Месяц нивоз прошёл сравнительно спокойно — если не считать редких убийств и внезапного наплыва золотых статуй на чёрном рынке. Саймон укрепил свою власть над преступным миром Розанны, продолжил свои эксперименты и втрое увеличил ежемесячный доход.
В целом Саймон должен был с блеском пройти первое испытание «Паутины». Он даже вырезал для них Крестон Учёного, чтобы доказать, что способен создавать собственные. Оставалось лишь дождаться, когда Принц либо попытается взять его под своё крыло как слишком важного протеже, которого нельзя оставлять без присмотра, либо из паранойи прикажет убить его как потенциальную угрозу.
Будем надеяться, главный паук выберет неразумно.
— Остальные «Чёрные Зайцы» образумились, — пояснила Бельземина, когда навестила Саймона в его кабинете. Она начала повсюду появляться, используя Клеймо Зависти, чтобы превращаться в черноволосую отстранённую человеческую красавицу, которую мужчины на улицах стали называть Леди Смерть: она почти всегда приносила дурные вести. — Как вы и просили, я сообщила им, что им позволят управлять своей территорией с относительной автономией в качестве одного из партнёров «Паутины» и что им будет дозволено участвовать в торговле наркотиками.
— Хорошо. Деньги — лучшее лекарство для уязвлённой гордости. — Тем более что их новый товар имел оглушительный успех. — А что с «Септиком»? Есть ещё что-нибудь, о чём стоит доложить?
— Городская стража не стала особенно разбираться с его исчезновением, а наследство его дочери в безопасности. Я также купила билеты в ложу на оперное представление в этот Бардей.
— Наши билеты в ложу, Агнес. Ты можешь пойти со мной и Эолой, если хочешь.
— Я пойду туда, куда пожелает Ваше Величество, — ответила Бельземина без всяких эмоций.
Саймон вздохнул от лёгкой досады. Он избавил её от душевного слома, немедленно наложив на неё свои Дьявольские Клейма после снятия прежних и не пытаясь её освободить, — но ценой того, что она продолжала держаться за личину безэмоциональной рабыни. Он понимал, что вряд ли сумеет продвинуться в исцелении разума Бельземины в этом правлении, но ему всё равно было неприятно видеть её такой.
По крайней мере, на этот раз постоянный поток маналитов поддерживал её здоровье.
— У тебя были какие-нибудь увлечения? Занятия, которые тебе нравилось делать в свободное время? — спросил он её. — До… до Мардока?
Похоже, этот вопрос взволновал её сильнее, чем убийства и преступная деятельность, — вероятно, потому что вскрывал старые раны. — Мне нравилось заниматься садом… — начала она и тут же напряглась. — Но мне понравится всё, что пожелает Ваше Величество.
— Понятно. — Саймон мысленно прикидывал, как выделить часть бюджета, чтобы приобрести для неё оранжерею, когда услышал стук в дверь кабинета. — Что там?
— Это я, босс, — раздался голос Борки. — Тут какая-то девица просит тебя принять. Из Гильдии Единорога.
Саймон напрягся. — Которая?
— Эта перебежчица, Мелисандра, — с презрением ответил Борки. — Она одна.
Перебежчица? Любопытно… Саймон обдумывал, как подойти к этой проблеме, и в конце концов решил рискнуть. — Тогда впусти её и принеси пива, — сказал он, после чего обернулся к Бельземине. — Агнес, ты пока можешь идти. Я позову тебя позже.
Несколько минут спустя Борки вошёл в кабинет вместе со Сталкером Альфонса — Мел. Их последняя встреча закончилась тем, что Гримм заколол её насмерть в Залах Минотавра, но теперь она снова была жива и улыбалась. То, что она пришла именно к нему, тоже давало несколько подсказок о том, как «Паутина» и Белый Единорог сотрудничали в прошлых правлениях.
Саймон был относительно уверен, что она не сумеет связать его с его истинной личностью. Он взял в привычку красить волосы в чёрный и носить синие магические линзы поверх Маски Демона, чтобы слегка изменить лицо, — и это не считая Анафемской Скрытности, скрывавшей его ауру тьмы.
— Присаживайтесь, — сказал Саймон двум своим посетителям. — Мелисандра, верно?
— Ага. Ты Златоад, верно? — спросила Сталкер, усевшись довольно близко к двери. Саймон заметил лёгкую напряжённость в её плечах, хотя она и пыталась скрыть её под маской уверенности. — На улицах говорят, что ты новый местный Прядильщик. А что случилось с Джоном?
— Он вышел на покой, — солгал Саймон. Шёлк говорила, что его «убрали», когда выяснилось, что он запускает руку в общий котёл, — именно поэтому «Паутина» так охотно отдала Саймону его место. Просто у них не было достойного кандидата на замену. — Не припоминаю, чтобы ты была одной из наших. Так откуда тебе известен мой ранг?
— Эта девица была лучшей воровкой в этой части города, пока не попыталась обчистить того хорошенького паренька, — сказал Борки, откупоривая бутылку пива. — Как же его звали…
— Альфонс, — с недовольной гримасой ответила Мел. — Его зовут Альфонс, Борки.
— А, точно, сынок Паладина, — фыркнул Борки. Бандит ни в грош не ставил рыцарей. — За ограбление дворянина ей бы руку оттяпать, а паренёк её пощадил. С тех пор она его верная собачонка.
— Посмотри, до чего я поднялась, Борки, — ответила Мел, сверля взглядом бутылку. — Ты всё ещё толкаешь это разбавленное дерьмовое пиво?
— Наша марка Деспайро не похожа на прежние наши продукты, — уверенно ответил Саймон, после того как Борки налил ему стакан. Он отметил, что Борки и Мел, по-видимому, тоже были накоротке. — Давай, попробуй.
Мел колебалась, пока Борки и Саймон не сделали по глотку, — тогда она присоединилась. — М-м-м… — пробормотала она с удовольствием. — Беру свои слова обратно, довольно неплохо.
— Это лучшее, — настаивал Саймон. Их новое пиво, сваренное на душах, приносило изрядную прибыль в таверне Медный Дракон. Местные никак не могли им насытиться.
Разумеется, после определённой порции оно всегда превращало пьющего в злобного забулдыгу, жаждущего драки, — побочный эффект, который Саймон списывал на кровожадные наклонности Бленди. Он гадал, сколько пройдёт времени, прежде чем власти это заметят и ограничат продажу.
— И всё-таки зачем ты здесь, Мелисандра? — спросил Саймон. — Хочешь вернуть себе прежнюю работу?
— Как же, размечтался, — грубо ответила Мел. Она достала кошель, полный монет, и положила его на стол Саймона. — Я здесь, чтобы купить сведения, как покупала у Джона. Он говорил, что может переправить некоторых из нас в Магволию.
Саймон с презрением покосился на кошель. — Ты думаешь, я мелкий жулик, который работает за деньги, как мой предшественник? — Он сцепил руки в замок. — Я могу организовать такую переправу… но я торгую услугами, а не золотом.
Мел помрачнела от его контрпредложения. — Если ты думаешь, что я сдам Белый Единорог…
— Мне не нужно, чтобы ты мне что-то рассказывала, — резко ответил Саймон. — Видишь ли, я ничего не имею против героев… до тех пор, пока они не подрывают мой доход. Я хочу лишь убедиться, что Альфонс, его эльфийская подружка и твои приятели из Гильдии Единорога не суют нос в мои дела. Держи их подальше от меня, и я в долгу не останусь.
Мел замялась, но спорить не стала. — Я… я посмотрю, что смогу сделать.
— Хорошо. Сосуществование — это терпимость, как я всегда говорю.
Запросы Мел оказались примерно такими, как Саймон и ожидал. Она искала помощи в переправке агентов Белого Единорога в Магволию — конкретно в Тёмный лес или районы, симпатизирующие роялистам, в преддверии будущих диверсий. Саймон предположил, что именно так «Паутина» и сумела внедриться в Белый Единорог. Движение сопротивления передало часть своей логистики на субподряд преступной сети, что позволяло ей собирать сведения о его планах. Так или иначе, Саймон пообещал разобраться и отправил её восвояси вместе с Борки.
— Забавно, — сказал Саймон, оставшись «наедине» в комнате. — Я думал, агенты «Паутины» всегда уходят на покой в гробу — тем или иным способом. Почему ты позволила этой уйти?
— Мы не позволили, — отозвался из тени голос Шёлк. — Как ты почувствовал моё присутствие?
Не почувствовал, но твой трюк становится предсказуемым. — Чутьё.
— Понятно. — Шёлк уселась и закинула ноги на его стол, словно была здесь хозяйкой. — Бывших Пауков не бывает. Мелисандра по-прежнему служит нашим целям. Она думает, что свободна, но на самом деле её нить всего лишь чуточку свободнее и тоньше. Она всё ещё нам полезна.
Например, сдать Паладину местоположение Владыки, если тот переживёт свою полезность? — предположил Саймон. Не её ли они навели на мой культ в Тёмном лесу? И как долго они тогда срывали мои операции?
— Стоит ли мне потакать им? — спросил Саймон у Шёлк, хотя уже знал ответ.
— Решай сам. Но думаю, ты будешь спать крепче, когда приспешники Паладина окажутся на другом берегу Драконьего моря.
— Верно, — согласился Саймон. — Ты здесь, чтобы огласить мои результаты испытания?
— Принц доволен твоими успехами, но мы всё ещё ждём вестей от нашей команды в Бужане. Впрочем, я пришла не за этим. — Шёлк достала трубку с дурманом и зажгла её спичкой. — Ты что-нибудь знаешь о взрыве во Фрайтволе?
Слухи разлетаются быстро, — подумал Саймон. Мысленное уведомление от Шабрам он получил всего два часа назад. Значит, «Чердак» «Паутины» должен быть связан и с Мартроном. — Может, знаю, а может, и нет, — уклончиво ответил он. — Возможно, я вспомню, если ты правдиво ответишь на пару вопросов.
— Надо же, а ты, я смотрю, дерзок сверх всякой меры? — Шёлк тонко улыбнулась. — Ладно. Один вопрос. Но не трудись спрашивать о Принце.
— Честно говоря, мне любопытнее ты, — ответил Саймон. Он понимал, что не стоит показывать слишком много знаний о Принце или их «Чердаке», чтобы не навлечь подозрений. — Ты появляешься из ниоткуда со знаниями, которых у тебя быть не должно, и я не нашёл о тебе ничего в записях отца. Откуда ты родом? Как ты попала в «Паутину»?
— Это два вопроса, жадный ты демон. — Шёлк поиграла трубкой, прежде чем решила ответить. — Ладно. Я не из Вальна, и я родилась в «Паутине».
Саймон моргнул. — Родилась в ней?
— Ты получил свои ответы, — спокойно ответила Шёлк. Его замешательство её забавляло. — Теперь ответь на мой вопрос.
— А кто теперь жадный? — Саймон пожал плечами и подчинился. — Согласно записям отца, Оракул задумала нынешней ночью применить во Фрайтволе заклинание X круга, чтобы уничтожить Багряный Трон, — такое случается раз в столетие. Полагаю, именно оно и вызвало тот взрыв.
— Раз твои клейма всё ещё действуют, полагаю, у неё ничего не вышло, — задумчиво произнесла Шёлк. — Признаю, использовать проституток-оборотней, чтобы потакать самым тёмным порокам городских чиновников и добывать на них компромат, было удачным применением клейм.
— Благодарю, — ответил Саймон. — Между нами: твоя организация дотягивается до Эллюзии? Даже службы отца не смогли туда проникнуть.
— Увы, нет, — признала Шёлк. — Помимо того что экономика эльфов жёстко регулируется, оставляя нам очень мало возможностей для внедрения, их Авгуры предвидят преступления ещё до того, как те совершатся. Мы махнули рукой на этот регион после того, как слишком многие наши контрабандисты были схвачены прямо по прибытии.
— Авгуры? — Саймон приподнял бровь. — Это вассалы Оракула?
— Авгуры — это самое близкое к правительству, что есть у Эллюзии. — Шёлк выдохнула дым дурмана ему в лицо. — Насколько мы выяснили, эльфийская цивилизация не знает ни тяжкого труда, ни нужды. Всю ручную работу выполняют големы и зачарованные предметы, оставляя эльфам праздные интеллектуальные занятия вроде искусства, философии или магии. Все их граждане равны, а такие понятия, как «знатность» или «богатство», им чужды. Они живут в гармонии с природой, а отряд провидцев, обученных самой Оракулом, решает все проблемы — от преступлений до болезней и стихийных бедствий — ещё прежде, чем те случаются. Их народ даже не использует монеты вне торговли с другими странами, потому что они никогда по-настоящему ни в чём не нуждаются.
— Цивилизация равных, без проблем, труда и бедности… — Саймон усмехнулся. — Звучит как рай.
— Ты бы не ошибся… но наш род не может процветать там, где все всем довольны, — ответила Шёлк. — Неудовлетворённость — родник жадности и честолюбия.
Саймон обдумывал её слова, когда на краю сознания что-то услышал; знакомый голос шептал ему в ухо, в самую душу. «О Повелитель Тьмы, Грозный Владыка Багряного Трона, внемли моим мольбам…»
Наконец-то! Саймон вскочил с места. — Прости, но мне придётся прервать нашу встречу.
Шёлк нахмурилась. — Что происходит?
— Меня зовут, — ответил Саймон, закрывая глаза и сосредотачиваясь на заклинании. Некое присутствие взывало к нему, приглашая присоединиться из-за моря. — Я вернусь через минуту.
«О Император Вечной Тьмы, ответь на мой зов… этими словами верности и моей кровавой жертвой заклинаю тебя…»
Саймон не стал сопротивляться зову, а отдался ему и телепортировался прочь в облаке миазмов, немало удивив Шёлк. Кабинет растаял, сменившись знакомой главной залой, освещённой свечами. В камине горел призрачный огонь, а Саймон стоял в доспехах Владыки посреди кровавой пентаграммы.
— Ну что ж… — Душар Гонориус погладил бороду за пределами круга; его дочь Кассандра наблюдала рядом. — Я не ожидал, что это сработает…
Волна эмоций захлестнула Саймона. В последний раз он встречался с семьёй Гонориус, когда Луи вырезал их в его правление в Тёмном лесу. Боль от того, что он видел Кассандру, которую любил, разорванной на куски у себя на глазах, вернулась к нему во вспышке, которая ощущалась тем острее после случившегося с Ремедией.
Вот теперь я вспоминаю, почему так долго откладывал это, — мрачно подумал Саймон. Погоня за другими целями вдали от Теллурии была в основном практической необходимостью, но подсознательно ему также хотелось избежать новой встречи с семьёй Гонориус. Год, проведённый вместе, а они ничего не помнят.
Но ему нужно было это перебороть. В одном Луи был прав: люди из прошлого, которых он знал, — призраки, которых ему придётся оплакать и смириться с их гибелью. Это правление по замыслу было необходимым злом и неизбежно должно было закончиться предательством. Заводить новые эмоциональные связи было бы больно и неразумно.
— Рад познакомиться с тобой во плоти, Душар, — сказал Саймон. — И с тобой, Кассандра.
— Ты знаешь моё имя? — с лёгким удивлением спросила она.
Эти слова из уст его прежней возлюбленной вонзились кинжалами в сердце, но Саймон сохранил самообладание. Его последняя встреча с Анной и без того выдалась мучительной.
— Знаю. Тебе давно пора было меня вызвать, Душар. Я гадал, когда же… — Саймон осёкся, заметив, как из круга вокруг пентаграммы поднимается кольцо плотного света. — Что это? Барьер?
— Прошу прощения, Ваше Величество… — Душар откашлялся и снял барьер вокруг пентаграммы. — Я не был полностью уверен, что заклинание сработает согласно его описанию, несмотря на все мои изыскания, поэтому принял кое-какие меры, чтобы изгнать обратно всё, что вызову, если оно окажется враждебным.
— Ничего страшного, — ответил Саймон. Ни один уважающий себя колдун не стал бы испытывать новое заклинание вызова демона, не подстраховавшись. — Так или иначе, я рад, что всё сработало.
После того как Душар упрямо отказывался заниматься чем-либо полезным, пока не встретится с Саймоном лично, тот прибег к тому, что поручил агентам Шабрам передать Кассандре свиток с инструкцией по применению заклинания Зов Владыки, разработанного Бельземиной, а затем вручить его отцу; он полагал, что тот по крайней мере узнает заклинание и окажется достаточно любопытен, чтобы его испытать.
Душар Гонориус просто не мог устоять перед соблазном запретных знаний.
Так или иначе, заклинание Зов Владыки V круга школы Диаболизма имело оглушительный успех. У Саймона наконец появился способ быстро преодолевать огромные расстояния, не полагаясь ни на Подземелья, ни на воздушные корабли. Пока лишь горстка его вассалов и союзников обладала знаниями, чтобы применить это заклинание, но оно открывало множество новых возможностей.
После кратких представлений Саймон сразу перешёл к сути. — Мои слуги в разведке поделились с тобой крайне конфиденциальными сведениями, Душар, но я до сих пор не получил от тебя никакого отклика на них. Ты уже что-нибудь с ними сделал?
— Да, — признал Душар. Как Саймон и подозревал, тот просто не мог устоять перед изучением новых путей к запретным знаниям. — Простите, Ваше Величество, но ваш отец настаивал, чтобы я не делился с вами никакими сведениями, если мы не встретимся лично, — даже через клеймо.
Эта паранойя беспокоила Саймона. Он не думал, что отец пошёл бы на столь серьёзные меры без причины. Сокращение числа Дьявольских Клейм, вероятно, должно было защитить его от атак на душу, но требование личной встречи… Неужели кто-то в прошлом правлении сумел подделать телепатию Клейма Лени?
Так или иначе, Душар действительно изучил заметки, которые Саймон отправил ему о запланированном Жюстин ритуале пробуждения Тёмного Провидца, и даже провёл кое-какие собственные изыскания.
— Насколько я понял, идея состоит в том, чтобы символически пробудить «третий глаз», связанный с Бездной, смешав дремлющий потенциал Темнокровного и Провидца, — подытожил Душар. — Невероятно дерзкий и увлекательный проект. Воистину смелый. Я бы очень хотел познакомиться с тем, кто до этого додумался, если это возможно.
— Посмотрю, что можно сделать, — ответил Саймон. У него было предчувствие, что Жюстин Элигос и Душар Гонориус мгновенно найдут общий язык — к горю и отчаянию всех остальных. — Как думаешь, этот исследователь на верном пути?
— Думаю, да, хотя не могу быть уверен. Ваше Величество должно понимать, что ничего подобного прежде не делали. — Душар погладил бороду. — Насколько я понял, для ритуала потребуются три вещи: алхимическое снадобье, призванное пробудить дремлющее демоническое наследие Вашего Величества; мощный кристалл миазмов, который станет пробуждаемым «третьим глазом»; и особый исполнительский ритуал, символически связывающий Ваше Величество с Бездной. Идея этого исследователя — провести его как грандиозное оперное представление, воссоздающее создание Мардоком Класса Владыки… но я могу придумать и другие варианты.
— Какие, например?
— Поскольку каждый прежний Владыка был Повелителем Тьмы, полагаю, Ваше Величество могло бы достичь того же результата, ритуально воссоздав одно из их самых громких злодеяний вместо одного лишь создания Класса Мардоком, — ответил Душар. — Любое преступление прежнего Владыки.
Например, как мой отец задушил свою беременную жену? Или Гаргаут, истребивший собственную расу? Или Мардок, поработивший Бельземину? Ни один из этих вариантов нисколько не радовал Саймона. Оперная идея казалась наименее злодейской возможностью, но сейчас у него не было времени её устроить. А ещё вопрос с кристаллом миазмов…
Если повезёт, Саймон мог обойтись ядром своего запасного убежища в Подземелье. Если нет… если нет, придётся где-то его раздобыть. Зодиакальные Демоны, вероятно, слишком опасны для использования — учитывая риск одержимости или того, что они подставят его из чистой ненависти к Мардоку, — но другие могущественные создания Тьмы часто оставляют после смерти кристалл миазмов. Алхимическое снадобье по сравнению с ними, вероятно, будет самым простым компонентом.
Так или иначе, пока Саймон был по горло занят «Паутиной», и время для дальнейших исследований ритуала ещё оставалось.
Должен был существовать и другой вариант, который он пока не рассмотрел.
Вскоре после встречи с семьёй Гонориус Саймон попросил Бельземину вызвать его обратно в Вальн. Помимо того что их присутствие наполняло его всепроникающим чувством скорби, он пока не смел рисковать, надолго отлучаясь из Розанны, — как бы «Паутина» чего не задумала.
Впрочем, со временем Саймон собирался вернуться в Теллурию. Познания Душара в области душ должны были помочь ему отточить собственное ремесло, а теперь его уровень был достаточно высок, чтобы Беспрекословный Правитель умиротворил Гектора. Некоторые из его новых клейм могли бы дополнительно стабилизировать мясного голема и, возможно, даже позволить ему до определённой степени вернуться в общество.
Бельземина вызвала Саймона обратно в его кабинет внутри круга, начерченного её собственной кровью. На этот раз в нём не было барьера, удерживающего его, но Саймон всё же заметил фигуру, притаившуюся в тени за спиной Бельземины.
— Невероятно… и очень хитро. — Голос Шёлк заставил Бельземину вздрогнуть — она явно не заметила её присутствия. Впрочем, Саймон и не рассчитывал сохранить эту конкретную тайну от «Паутины», учитывая, что та, скорее всего, держала его под постоянным наблюдением… — Я не знала, что Владыку можно так вызывать.
Это была Шёлк, но не та, с которой Саймон имел дело до сих пор. Разницу выдавала её улыбка. Это была та Шёлк, что проводила его в Бужан, — болтливая… а это могло означать лишь одно.
— Мы подтвердили твои слова, так что Принц сдержит своё обещание, — сказала она с усмешкой. — Тебе пора познакомиться с Ткачами.