Яростные колебания Небесной Садхаммы сами по себе способны скрыть многое.
В этот момент во дворец Святого Хаожаня проникало напряжение: его пронзительный взгляд молчаливо следил за изменениями во всем мире.
Внезапно он слегка нахмурил брови, и его взор устремился в сторону Преисподней.
Преисподняя и Небеса находились в двух разных пространственно-временных измерениях!
И тем не менее он смутно почувствовал, как в Преисподней промелькнуло слабейшее колебание Небесной Садхаммы!
— Что там происходит, в Преисподней? — Пронеслось в его голове.
— Кто это вздумал управлять силами Небесной Садхаммы?
Он снова едва заметно нахмурился!
Однако сейчас Небеса и Земля были опутаны тугой сетью, а по всему миру человеческих земель вовсю функционировал массив рек и гор.
Каждая крупица силы была брошена на подкрепление западного фронта!
Из-за колоссального массива, заслонявшего любые внутренние перемены мира, все энергетические всплески казались невероятно хаотичными.
Он уловил лишь мимолетные всполохи Садхаммы, доносившиеся из Преисподней, но под покровом великого массива эти волны были донельзя слабыми.
Святой Хаожань погрузился в задумчивость, а во взгляде промелькнула тень сосредоточенности; он все же решительно задействовал мощь Небесной Садхаммы, собираясь направить ее в сторону Преисподней!
В то же самое время духовный отклик Небесного Императора Четырех Морей уже получил приказ Ли Цина!
Аватар духовного отклика, находившийся в мире смертных, как раз управлял всем массивом рек и гор!
Не смея относиться спустя рукава к вести, пришедшей из разума Ли Цина, он немедленно перешел к действиям.
Энергия Небесной Садхаммы под его управлением хлынула с новой силой, и в этот миг все запасы этой энергии влились в гигантский массив.
Чудовищная приливная волна устремилась на запад!
Огромное давление напрямую обрушилось на владения и массив, созданные поглощающим гигантским деревом.
Обе силы безумно столкнулись, и в считанные мгновения грянул свирепый удар!
И без того мощный массив, впитав в себя энергию Небесной Садхаммы, стал поистине сокрушительным.
Внезапная вспышка колоссальной силы тут же отразилась на слабых отголосках Небесной Садхаммы, которые Святой Хаожань распустил вовне.
Святой Хаожань бросил взгляд на западный театр военных действий и заметил, что владения и формация поглощающего дерева шаг за шагом отступают назад.
Судя по всему, противник был близок к поражению; при этой мысли он отозвал свою силу – до решающего перелома в войне было еще далеко, и он не желал нарушать изначальный план.
Божественное Тело Ли Цина тоже уловило действия Святого Хаожаня!
— Отлично, пока он не вмешивается – этого вполне достаточно!
Ему удалось успешно подавить Небесного Призрака и пресечь утечку информации!
…
Тем временем в Океане Тьмы мира Линъюн!
Небесный Призрак переживал смертельную угрозу: со всех сторон на него накатывали волны разрушительной силы!
Однако луч пустоты, испущенный духовным откликом, угодил лишь в пустые пределы массива.
Небесный Призрак неведомым способом сумел уклониться от этого сияния.
Божественный Бессмертный духовного отклика нахмурился!
Зеркало у него над головой круто изменилось, обратившись в длинное золотое коpье.
Это было мифическое оружие, обладающее мощью разрушить всё на свете!
Сверкнув, он исчез с прежнего места и принялся стремительно мелькать среди бушующих потоков пространства и времени, атакуя Небесного Призрака со всех сторон.
Но уловки Небесного Призрака поражали своей изощренностью: он непрерывно менял свое положение за счет законов логики.
Сила Плода Пути Первопричины отличалась исключительной диковинностью: она позволяла прослеживать причинно-следственные связи, обращать их вспять и порождать самые невероятные эффекты.
Пусть в плане чистой разрушительной мощи он уступал другим бессмертным, его способность к метаморфозам не имела равных.
В этот момент в пределах досягаемости его Плода Пути Первопричины все силы подвергались обратному перевороту.
То же самое происходило и с силой духовного отклика!
Стоило лишь атаке почти настигнуть Небесного Призрака, как чужое влияние тут же сбивало ее с прицела, позволяя врагу ускользнуть.
Небесному Призраку пришлось несладко: хотя ему раз за разом удавалось уходить от ударов, растрата сил была колоссальной.
Массив разрушения пространства и времени, сотканный из обид и ненависти всех живых существ, нес в себе истинную мощь уничтожения миров.
Чтобы вырваться из этого массива, ему требовалось в одно мгновение высвободить предельную силу, дабы попытаться перевернуть работу формации.
Но это было возможно лишь при условии, что никто не станет мешать!
Имея под боком помеху в виде духовного отклика, он не смел остановиться ни на секунду – остановка означала бы смерть.
Смерть следовала по пятам, и сейчас Небесный Призрак оказался в состоянии крайней опасности.
На лице его застыла ярость, но в глубине души царил леденящий холод.
Каждый его шаг был тщательно просчитан, а сеть Плода Пути Первопричины покрывала весь массив целиком.
Он каждую секунду подвергался разъедающему воздействию мощной разрушительной силы пространства и времени.
Не находя иного выхода, он мог лишь терпеть этот натиск, растрачивая силы и отчаянно сохраняя бешеный темп перемещений.
— Мое воплощение заперто, а аватар Святого Хаожаня пока ничего не заметил!
— Проклятье, если так пойдет и дальше, дело станет совсем скверным!
— Придется тянуть время и заставить воплощение устроить побольше шума, чтобы потревожить Святого Хаожаня!
Из его рукава внезапно выпал черный кристалл.
Этот черный кристалл источал поистине ужасающие колебания.
Внутри него была заключена логика, некогда извлеченная им самим и превращенная в одноразовый разрушительный кристалл.
Во времена зачистки изнанки и светлой стороны Девяти Областей Четырех Земель…
В его подчинении находились могущественные разумные аномалии, у каждой из которых он вытягивал те или иные аспекты логики.
Изначально все это планировалось использовать в качестве питательной среды для дальнейшего роста.
Но ради грядущей войны эти законы логики претерпели в его руках трансформацию: слившись воедино, они обратились в разрушительный кристалл.
Между этими фрагментами логики существовал колоссальный конфликт, и стоило им вырваться на свободу, как разразился бы катаклизм!
Данный разрушительный кристалл вмещал в себя десятки поверхностных законов логики, собранных им.
В случае взрыва его мощь не уступала удару полноправного Бессмертного!
Но Ли Цин давным-давно восстановил всю информацию об этом мире при помощи Нефритовой Плиты.
Особое внимание он уделил ведущим бессмертным и разумным логическим аномалиям!
Ему были заранее известны те козыри в их рукавах, которые поддавались восстановлению.
Заметив в тот же миг, как противник пустил в ход разрушительный кристалл, Ли Цин уже совершил ответное действие!
Боевое Знамя Мириадов Законов бесшумно возникло в его руке!
Взмахнув рукой, он выпустил из знамени сокровенное заклинание, которое мгновенно сорвалось с места!
Снаряд угодил прямо в брошенный разрушительный кристалл!
Заклинание выглядело призрачным и представляло собой особую пространственную технику!
Оно звалось Искусством Обращения Инь и Ян и Прорыва Сквозь Пространство.
Эффект этого заклинания был поистине уникален: оно позволяло в мгновение ока создать короткий пространственный коридор.
Еще до того, как разрушительный кристалл успел взорваться, его затянуло в этот самый тоннель!
А когда он вынырнул вновь, то оказался уже на другом конце Океана Тьмы!
По всему Океану Тьмы были расставлены метки Ли Цина, оставленные заблаговременно ради этой войны.
Грохот!
В глухом уголке Океана Тьмы взорвался бушующий поток таинственной логики.
Область радиусом в тысячу ли оказалась полностью поглощена этим буйством логических сил.
Законы логики безумно рушились, высвобождая сокрытую внутри них энергию.
Пока наконец все окончательно не обратилось в прах, распавшись на бесчисленные блуждающие эссенции.
Разумеется, эти эссенции тут же были поглощены Океаном Тьмы!
Саму основу этих логических построений составляла негативная ци и ци желаний, так что Океан Тьмы поглотил их без малейшего труда.
Лицо Небесного Призрака исказилось от гнева – он никак не ожидал, что подготовленный им козырь будет так легко парирован.
Он тут же понял, что Ли Цин давным-давно изучил все его приемы вдоль и поперек.
— Хм, раз уж тебе удалось отразить это однажды, не факт, что получится во второй раз!