Двое сидели друг напротив друга, и дворец погрузился в тяжелую, давящую тишину.
Лишь спустя долгое время Владыка Беспросветной Ночи задумчиво промолвил:
— Я тщательно проанализировал всё, что произошло во время прошлой Битвы Обожествления!
— С этим Святым Хаожанем что-то не так.
— Он определённо связан с Ли Цином.
— Особенно в самый критический момент: он ведь едва ли не первым раскусил, где пряталась приманка Ли Цина.
— И ударил быстрее всех!
— Дело тут вовсе не в мгновенной реакции – он попросту заранее кое о чём догадывался.
— Вспомни гибель Владыки Неугасимых Сокровищ!
— Я тогда досконально восстановил картину событий и понял, что он намеренно нас уводил по ложному пути.
— Только мы тогда ничего не заподозрили.
— Теперь же очевидно: он с самого начала завязал с Ли Цином какие-то тайные дела.
— Сейчас он уже ступил на порог концептуальной логики!
— Даже если мы, все оставшиеся Бессмертные вместе с разумными логическими аномалиями, набросимся на него гурьбой, у нас будет от силы семь шансов из десяти на победу!
— Ли Цин провернул столько многоходовочек, и на первый взгляд кажется, что он просто выстилает дорогу в будущее.
— Но у меня дурное предчувствие: его истинная цель – мы.
— Если мы слепо пойдём на поводу у его планов, то с огромной вероятностью угодим в западню.
— Раз Святой Хаожань играет двойную игру, как думаешь, не решит ли он воспользоваться моментом и прикончить нас?
Владыка Смешения Инь-Ян слегка кивнул:
— На самом деле у меня тоже были подозрения.
— Хаожань крайне подозрителен, просто у меня никак не получалось сложить пазл воедино.
— Твои слова открыли мне глаза.
— К тому же, не замечал ли ты, что он постоянно перетягивал всё наше внимание на Ли Цина?
— И одновременно уводил в сторону угрозы из того чужацкого мира.
— Он отчаянно отвлекал нас от мысли о собственной персоне.
— Если всё так, как мы думаем, и он объединился с Ли Цином, — то все хитроумные схемы Ли Цина сводятся к одной-единственной цели.
— Они выжидают подходящего момента – момента, когда все мы окажемся связаны по рукам и ногам.
— Например, во время столкновения с тем миром, чтобы чужими руками устроить нам обоюдное истребление.
— Интригами и заговорами они постепенно истощат наши силы до предела.
— А в конце, когда будут уверены в победе, просто сотрут нас в порошок.
— Впрочем, это планы самого Хаожаня!
— Ли Цин, судя по всему, хочет лишь ослабить нас настолько, чтобы наши силы сравнялись с силами Хаожаня.
— А сам он тогда займется любимой игрой в балансира на весах!
— Но мы не имеем права слепо следовать чужой сценарию.
— У нас должен быть собственный план!
— Смерть Владыки Неугасимых Сокровищ – горький урок: мы тогда слепо подчинились обстоятельствам ради спасения общего дела!
Владыка Смешения Инь-Ян помрачнел; сейчас они смотрели на происходящее с параноидальной настороженностью.
— Пожалуй, нам стоит обратить взоры на пустоту, – глухо произнес Владыка Беспросветной Ночи.
Владыка Смешения Инь-Ян на мгновение задумался:
— Ты о перерождении?
Владыка Беспросветной Ночи едва заметно кивнул:
— Именно. Оставить запасной выход, при этом отправив часть нашей сути на перерождение в другие миры, чтобы там они набирались сил и нанесли удар извне!
— Постараться за тысячелетие дорасти до уровня Бессмертного, вернуться и в разгар тысячелетней войны неожиданно сорвать главный куш.
— С точки зрения Ли Цина, он жаждет, чтобы все мы полегли в войне с внешним врагом.
— Хаожань же спит и видит, чтобы мы и Ли Цин взаимно уничтожили друг друга.
— Если же судить по замыслам тех двух высших существ, им вообще выгоднее, чтобы мы все передохли на поле боя – тогда они смогут вновь вторгаться в этот мир, захватить Небесный Дао, сожрать здешнее мироздание и до конца выследить Ли Цина.
— Что до упомянутого Ли Цином владыки пространственно-временного Небесного Дао, у нас пока мало сведений.
— Но это тоже фактор нестабильности!
— Сейчас пустота охвачена хаосом, и внешняя сила может прорваться в любой момент.
— Подобный расклад чреват дисбалансом наших внутренних сил, но вместе с тем он таит в себе возможности.
— Мой план делится на три этапа!
— Шаг первый: воплотить часть себя в другом мире и по возможности вырастить второе Бессмертное Дао!
— Шаг второй: используя внешнюю силу, связаться с остальными Бессмертными и разумными логическими аномалиями, чтобы сперва прикончить Хаожаня и попутно проредить ряды чужаков-захватчиков.
— Шаг третий: загнать остальных противников в безвыходное положение перед лицом захватчиков, чтобы они взаимно стерли друг друга в порошок.
— Задумка сложная, каждый шаг требует филигранного расчета, выбора идеального момента и создания безупречной ловушки.
— И главное – берегись Ли Цина: стоит нам сделать хоть шаг, как он тут же всё поймет.
— Если понадобится, мы можем выйти с ним на связь – он с удовольствием составит нам компанию в этой партии.
Выслушав это, Владыка Смешения Инь-Ян нахмурился:
— Я против прямых контактов с Ли Цином!
— Мы будем действовать по своему плану, контролируя исключительно вероятности.
— Сделаем так, чтобы мы оказались в зоне максимальной безопасности, а наши недруги – в зоне смертельного риска!
— Если Ли Цин почует эту тенденцию, он сам поплывет по течению.
— Раз мы создаем кризис вероятностей, значит, в любой ситуации сохраним относительную безопасность.
— Пока у нас есть пути отхода, Ли Цин не сможет нас просчитать.
— В конце концов, этот парень всё равно остается нашей главной целью, а завязывать с ним контакты бессмысленно – молчаливое понимание куда надежнее.
Владыка Беспросветной Ночи погрузился в раздумья, а затем медленно кивнул:
— Договорились!
— Сейчас я отправлюсь на переговоры с остальными, чтобы заключить тайный союз.
Лицо Владыки Смешения Инь-Ян омрачилось мрачной тенью!
Стоит посеять зерно сомнений, как оно уже не прорастет обратно, а замеченную угрозу придется выжигать дотла.
…
Во дворецк Будды Нирваны Света и Тьмы!
В этот миг явилась проекция Владыки Смешения Инь-Ян!
— Будда!
— Какими судьбами? — В глазах Будды Нирваны Света и Тьмы мелькнуло недоумение.
— Я пришел обсудить с тобой одно дело.
Не теряя времени, Владыка Смешения Инь-Ян пересказал догадки Владыки Беспросветной Ночи касательно Святого Хаожаня.
В глазах Будды заискрились мириады мудрых лучей, словно он препарировал события прошлого.
Спустя какое-то время на его лице проступила задумчивость:
— И что вы предлагаете?
— Всё просто: его сила уже превзошла нашу.
— Но совместными усилиями мы сможем его задавить!
— Так что он должен умереть, только так баланс сил восстановится!
— Уверен, Ли Цин тоже опасается его не меньше нашего.