— Покуда мне подвластен круговорот небесного пути, даже если он оставил лазейки и затеял какие-то козни, в открытом столкновении ему ни за что меня не одолеть.
— Пожалуй, сотрудничество с ним уже можно выносить на повестку дня!
Стоило подумать об этом, как в мыслях Святого Хаожаня созрело окончательное решение.
В его планах четко вырисовывалась цель, позволявшая выйти на контакт с Ли Цином.
…
В это самое время будущее воплощение Ли Цина было занято одним важным делом.
Перед ним лежали четыре оставшихся артефакта базовой логики.
Он занимался созданием логических орудий!
На столе перед ним стояла нефритовая чаша, в которую уже были примешаны кровь Неба, суть земли и слезы смертных.
Этой порции как раз хватало на изготовление четырех логических орудий.
Будущее воплощение полоснуло себя по ладони!
Обильные потоки крови хлынули в нефритовую чашу, полностью смешиваясь с находившимися там компонентами.
Образовалась густая жидкость иссиня-зеленого цвета, от которой исходило едва уловимое таинственное колебание.
Его взгляд упал на Меч Разрушения – реликт пустой логики.
Потоки духовной силы хлынули в зелоные чернила, заставив их взмыть ввысь. Капли рассыпались на множество мельчайших брызг и принялись стремительно выписывать на клинке Меча Разрушения <«>Великое проклятие небесных перемен и распада моральных устоев<»>.
Стоило этому заклинанию беззвучно и незаметно окутать клинок, как от всего Меча Разрушения повеяло слабым синеватым свечением.
Это сияние разгоралось всё ярче, тая в себе какую-то непостижимую, скрытую от глаз силу.
Оно неуклонно просачивалось в самые глубины Меча Разрушения!
Заключенная внутри него логика абсолютного уничтожения, столкнувшись с этим ментальным вторжением, попыталась дать отпор, постепенно высвобождая свою мощь.
Но синеватый свет словно обладал некой непостижимой силой, шаг за шагом подавляя реликт базовой логики.
В конце концов он полностью окрасил весь Меч Разрушения в лазурный цвет.
На исходе процесса тончайший отпечаток разума Ли Цина бесшумно вплелся в структуру Меча Разрушения.
Слившись воедино со всей его логикой!
Внутри него шевельнулось предчувствие: стоило ему только захотеть, как он мог в любое мгновение активировать этот Меч Разрушения и обрушить на всё вокруг ужасающую, стирающую всё дотла силу!
Правда, цена оказалась бы непомерной – это выпило бы досуха всю его энергию.
В этот момент над небесами в внешнем мире взвыл свирепый ветер.
Повсюду полыхнули грозовые разряды, охватившие всю территорию округа Шачжоу!
Столь резкие перемены немедленно встревожили всех обитателей поднебесной!
Бесчисленные взоры устремились сюда, пытаясь отыскать первопричину столь масштабной аномалии.
Однако они не обнаружили ровным счетом ничего необычного: во всех уголках мира царило абсолютное спокойствие, и источник этого хаоса ускользал от любых поисков.
Ни разумные логические аномалии, ни шестеро бессмертных, ни прочие мастера сферы Бедствия не смогли разглядеть никаких следов.
А эти колебания тем временем продолжали бушевать!
Едва отгремел первый всплеск, как вскоре последовал второй!
Правда, на сей раз в недосягаемом пространстве высшего порядка, среди ослепительного и невероятно таинственного белого сияния, некое величественное существо едва заметно шевельнуло взглядом.
— Забавная вещица, умудрился же стянуть у меня добро прямо из-под носа.
— Похоже, кто-то из других владык ставит помехи.
Его глубокий взгляд молчаливо устремился в пространство низшего порядка, словно разглядывая там таинственный и необъятный мир.
…
Небесные катаклизмы повторялись целых четыре раза!
Из-за них Шачжоу на протяжении семи дней и семи ночей оставался во власти бурь и ливней.
За эти семь дней высохшие земли пустыни впитали в себя колоссальное количество влаги!
Бесчисленные пересохшие некогда подземные пустоты заполнились водой, а на просторах Гоби начали пробиваться зеленые побеги.
Пусть по большей части это были лишь низкорослые кустарники да сорная трава, но все они поднялись из семян, спавших беспробудным сном бессчетные годы.
В незапамятные времена Шачжоу тоже был зеленым краем!
Даже подземные русла рек наполнились водой!
Всего за каких-то семь суток ландшафт Шачжоу претерпел заметные изменения.
В оврагах и впадинах здешних мест даже образовалось немало крупных озер.
Когда всё стихло, над Шачжоу вновь раскинулось безоблачное небо.
Нынешнее воплощение Ли Цина окинул взглядом аккуратно разложенные перед ним четыре логических орудия, и в его глазах мелькнула легкая улыбка.
Логические артефакты отливали чуть черноватой синевой, слегка отличаясь от своего первоначального облика.
При пристальном рассмотрении заметить разницу не составляло труда, но Ли Цина это ничуть не волновало!
Даже если они прознают об этом, финала уже не изменить!
Все пять реликтов базовой логики были целиком и полностью обращены им в логические орудия.
Перед ним возник бумажный марионеточный воин, подобрал три из них и направился в трех разных направлениях к полям сражений Сынов Небесной Судьбы.
Трое сильнейших сынов судьбы даосской школы были практически полностью уничтожены, так что находившиеся у них реликты логики естественным образом перешли к другим претендентам.
Теперь Ли Цин намеревался незаметно подменить их все обратно, прежде чем кто-либо успеет что-то заподозрить.
Разумеется, задача предстояла не из легких и требовала предельной осторожности.
Тем временем его божественное тело воспользовалось разразившейся между бессмертными великой битвой и проникло в самые сокровенные тайники учений ста школ философии.
Заполучив из их хранилищ половинку первозданного Дхарма-образа, а также Дхарма-образы второго и третьего поколений, вместе со всеми доставшимися им техниками и хрониками!
Все эти образы были занесены на страницы <«>Свода Всеобъемлющего Человеческого Пути<»>!
Огромный массив этих сведений также влился в <«>Искусство Перемен<»>!
Это дало ему предельно ясное и отчетливое понимание человеческих династий далекого прошлого.
Ему удалось даже просчитать и воссоздать картину тех древних войн во всей их полноте!
— Человеческие династии все же оставили после себя кое-какие козыри: куда бы я ни заглядывал в те тайные захоронения, запретные печати или зоны геомантии, всюду чувствовался след людей.
— Всех этих людей можно сплотить вокруг себя, как говорил великий человек!
— Друзей должно быть много, а врагов – мало.
— Идущий праведным путем обретает широкую поддержку, сбившийся с него – останется в одиночестве!
В этот миг у него неожиданно екнуло сердце!
Брови слегка сошлись на переносице, когда на нефритовой плите обновились данные.
Аватар Святого Хаожаня вновь пожаловал в Академию Цзюйся!
Там по-прежнему сияли вспышки ауры праведности, которые тут же зафиксировал глаз духовных духов.
— Чего это он вдруг потащился к Учителю?
Нынешний Учитель являлся всего-навсего практиком уровня долголетия, ничем выдающимся в плане боевой мощи не блистая, так что Святому Хаожаню абсолютно незачем было его навещать.
Ли Цин нахмурился, чувствуя неладное.
Он тут же принялся сновать пальцами, внося записи!
Нефритовая плита мгновенно восстановила картину происходящего через причинно-следственные связи!
Внимательно изучив отраженную на плите информацию, Ли Цин помрачнел.
— Все вышло именно так, как я и предполагал: четыре разумные логические аномалии мне больше не доверяют.
— Они даже оповестили шестерых бессмертных, пожелав совместными усилиями обрубить любые информационные связи со мной.
— Только вот согласия в их рядах больше нет, и у Святого Хаожаня появились собственные соображения.
— А явка в Академию Цзюйся – не что иное, как попытка выйти на связь со мной!
— Ха-ха-ха, сердца людей рассеялись, и войско теперь не удержишь.
— Раз уж в ваших рядах наметились трещины, грех с моей стороны было бы не воспользоваться этой щелью.
Уголки губ Ли Цина тронула улыбка: стоило только захотеть спать, как кто-то тут же подложил подушку!
Любая, даже самая неприступная крепость всегда рушится изнутри!
Поразмыслив немного, его божественное тело применило <«>Великое копирование<»>, и безмолвный двойник тут же направился в сторону Академии Цзюйся.