— Союз с конфуцианским крылом Ста Школ и использование их рук для противостояния кланам Чэнь Шаньхэ и Го Ушуан – вполне осуществимый план!
Силы Ста Школ и конфуцианцев переплетены сложнейшим образом, однако под их контролем находится всего три области, включая часть Лунчжоу.
Они отчаянно нуждаются в новых землях, и мы можем пообещать им разделить территории Чэнь Шаньхэ и Го Ушуана поровну после их разгрома.
— Вдобавок мы можем обменяться с ними частью земель, чтобы их владения слились в единое целое с Бэйчжоу и Янчжоу.
Тогда у них появится колоссальный стимул для сотрудничества с нами.
В конце концов, им едва ли улыбается перспектива в одиночку противостоять остальным силам после нашего поражения.
— Если нас уничтожат в ходе осады, подобная участь с равной вероятностью постигнет и их.
Это масштабное противостояние, требующее стратегического видения на перспективу, и выгода от союза с нами неизмеримо выше той, что они могли бы получить от сотрудничества с Чэнь Шаньхэ или Го Ушуаном.
— Вместе с тем мы тоже извлечем из этого пользу, прибегнув к внешней помощи, чтобы переломить нынешнее невыгодное положение.
Услышав уверенную и гладкую речь даоса Байюня, все присутствующие в великом зале внутренне содрогнулись.
План и впрямь был превосходным.
Ныне небесные тайны погрузились во мрак, и предсказать судьбы многочисленных Сынов Небесной Судьбы стало невозможно.
Без поддержки небесного провидения на первый план вышло искусство применения разума.
Особенно это касалось военного планирования, где стратегии объединения и разрушения союзов приобретали решающее значение.
Тан Ваньшань задумчиво произнес:
— Тогда мы отправим людей на переговоры со Ста Школами.
— Но как быть с Чэнь Шаньхэ и Го Ушуаном?
На лице даоса Байюня промелькнула легкая улыбка:
— Это проще простого!
— Достаточно стянуть часть военной мощи к границам владений Чэнь Шаньхэ и Го Ушуана.
— Создадим видимость масштабного маневра, заставив их поверить, будто мы перебросили туда все наши силы.
— Это затуманит их взоры; имея в распоряжении столько культиваторов различных учений, сотворить подобную иллюзию не составит труда.
— Пожалуй, нам придется попросить о вмешательстве старейшин, постигших долголетие!
С этими словами даос Байюнь почтительно перевел взгляд на трех долгожителей, восседавших на возвышении в глубине зала.
Все трое являлись старейшинами Учения Пяти Внутренних Органов: даос Юэлунь, даос Хэйжи и даосина Линлун.
Каждый из них в свое время был живой легендой и мифом своей эпохи.
Ступить на путь долголетия способны лишь поистине выдающиеся личности.
В этот момент они прислушивались к словам даоса Байюня, погрузившись в легкие раздумья.
В глазах даоса Хэйжи клубилось таинственное сияние, казалось, способное пронзить насквозь любые преграды; он с головы до ног осыпал даоса Байюня изучающим взглядом.
Прежде даос Байюнь не проявлял себя ничем особенным и казался совершенно заурядной фигурой.
Но сегодня он неожиданно выступил со столь глубокими рассуждениями, что немедленно привлек к себе внимание.
Даоси тут же вспомнил о Восьми Бессмертных Шести Путей и о том предостережении всем адептам обращать пристальное внимание на культиваторов стадии Первородного Духа.
Его взгляд напрямую проник в духовный мир даоса Байюня – подобное сканирование тот не мог не ощутить.
Однако он принимал это наблюдение с абсолютным спокойствием, поскольку духовная печать Ли Цина уже давно укрылась в самой глубокой сердцевине его разума.
Эта печать могла в любой момент рассеяться и слиться заново со вновь выстроенной структурой сознания даоса Байюня, не оставляя ни малейшего следа.
В этом и заключалось самое удивительное и грозное свойство Искусства Потока Цивилизаций Десяти Тысяч Миров.
Даос Хэйжи сменил с десяток различных техник, просканировав даоса Байюня от макушки до пят целых семь или восемь раз, но не обнаружил никаких изъянов ни в его духе, ни в теле.
Тогда он слегка кивнул и произнес:
— То, о чем говорит Байюнь, действительно имеет смысл.
— Ныне небесные тайны сокрыты плотной пеленой, и пытаться, как прежде, прозревать прошлое и будущее, держа под контролем каждый шаг – задача не из легких.
— Чтобы одержать победу в финальной войне, как никогда прежде требуется острый ум.
— Что до переговоров со Ста Школами, Байюнь, я составлю тебе компанию.
Лицо даоса Байюня строго вытянулось, он отвесил даосу Хэйжи легкий поклон:
— Раз уж прародитель изволит сопутствовать мне, дело непременно увенчается успехом!
Тан Ваньшань, наблюдавший за этой сценой, улыбнулся:
— Прекрасно. За вопросы же на границах с владениями Чэнь Шаньхэ и Го Ушуана ответят истинный Юэлунь и истинная Линлун.
— Вам необходимо сыграть убедительно, чтобы ввести их в заблуждение.
Даос Юэлунь и даосина Линлун слегка кивнули:
— Государь может не беспокоиться, это мы берем на себя.
В тот же миг в регионах, контролируемых тремя великими учениями, исподволь завязывались всевозможные интриги и заговоры.
Никто из участников еще не подозревал, что гигантская шахматная доска уже поглотила их целиком.
Ли Цин молча наблюдал за разворачивающимся зрелищем; каждая реакция присутствующих, включая действия долгожителей, находилась под его неусыпным надзором.
Он прекрасно знал, что старейшины-долгожители уже затаили подозрения насчет тех культиваторов стадии Первородного Духа, что выступали с подобными речами; однако в условиях ожесточенного противостояния между основными учениями…
Они были лишены возможности координировать свои действия друг с другом, а сами выступавшие монахи лишь вкратце высказали свои соображения, оставаясь формально вне подозрений.
Среди них наибольшее недоверие питал именно даос Хэйжи; хотя он и не нашел никаких зацепок у даоса Байюня, он все же твердо намеревался продолжить слежку и понаблюдать за ним.
Ли Цин мысленно рассуждал:
— Эти парни действительно не так-то просты, их не проведешь с пол-оборота.
— Все они крайне бдительны. Что ж, теперь многое зависит от актерской игры самого даоса Байюня.
— Судя по всему, путь их переговоров лежит через земли Нангун Хаораня и Сюань Юань Чанлуна. Из этих двоих лишь в подчинении Нангун Хаораня есть мои люди, которые сумеют подыграть Байюню.
— А Сюань Юань Чанлун – тот еще старый лис; он неизбежно усмотрит в этом скрытую возможность. Подобную стратегию нанесения удара под видом прохода через чужие земли этот человек не может не знать.
— Хе-хе, должно быть, он с удовольствием продолжит этот спектакль. Приманка заброшена специально для него, посмотрим, клюнет ли.
— Хе-хе-хе, – мысленно усмехались все три воплощения Ли Цина.
— Внутренние противоречия трех великих секты уже посеяны, и в ближайшее время их внимание явно не вернется к трем внешним землям.
— Теперь можно безмятежно приступать к вмешательству в судьбы Сынов Небесной Судьбы на трех внешних территориях!
Божественное Тело уже бесшумно прибыло на Южные Земли, и первой его целью должен был стать Путь Демонов.
В конце концов, эта фракция была знакома ему лучше всего, ведь здесь он уже успел перехитрить немало людей.
…
Тем временем в Светлой и Темной Областях пятеро Бессмертных вели поиски в пяти различных направлениях.
Каждый из них уже обратился в бесплотные сущности, затаившись в пустоте или приняв обличья аномалий.
Они задействовали всевозможные тайные искусства, выискивая скрывающиеся Разумные Логические Аномалии.
Требовалось обнаружить противников, уничтожить их в ходе совместного штурма и собрать оставшиеся пять фрагментов базовых законов.
Как только это удастся, условия для возрождения Колеса Сансары окажутся полностью выполнены.
Останется лишь дождаться появления Девятого Бессмертного в этом мире, и тогда реальность окончательно падет к их ногам.
Впрочем, пять Разумных Логических Аномалий, очевидно, почувствовали грозящую им смертельную опасность и затаились на дне, не оставляя и следа.
Пятеро Бессмертных прочесывали эти земли уже целый месяц, однако до сих пор не смогли напасть ни на один след.
В этот момент воля Бессмертных сплелась в единую сеть для обмена мыслями.