В момент столкновения Принципа Цивилизации с силой противника Ли Цин уже принялся молча изучать самую суть этой энергии.
Сам Принцип Цивилизации тоже стремительно менялся, отыскивая бреши в чужой доктрине.
Оппонент призвал соответствующее Дао лишь с помощью тончайшего следа духовной печати, так что уровень логики, который удавалось воплотить, имел свои пределы и мог дотягиваться разве что до мощи самого Древа Долголетия.
Обе силы яростно сталкивались, но Мэн Тайцин вскоре с изумлением заметил, что его Дао подвергается методичному разбору.
Струившееся от противника иллюзорное сияние проникало повсюду и преображалось от каждого соприкосновения.
Прошло всего несколько мгновений, а его доктрина уже начала сдавать позиции.
Чужая энергия трансформировалась, подстраиваясь так, чтобы подавлять именно его законы.
Эта способность казалась до того жуткой, что у него невольно шевельнулись волосы на затылке.
— Что это за прием?!
Мэн Тайцин состоял в Сфере Бедствия, повидал многое и разбирался в мироустройстве куда лучше большинства.
Однако подобного Дао он еще не встречал – чтобы доктрина способна была на лету развиваться и взламывать чужие основы.
К тому же все происходило с пугающей, леденящей душу быстротой.
Глубоко выдохнув застоявшийся воздух, он нахмурился, погружаясь в раздумья.
— Кто ты такой?! — В эту минуту он уже пытался задействовать тайные методы, чтобы связаться с собственным истинным телом, находящимся в другом месте.
К его удивлению, весточка не проходила: неведомая таинственная сила наглухо перекрыла все внешние пути.
Эта преграда умудрялась глушить даже те сигналы, что исходили прямо из глубин его разума.
С подобным столкновением он тоже сталкивался впервые, отчетливо ощущая тяжесть надвигающейся угрозы.
В его глазах мелькнул холодный блеск, когда он посмотрел на Ли Цина.
— Уважаемый, мы прежде не знали ни вражды, ни обид.
— Зачем ты явился отбирать мое сокровище?
— Если ты сейчас уйдешь, мы сможем разойтись мирно.
— В противном случае, забери ты эту вещь, мое истинное тело все равно отыщет тебя, и тогда тебе гарантирована участь много хуже смерти.
Мэн Тайцин говорил неторопливо и ровно, до самого конца сохраняя абсолютное спокойствие, словно все происходило по его воле.
Подобная выдержка дорогого стоила: даже понимая, что близок к поражению, он не выказал ни капли гнева.
Услышав это, Ли Цин легко улыбнулся:
— У меня свои цели на это сокровище.
— Не беспокойся, твоему истинному телу меня не отыскать.
Едва слова затихли, как в Принципе Цивилизации забрезжил мрачноватый свет.
Обладая предельным ускорением, этот луч бесшумно рухнул вниз, лазурная река рассыпалась на мельчайшие куски, и в глазах Мэн Тайцина проступила тяжелая озабоченность.
Опасался он вовсе не самого неприятеля, а его способности развалить на части реку, порожденную собственным Дао.
Пусть это была лишь толика его истинного учения, подобное мастерство наглядно показывало всю страшную силу противника.
Сумей тот задействовать мощь равного с ним ранга, он вполне мог бы полностью разрушить чужое Дао.
А разрушение доктрины означало неминуемый крах без единого шанса на победу.
Бросив долгий взгляд на сияние, готовое обрушиться окончательно, и на стоящего внутри него Ли Цина…
Мэн Тайцин промолвил ровным голосом:
— Мы еще встретимся.
В следующий миг его облик беззвучно обратился в пыль, не оставив после себя ничего.
Причина была проста: Мэн Тайцин не желал позволить неприятелю выудить из оставленного следа тайны его прошлого.
Прошлое любого практика таит в себе сокровенные секреты, по которым можно отыскать фатальные уязвимости.
Именно поэтому сильные мира сего редко оставляют где попало духовные следы, а если и оставляют, то заложенная в них информация строго ограничена и никоим образом не может навредить настоящему телу.
Стоит признать, решение Мэн Тайцина оказалось верным.
В следующий миг энергия Ли Цина окончательно поглотила духовное тело Древа Долголетия.
Там всё еще царило полубессознательное состояние, управляемое одними лишь первобытными инстинктами.
Пытаясь дать отпор проникающему Принципу Цивилизации, древо вспыхнуло зеленоватым пламенем, но это не принесло никакого результата.
Буквально за мгновение чужие законы просочились во все потаенные уголки растения.
Одновременно с этим бесшумно развернулся Поток Цивилизаций Десяти Тысяч Миров, оставив внутри духовной сущности дерева нестираемую печать.
Вся полнота власти над Древом Долголетия перешла к Ли Цину.
Вместе с тем, по корневой системе дерева его энергия стремительно хлынула в Гротовый рай Долголетия.
Буквально сразу же в самом гротовом пространстве начались едва уловимые перемены: сияние потока цивилизации пропитало каждый его дюйм.
Следом за этим внутренняя структура тайного пространства стала перестраиваться.
Одна за другой проступали скрытые жилы, границы гротового мира и внешняя оболочка стремительно рушились, бесчисленные груды костей обращались в ничто, возвращая пространство в изначальное, естественное состояние.
Самая граница грота представляла собой переплетение бесчисленных толстых корней, образовавших гигантский шар, в самом сердце которого покоилось Древо Долголетия.
Теперь по этим корням разливалось сияние Принципа Цивилизации, коренным образом меняя их внутреннее устройство.
Ли Цин незамедлительно вплел в защитный контур внешнего периметра грота крупную формацию.
Она звалась <«Искусство Перемен Пространства и Времени»>!
Ее назначение заключалось в том, чтобы порождать мощнейшие пространственно-временные возмущения и увлечь гротовый мир за собой, разрывая ткань пространства.
Юноша в лазурных одеждах неспешно плыл по течению реки.
Внезапно взгляд его холодно сверкнул, обратившись в сторону Академии Цяньсюэ.
— В чем дело? Почему след в Гротовом раю Долголетия больше не отзывается?
В глазах промелькнуло недоумение, смешанное с тревогой.
Спустя миг он шагнул вперед, и само пространство перед ним искривилось, словно под воздействием небывалой силы.
Прямо в воздухе материализовался проход, куда он бесшумно шагнул.
…
В это же время в районе Дворца Подавления Демонов отчетливо качнулись пространственные волны.
Учитель в Академии Цяньсюэ резко открыл глаза, со смешанным чувством тяжести устремив взор на Дворец.
В его глазах заискрилось таинственное свечение, и в следующий миг привычный мир словно разложился на сплетение тонких нитей, обнажив зияющую пустоту там, где еще мгновение назад располагался Дворец Подавления Демонов.
— Куда делся гротовый мир Дворца Подавления Демонов? — На лице Учителя отразилось изумление, он совершенно не понимал сути произошедшего.
Глубоко вздохнув, он ощутил нарастающую тревогу.
И в тот же миг из ниоткуда накатила колоссальная пространственная рябь.
Учитель нахмурился, вглядываясь в того, кто появился перед ним.
Фигура юноши в лазурном халате предстала перед его взором.
Стоило Учителю взглянуть на него, как его зрачки сузились: он сумел разглядеть истинную природу гостя.
Под покровом ауры Сферы Долголетия таилась куда более страшная мощь.
— Практик, прошедший через круговорот перерождений! — В его глазах застыла тяжесть, он выпустил из груди застоявшийся воздух.
Мэн Тайцин перевел взгляд на Учителя:
— Учитель, ведомо ли тебе, что стряслось с гротовым миром во Дворце Подавления Демонов? — Учитель слегка покачал головой:
— Понятия не имею, что там стряслось.
— Только что прошел странный пространственный толчок, а следом во Дворце всё переменилось.