безмолвно активировалось «Искусство Перемен», и Ли Цин принялся проверять, принадлежат ли данная зона и Девять Областей Четырех Земель единому пространственно-временному континууму.
Его взор заглянул в самую Реку Времени, и вскоре перед ним предстала картина.
На его лице мелькнуло удивление: он по-прежнему находился в Девяти Областях Четырех Земель.
Вот только эти Девять Областей Четырех Земель являлись лишь одной из бесчисленных будущих ветвей Реки Времени.
Иными словами, перед ним лежало грядущее, а сам он незримо перенесся в будущие Девять Областей Четырех Земель.
Правда, это будущее было иллюзорным и существовало лишь в потоке времени.
Ли Цин внезапно всё понял – неудивительно, что от увиденных им странных пузырей веяло такой призрачной нереальностью.
Это место представляло собой нечто среднее между иллюзией и реальностью будущего – то, что могло как возникнуть в любой момент, так и разрушиться в мгновение ока.
В следующее же мгновение произошло нечто ужасное.
Окружающее пространство стремительно рушилось, и Божественное Тело тут же погрузилось во тьму, погибая вместе с уничтожением этого мира.
Ли Цин в реальном мире нахмурился. — Какая мощь. Похоже, это пространственно-временная проекция, чей срок существования крайне мал.
В его руке появился Светоч Божества, и вспыхнувшее мгновенное сияние породило новое Божественное Тело.
Следом двойник обратился в полосу света, исчезнув на прежнем месте и вновь устремляясь к Песчаной Области.
Предыдущее Божественное Тело полностью растворилось временной проекции, и даже Сила Желания не смогла пережить гибель этой иллюзорной реальности.
Не прошло и нескольких часов, как Божественное Тело вновь вернулось на ту же точку.
Снова облачившись в Одеяние, Скрывающее Небеса, и Шляпу Непомнящих, он продолжил поиски безопасного убежища, способного продержаться долгое время.
Минута за минутой утекали сквозь пальцы, и с этого момента Божественное Тело Ли Цина разрушалось и возрождалось вновь и вновь.
Шаг за шагом он обследовал уже несколько десятков различных зон.
Парень выяснил, что примерно в восьмидесяти процентах случаев удается попасть именно в такие временные проекции.
Существование подобных мест строго ограничено во времени, и спустя считанные мгновения они неизбежно обращаются в прах.
Лишь малая часть обнаруженных участков располагалась на светлой и темной сторонах, где попадание туда означало бы отход от эпицентра бедствия и добровольное уклонение от катаклизма!
Но поскольку его целью было прохождение через испытание бедствием, выбор подобных убедировых уголков отпадал сам собой.
Ощущая легкую досаду, Ли Цин был вынужден продолжить поиски подходящего укрытия.
Петляя и кружа, он опустился на глубину в пятьдесят чжанов под землю.
Внезапно он замер: перед его взором снова предстала пещера.
Она выглядела весьма необычно, ведь вход преграждал тончайший слой черной пленки, напоминавший мерцающее сияние.
Глядя на этот проход, Ли Цин испытал странное предчувствие.
Бумажная Марионекта Тысячи Теней, стоящая у самого входа, уже резонировала с ним, однако внутреннее пространство, судя по всему, относилось к совершенно иному измерению.
Продолжая мысленно вести марионетку вперед, он заметил, что по мере углубления связь с ней слабеет.
Пройдя примерно десять чжанов, контакт с марионеткой ослаб до предела.
Проход подошел к концу, и бумажная копия увидела то, что скрывалось в самой глубине.
Перед ней раскинулся бескрайний, уходящий за горизонт мир: гряды величественных гор, бесчисленные холмы и ночное небо, усыпанное звездами, над погруженной во тьму землей.
Увидев этот небесный свод, Марионетка Тысячи Теней испытала неподдельный шок.
Ибо от каждого мерцающего светила исходила устрашающая, вселяющая ужас мощь.
Стоило окинуть взглядом окрестности, как становилось понятно: на каждой горной вершине таится нечто чудовищное.
Казалось, этот мир кишел опаснейшими созданиями.
Стоило марионетке сделать один шаг вперед, как ее тут же окутало невидимое таинственное поле.
То была сила логики, и кукла ощутила ее воздействие с первой же секунды появления.
Ее способность превращаться в тень полностью исчезла, плоть стала невыносимо тяжелой, и она обратилась в совершенно иное существо.
Под воздействием этой логической силы марионетка утратила возможность управлять тенями и была вынуждена передвигаться на собственных двоих, словно обычный смертный.
Стоя у входа в пещеру и не делая лишних движений, Ли Цин ощущал все изменения, происходящие с куклой, и погрузился в глубокие раздумья.
— Довольно странно. Похоже, всё, что проникает в этот мир, неизбежно превращается в заурядных смертных.
Божественное Тело ступило в темный туннель, уловив знакомое дыхание города Люша и едва заметные колебания пространства и времени.
Продвигаясь шаг за шагом, он чувствовал, как неумолимо отдаляется от Девяти Областей Четырех Земель.
Наконец он достиг выхода из пещеры.
Не колеблясь ни секунды, он шагнул вперед, и на него вновь пала невидимая печать логики.
В следующее мгновение Божественное Тело с удивлением обнаружило, что под влиянием этой силы его плоть стала совершенно обычной.
Любые заклинания, требующие выхода энергии наружу, полностью утратили свою эффективность.
В его распоряжении осталась лишь грубая физическая сила человеческого тела.
Правда, техники телесного закаливания вроде «Непобедимого Тела Человеческого Пути» по-прежнему функционировали.
Однако заклинания, завязанные на ауру бедствий, были заблокированы.
— Иными словами, выживать и сражаться в этих краях можно исключительно с помощью физической силы.
Пока он размышлял об этом, вдали неожиданно разыгралась битва.
Два гигантских создания одновременно взмыли ввысь с двух соседних вершин.
Одно из них представляло собой исполинскую гуманоидную фигуру, чье тело было сплошь покрыто чужеродными конечностями: человеческими руками и лапами зверей, слепленными воедино в жуткого монстра.
Вторым чудовищем оказалась гигантская паукоподобная тварь в панцире, но с человеческой головой на плечах.
Они яростно набросились друг на друга, сходясь в ближнем бою. Удары сыпались со страшной силой, брызги крови и куски плоти разлетались во все стороны между вершинами гор.
Схватка продлилась недолго – всего дюжину вдохов.
Из-за разницы в габаритах паукообразный монстр был буквально разорван гуманоидным чудовищем на куски.
В центре туловища человекоподобного существа медленно раскрылась пасть, обнажая ряды острых зубов и длинные тонкие языки.
Все разорванные остатки поверженного врага тут же были втянуты внутрь и безжалостно сожраны.
Две горы плоти расправились друг с другом в считанные мгновения.
Ли Цин, наблюдавший за этой сценой, лишился дар речи.
В этот же миг на него обрушилось ощущение смертельной опасности – чей-то злобный взгляд уставился прямо на него.
Нахмурившись, Ли Цин резко отступил назад и мгновенно растворился в воздухе.
Стоило ему исчезнуть, как тень размером с человека с невероятной силой врезалась в самый проход.
Однако невидимый барьер на входе заблокировал удар, не позволяя чудовищу прорваться внутрь пещеры.