Ли Цин погрузился в тяжелые раздумья. — Линия фронта уже развернута!
— Осталось всего два дня до семнадцатого мая, и бессмертные Пути Демонов почувствуют дыхание Небес, начнется война.
— Мне тоже нужно подготовиться. Что ж, давайте посмотрим, чье мастерство выше и кто сделает более тонкий ход!
— Ха-ха-ха!
— То, что небесная судьба перевернута с ног на голову, вовсе не обязательно плохо!
— Когда никто ничего не может предсказать, у меня в запасе остается симуляция, позволяющая хоть как-то контролировать будущее, и в этом мое превосходство перед вами.
Божественное Тело вновь пустилось в путь, и всего за полдня добралось до самых глубин Северной Пустоши!
Эти края славились своей невыносимой стужей, а ледяные ветра не утихали здесь круглый год.
В Северной Пустоши раскинулась гигантская горная цепь, чьи хребты тянулись грядой, не имея конца и края, и уходили прямо к Северному морю.
Горы круглый год были закованы в лед и снег, являя собой абсолютно безжизненную, мертвую землю.
И лишь в самом сердце этого горного массива возвышалась исполинская вершина.
На ее склонах каскадом сменяли друг друга черные дворцовые постройки!
Здесь находилась штаб-квартира Пути Демонов, обитель четырех великих демонических традиций.
Божественное Тело бесшумно ступило на эту землю и принялось молча изучать местность.
Вскоре оно отыскало жилу земной энергии, таившуюся в небольшой долине всего в пяти верстах от владений демонических сект.
Оказавшись на месте, оно без промедления приступило к установке Великого массива фэн-шуй Инь-Ян и Перемещения Божеств в Пустоте!
Тем временем в Лучжоу Божественное Тело возводило еще одну формацию.
Работа подошла к концу, и пути отхода были надежно обеспечены.
На месте древнего сражения в Городе Двух Миров.
Бумажный Человек Тысячи Теней в этот момент призывал марионеток боевых духов.
В мгновение ока еще четыре такие марионетки оказались запечатаны в талисманах Заимствования Силы!
Какая-то непостижимая таинственная сила оплела всех четырех кукол, заставив содрогнуться далекую таинственную плоть в Белом Юйчэне.
Глубоко внутри этой плоти мерцал красный свет, в котором, присмотревшись, можно было разглядеть зарождающееся дитя.
Биение сердца доносилось прямо из грудной клетки этого младенца!
Бумажный Человек Тысячи Теней прихватил все четыре талисмана Заимствования Силы, прихватил с собой и Жетон Полководца, после чего двинулся к землям Пути Демонов.
Предстоящая операция обещала быть смертельно опасной, хождением по канату над пропастью, и Ли Цин был вынужден задействовать все имеющиеся у него средства, кроме прямого призыва истинного тела.
Только так он мог рассчитывать на победу!
Пока Бумажный Человек Тысячи Теней спешил к цели, Ли Цин через Божественное Тело осторожно и вдумчиво наблюдал за цитаделью демонов.
Черный комплекс дворцов тянулся в четырех направлениях, и каждое, казалось, принадлежало отдельной секте; каменные ступени вились от самого подножья и вели к самой макушке горы.
На самой вершине высился колоссальный дворец.
В глазах Ли Цина вспыхнул свет Ока Истины и Иллюзии, и его взгляд принялся шарить по всему дворцовому комплексу.
Он отчетливо улавливал в недрах горы сгусток колоссальной массы!
То было обособленное пространство-время, без сомнения – целый скрытый гротовый рай!
Эта обитель пряталась столь искусно, что Око Истины и Иллюзии не могло зафиксировать ее напрямую; в поле зрения попадало лишь зыбкое, туманное искажение на вершине горной гряды, порожденное чистой массой.
Его собственный Гротовый рай Укрытия от Скорби Девяти Небесных Рек скрывался в бескрайнем сиянии звезд, заимствуя мощь небесных светил для маскировки собственной массы.
Этот же гротовый рай явно не обладал подобной способностью, а потому выдавал себя слабыми следами – впрочем, влияние носило лишь общий характер, и указать точные координаты было невозможно.
Пространство внутри гротового рая могло сжиматься до размеров горчичного зерна или разрастаться до масштабов целой луны.
— Уклады этих сект наверняка схожи, и Изначальный Дхарма-образ должен прятаться где-то внутри гротового мира, в павильоне священных текстов или чем-то подобном!
Параллельно Ли Цин оценивал численность и силу могущественных существ в обители демонов.
Один за другим он улавливал едва заметные искажения пространства-времени.
Могущественные культиваторы сами по себе являлись ходячими сгустками колоссальной энергии.
Стоило энергии и материи сконцентрироваться в одном месте сверх меры, как это неизбежно искривляло ткань пространства и времени.
Такова была незыблемая истина, рожденная еще в его прошлой жизни.
Око Истины и Иллюзии обладало мощнейшей способностью улавливать подобные пространственно-временные аномалии.
По всему дворцу рябили большие и малые искажения, насчитывая в общей сложности около двух сотен душ.
Среди них оказалось двое практиков сотворения Дхарма-образа и четверо мастеров стадии Первородного Духа, на прочих Ли Цин даже не обратил внимания.
— Никак не удается засечь культиваторов Сферы Бедствия, да и долгожителей не видно ни одного? Куда же они все подевались?
— По меньшей мере один-два демонических владыки обязаны прятаться внутри гротового рая.
— Можно сначала пробраться внутрь, собрать сведения о внутреннем устройстве демонических сект, а затем восстановить картину с помощью Нефритовой Плиты. Посредством кармических связей удастся с большой долей вероятности выведать, сколько именно врагов осталось на месте.
Решив так, Божественное Тело незамедлительно создало копию, которая бесшумно скользнула в дворцовый комплекс среди гор, принимаясь за тихий сбор информации.
…
В таинственном пространстве над небесами проекция Юань Чжихуэя наблюдала за общей картиной всего Цзючжоу.
В этот момент его брови глубоко сошлись на переносице:
— Ли Цин снова призвал четырех марионеток. Чего он добивается?
— Если прибавить прошлых, у него набралось по меньшей мере восемь марионеток.
— Такой мощи хватит, чтобы бросить вызов любой из сект!
Он уже прекрасно изучил возможности боевых духов-марионеток – те вполне способны противостоять подавляющему большинству практиков Сферы Бедствия!
Стоит объединить двух таких кукол, и любая смерть грозит любому мастеру Сферы Бедствия.
А раз противник выставил уже восемь марионеток, Юань Чжихуэй почувствовал неладное.
— Ли Цин определенно затевает грандиозный план. Неужели он вздумал атаковать секты?
— При нынешней-то силе – вполне вероятно!
— Но ведь обители сект защищены массивами и усилены мощью гротовых миров!
— Даже обладая двукратным превосходством в силе, проломить оборону с налету не выйдет, это неизбежно породит колоссальные волны.
— Тогда все мастера Сферы Бедствия во всем мире мгновенно ощутят это и бросятся в погоню, лишая его даже призрачного шанса на выживание.
— Или он намерен исподтишка перебить тех мастеров Сферы Бедствия, что оказались в одиночестве?
— Такой вариант вполне вероятен!
Юань Чжихуэй тяжело выдохнул, и сердце его кольнуло недоброе предчувствие.
— Неужели он задумал запугивание? Устрашить всех мастеров Сферы Бедствия разом, чтобы они перестали охотиться за ним?
— Сейчас большинство долгожителей и практиков Сферы Бедствия рассредоточены по миру, контролируя огромные территории.
— Если ему удастся расправиться с кем-то из них в одиночку, все остальные мигом превратятся в пугливых птиц.
— Никто больше не осмелится действовать в одиночку, все соберутся в кучу, из-за чего в слежке за ним неизбежно появятся огромные бреши.
— Любые его действия подчинены лишь одной цели – прохождению собственной Скорби.
— Раз так, то и делается все это ради того, чтобы заранее рассчитать неизбежную судьбоносную скорбь и расставить фигуры для противостояния ей.
В одно мгновение Юань Чжихуэй, обладая способностью видеть суть вещей по мельчайшим деталям, перебрал в уме все возможные сценарии.
Однако ход его мысли оказался глубоко ошибочным: хотя он и угадал часть замыслов Ли Цина вроде расстановки пешек, от реальной цели того его рассуждения отстояли дальше некуда.
Ошибка в исходных данных привела к тому, что в этой партии он лишился даже права сделать ход.