Он хотел посмотреть, докуда именно Святой Хаожань собирался дойти в переговорах с ним!
Тем временем облавы основных судеб на вторгшихся чудовищ подходили к своему завершению.
Битва Обожествления в рамках Плана Шести Путей тоже должна была начаться заново!
Новый конфликт уже вовсю назревал!
Божественное тело – его копия, бесшумно достигло академии Сяся.
В этот раз двойник не взял с собой ни дубликат Одеяния, Скрывающего Небеса, ни Шляпу, Которую Нельзя Запомнить, – это делалось для того, чтобы избежать утечки лишней информации.
Ли Цин ступил на территорию академии Сяся, и в тот же миг его присутствие было обнаружено.
В Тяньжаньцзюе академии Сяся.
Силуэт Святого Хаожаня восседал на почетном месте, а Учитель расположился на ступень ниже!
Оба хранили безмятежное выражение лиц, будто чего-то ожидая.
Брови Святого Хаожаня едва заметно дрогнули, а на губах проступила легкая улыбка.
— Явился.
Учитель тоже открыл глаза, и в его взгляде клубилась тяжелая сосредоточенность.
Ли Цин вершил одно великое дело за другим, и об этих событиях он, разумеется, знал – от первоначального неверия до нынешнего молчания.
Ему оставалось лишь восхищаться масштабом способностей Ли Цина.
Кто бы мог подумать, что в столь слабые годы тот уже замышлял столь грандиозные интриги?
Фигура превосходила любые его представления, и за всю историю, пожалуй, равных ей не сыскалось бы.
Копия Ли Цина проскользнула внутрь без единого звука!
Этот двойник прошел через специальную обработку, его сила была донельзя слабой, почти неуловимой.
Так он защищался на случай, если Святой Хаожань внезапно предпримет атаку, пытаясь вычленить из этой оболочки истинную ауру и саму суть Ли Цина.
Переступив порог Тяньжаньцзюя, Ли Цин слегка поклонился Учителю, сложив руки:
— Учитель!
Учитель окинул его взглядом, в котором читалась сложная гамма чувств:
— Присаживайся.
Ли Цин кивнул, занял место и спокойно устремил взор на Святого Хаожаня.
— Ваша светлость Святой Хаожань, это наша первая официальная встреча.
— Похоже, ты уже сделал свой выбор.
В глазах Святого Хаожаня промелькнул испытующий огонек, пока он молча разглядывал собеседника.
Казалось, он пытался разглядеть что-то сокрытое под этой личиной.
Но Ли Цин производил совершенно особенное впечатление!
Святой видел, что физическая оболочка гостя соткана лишь из силы проекции, однако сама суть этого воплощения крылась в силе, близкой к базовой логике мироздания.
В его глазах невольно мелькнуло выражение глубокой серьезности:
— Окрас техники на уровне базовой логики.
— Вот оно что, теперь понятно, почему тебе удавалось раз за разом ускользать от наших глаз.
— Все твои заклинания пропитаны базовой логикой, а это вещи нашего уровня.
— Скорее всего, дело в том сокровище, что находится у тебя в руках, – в сплаве сотен учений.
— Ты собрал мириады искусств, техник и практик, а затем сплавил их воедино так, что итоговый результат поднялся до уровня базовой логики!
— Должно быть, все твои техники, заклинания и системы сил уже достигли этой ступени.
— Воистину непостижимое сокровище, трудно представить, что способно сотворить подобное.
Всего за мгновение наблюдения Святой Хаожань, судя по всему, раскусил многое.
Вес Ли Цина в его глазах мгновенно взлетел до небес – он уже видел перед собой будущего Бессмертного, что неумолимо восходит к вершинам.
Более того, он осознал, что постижение Изначального Дхарма-образа для нынешнего Ли Цина уже не представляет никакой сложности.
Сбор всех Изначальных Дхарма-образов был нужен противнику лишь для того, чтобы события развивались глаже.
Чтобы вылепить еще более совершенный Изначальный Дхарма-образ!
Ли Цин к тому моменту уже собрал Изначальные Дхарма-образы пяти главных течений: Пути Демонов, Буддизма, Конфуцианства, секты Беспредельности и Пути Призраков!
Фактически он уже обладал правом бросить вызов Изначальному Дхарма-образу.
Но ему хотелось большего совершенства – он жаждал собрать их все, чтобы постичь свой собственный, непревзойденный образ.
Услышав слова Святого Хаожаня, Ли Цин лишь негромко усмехнулся.
— Ты ведь позвал меня сюда не затем, чтобы озвучивать эти очевидные вещи.
— Давай-ка ближе к делу!
Святой Хаожань одарил его долгим тяжелым взглядом:
— Разумеется.
— Я позвал тебя, чтобы предложить союз.
— В этом мире все еще слишком много Бессмертных.
— В грядущей войне я выступлю в роли лазутчика, создавая возможности для того, чтобы ты расставлял ловушки.
— И мы уничтожим их поодиночке.
— В конце концов, в битве Обожествления Шести Путей и при создании Небесного круговорота сансары останемся только мы вдвоем.
— Каково твое мнение?
Ли Цин мягко улыбнулся:
— Я более чем согласен.
— Чудовища, демоны и три доосские школы – все они порабощают человеческий род.
— Каждый из них подлежит зачистке.
— Сто школ прошлого передали цивилизацию и создали институты власти, и хотя прежде их основы были осквернены, будущее поддается исправлению.
— Я способен донести до мира истинное, верное учение Ста школ, включая конфуцианский путь!
— Дабы в грядущем навести порядок из хаоса и позволить Девяти Областям Четырех Земель воссоздать подлинную цивилизацию Человеческого Пути!
— Учения Ста школ и конфуцианство обретут способность к бесконечному распространению в будущем, став истинным мейнстримом этого мира.
— И даже мейнстримом всего пространства низших измерений!
Беззвучно Ли Цин сбросил глубоководную бомбу!
В его словах таились удивительные тайны.
Услышав это, Святой Хаожань внезапно внутренне подобрался!
Он бросил на Ли Цина пронзительный взгляд:
— Тебе ведомо пространство низших измерений?
— Разумеется, я знаю не только о низших измерениях, но и о высших.
— В низших измерениях раскинулись бесчисленные миры, но Девять Областей Четырех Земель среди них – самые особенные, ибо здесь присутствуют столь высокие сущности, как Небо и Небесная Печать.
— И то, и другое способно властвовать над целыми уголками высших миров!
Сердце Святого Хаожаня екнуло – информация, просочившаяся от Ли Цина, заставила его вздрогнуть.
Некоторые вещи оставались недоступными даже для их расследований.
Будучи владыками этого мира, как они могли не заметить троп, ведущих в высшие сферы?
Однако сколько бы раз они ни пробовали отправлять туда свои проекции или разведчиков, те неизбежно теряли связь вскоре после проникновения в высшее пространство.
По этой причине им так и не удалось раздобыть сколь-нибудь полезных сведений.
Единственное, что им было известно – это ужас высших измерений!
Это было место, куда не могли проникнуть даже освоенные им законы базовой логики.
Он не единожды пытался силой продавить барьер в высший мир с помощью своей базовой логики.
Но неизменно получал в ответ рождение еще более чудовищной логики на той стороне, которая в пух и прах сокрушала его собственные выплеснутые построения.
Тогда-то он и понял, что перед лицом логики еще более высокого порядка базовая логика хрупка, словно яичная скорлупа.
И с тех пор он окончательно оставил мысли о проникновении в высшие миры!
Откуда ему было знать, через какие невероятные усилия пришлось пройти самому Ли Цину, сковавшему себя бесчисленными барьерами лишь ради того, чтобы с грехом пополам протиснуться наверх.
В глазах Святого Хаожаня отражалась рябь бесчисленных воспоминаний и эмоций.
— Чего ты хочешь за метод распространения цивилизации?
Святой Хаожань, разумеется, уловил истинный смысл слов собеседника.
У этого человека нашелся способ позволить его учению и культуре прорасти в мирах низших измерений, но за это придется заплатить соответствующую цену!
Уголки губ Ли Цина тронула едва заметная улыбка:
— Сперва я задам несколько вопросов, ответь на них, а потом продолжим разговор.