Вся комната погрузилась в густой темно-зеленый свет.
В языках пламени проступил призрачный силуэт, облаченный не то в чиновничье платье, не то в старинный халат.
Устремив взгляд на Ли Цина, он издал низкий, зловещий голос.
— Ученый… ученый…
— Я – божество желаний…
— Мы можем заключить сделку, стоит тебе лишь пожертвовать своей совестью.
— И тогда ты получишь всё, чего пожелает твое сердце!
— Даже вечная молодость станет тебе подвластна.
Этот глухой голос, казалось, обладал собственной волей и гипнотическим очарованием, проникая прямо в слух Ли Цина.
Глубоко в душе зародилось противное зудящее чувство, заставляющее его пойти на сделку с этой жуткой призрачной фигурой.
Иллюзорный призрак обладал заостренным крысиным лицом с тонкими усиками на подбородке, что придавало ему крайне плутоватый вид!
Его треугольные глаза, полыхавшие зеленоватым огнем, жадно и с надеждой уставились на Ли Цина.
Ли Цин молча смотрел на него, и в его глазах промелькнуло странное выражение.
— Довольно необычно: два совершенно разных монстра.
— Этот, по крайней мере, кажется весьма смышленым.
Погрузившись в эксцентричные размышления, Ли Цин не стал отвечать, сохраняя полное молчание.
Он отчетливо помнил слова трактирщика о том, что по ночам лучше не произносить ни звука.
За этим предостережением определенно скрывалась какая-то важная причинно-следственная связь.
Заметив, что Ли Цин упорно молчит, зловещая фигура в зеленом пламени заговорила еще более усердно, сыпля словами без умолку.
Обладающий чарующей силой голос продолжал сверлить его барабанные перепонки.
Таинственная энергия волнами расходилась по душе Ли Цина, пытаясь принудить его к ответу.
Но он с предельной осторожностью держал себя в руках и в конце концов так и не проронил ни слова.
Время шло, призрачное пламя медленно угасло, и комната вновь обрела привычные краски.
В глазах Ли Цина застыла глубокая задумчивость, и он шумно выдохнул скопившийся в груди воздух.
— Местные монстры довольно странные. По идее, подобные смены различных порождений ночи происходить не должны.
Его истинное тело уже достало из закромов учетный журнал и принялось фиксировать наблюдения.
Старая запись:
«Постоялый двор в заброшенной деревне.»
«В этом зловещем трактире объявились сразу две разные твари».
«Одна – женщина с длинной шеей, вторая – божество желаний, явившееся в зеленом огне».
«Обе они так и норовят заставить меня ответить, и наверняка после ответа случится нечто скверное».
«Похоже, этот постоялый двор устроен иначе, чем прочие логические аномалии: здесь одновременно уживается множество различных чудовищ».
«И на то должна быть особая причина».
Новая запись:
«Истина о постоялом дворе в заброшенной деревне.»
«Все аномалии на постоялом дворе порождены единым логическим узлом».
«Когда-то жил да был ученый по имени Пу Гунлин; он вложил все свои душевные силы в написание сборника странных историй».
«Эта книга воплощала чаяния всей его жизни, он мечтал прогреметь на весь мир благодаря своему творению».
«Увы, в день окончания рукописи его жизненные силы иссякли, и он испустил дух прямо на этом постоялом дворе».
«Его обида и горечь вросли в ту проклятую книгу!»
«Призрачный фолиант впитал колоссальное количество разлитой в пустоте сущности и под влиянием ярости автора трансформировался в артефакт логического уровня».
«Сила этого артефакта исказила пространство всего постоялого двора».
«В конце концов все постояльцы погибли от лап порожденных книгой монстров».
«Лишь трактирщик благодаря случайности уцелел, превратившись в часть самой аномалии, однако ему удалось сохранить частичку человечности».
«Именно поэтому он предупреждает каждого путника, переступившего порог его заведения: после наступления темноты нельзя произносить ни слова».
«Все жуткие истории начинаются лишь тогда, когда жертвы вступают в диалог с чудовищами».
«Если же не отвечать им, появляется шанс пережить эту ночь в безопасности».
Осознав суть происходящего, Ли Цин наконец сложил все кусочки головоломки и постиг все тайны этого проклятого места.
— Вот где собака зарыта!
— Что ж, тогда всё становится намного проще!
Свет мысли блеснул в его глазах – он уже придумал, как переломить ситуацию.
Поднявшись с места, Ли Цин распахнул дверь, за которой обнаружился темный коридор!
Ныне этот коридор занесло толстым слоем ледяной изморози, температура упала ниже нуля, словно они оказались в другом измерении.
Окинув взглядом окрестности, он насчитал на этом этаже четыре комнаты и направился к двери напротив своей.
Положив лаплас на массивную дверь, он с силой толкнул ее:
— Скрип!
Преграда легко подалась, и внутри обнаружилась чья-то фигура; услышав звук открывающейся двери, она медленно повернула голову.
Голова провернулась ровно на сто восемьдесят градусов, а на перекошенном лице застыла уродливая ухмылка:
— Ты что-то хотел от меня?
Мягкий голос тем не менее источал жуткий, пробирающий до костей холод.
Ли Цин вгляделся: уголки рта незнакомца непрерывно кровоточили, лицо стремительно тлело и разлагалось, а глазницы превратились в сухие, пустые провалы.
Ли Цин молча затворил дверь, из-за которой тут же донесся жуткий зловещий смех.
— Ха-ха-ха… ха-ха-ха… ха-ха-ха-ха-ха!
Звук оказался настолько леденящим душу, что раскатился эхом по всему трактиру.
Преследовать его никто не стал, и Ли Цин перевел взгляд на оставшиеся две двери.
Сделав несколько шагов, он толкнул вторую дверь.
Увиденное внутри заставило его невольно втянуть воздух сквозь зубы.
Это место больше походило на бойню: подвешенные к балкам окровавленные тела были безжалостно вспороты.
Крупный, мускулистый мужчина с тесаком в руке неподвижно стоял посреди темной комнаты.
В этот момент он медленно повернул голову – его лицу недоставало человеческих черт, глаза, уши, нос и рот слились в единое месиво.
Бросив на Ли Цина безумный взгляд, он внезапно взмахнул тесаком и бросился в атаку.
— Убить… убить…
Скрипучий, искаженный голос заполнил пространство!
…
Бац.
Ли Цин молниеносно захлопнул дверь!
Хлюп.
Окрашенный кровью клинок пронзил дерево всего в дюйме от носа Ли Цина.
В следующее мгновение окровавленный нож резко выдернули обратно, и в образовавшуюся щель тут же уставился безумный глаз.
Ли Цин молча отступил назад: он уже понял, что стоит закрыть дверь, как эти твари оказываются не в силах выбраться наружу.
Тогда он толкнул третью дверь – за ней царила кромешная тьма и пустота, однако с потолка этой просторной комнаты свисала одинокая петля.
Взглянув на веревку, Ли Цин сразу смекнул, в чем тут подвох. Не став испытывать судьбу, он благоразумно захлопнул дверь, а в его глазах промелькнуло недоумение.
Судя по всему, Пу Гунлина не оказалось ни в одной из этих четырех комнат.
Поразмыслив немного, он спустился на нижний этаж: в глубокой ночи на первом этаже постоялого двора не было ни души.
Среди гробовой тишины лишь одинокий фонарь покачивался над входной дверью.
При тусклом свете Ли Цин окинул взглядом окружение!
Сразу за лестницей тянулся коридор, по левую руку располагался главный зал, а по правую виднелись еще две двери гостевых комнат.
Кроме того, в самом конце коридора угадывался проход вглубь здания.
Ли Цин по очереди распахнул обе двери, но за ними открывались лишь новые картины ужаса.
В одной комнате пол был устлан растерзанной плотью, в другой некий злой дух истязал несчастную жертву изощренными пытками.
Очевидно, ни одно из этих помещений не было его целью.
Направившись по коридору вглубь здания, он вскоре вышел к просторному внутреннему двору.