Захват имперских институтов Партией Войны прошёл стремительно и беспощадно.
Вслед за вызовом всех важных сановников в Фрайтвол начались сотни арестов, и ни Эвфемия, ни Мастемо не посмели им воспротивиться. Эльфийских заговорщиков, агентов «Паутины» и прочие неблагонадёжные элементы без промедления доставляли в казематы Фрайтвола для заключения и допросов. Сёстрам Мальфас и их мужьям разослали угрозы, подкрепив их к тому же силой Луи. Одетт Кано отозвали, чтобы назначить новым Лордом-казначеем и Торговцем: Саймон ещё в прошлом правлении убедился, что она станет превосходной заменой, к тому же она добилась немалых успехов в поисках затерянного города Рапта для своей экспедиции. Тем временем Душар, Кассандра и Гектор должны были сопровождать делегацию Дассейна и привезти ему чрезвычайно полезный дар.
Расследование Эвфемии, разумеется, подтвердило собственные «находки» Саймона, и в действие тут же привели план по уничтожению Чердака: силой привязать фетча к демону, чтобы тот открыл двери, а затем наводнить измерение стадом взрывающихся козлов-мучеников. Крошечное карманное измерение Вальравна стремительно схлопнулось, как случалось уже не раз, а империя объявила награду за большинство Ткачей. Лишь Вольтобаута избежал облавы.
— Должна признать, меня поразили твоя скорость и эффективность, Саймон, — заметила Лориана, когда они с Шабрам предоставили ему отчёт перед заседанием Высокого Совета. — Но всё же… Зачем тебе столько коз и коров? Ты планируешь расширить замковый зверинец?
— Элитная гвардия одержимых демонами коров и коз вселит ужас в сердца наших врагов. Четвероногие последователи ещё ни разу его не подводили. — Думаешь, с другими животными результат был бы лучше?
— Со временем я познакомлю тебя с нашей программой боевых зверей, — спокойно ответила Лориана. — С твоими результатами не поспоришь. Словно ты годами готовился к восхождению.
Так и есть. — Мы просто отличная команда, сестра, хотя не стану отрицать, без ошибок не обошлось, — заметил Саймон, просматривая отчёт. — Значит, в Наварре и впрямь была зарыта летающая пирамида.
— Наши разведчики и геоманты увидели, как она взлетела, едва начались раскопки, — подтвердила Шабрам. — Местные дирижабли сбили, когда те попытались перехватить её над побережьем. Наши провидцы полагают, что она уйдёт через открытый океан, а затем направится к Музе.
Мы просчитались со временем. Подозрения Саймона оправдались: летающая пирамида, напавшая на него в прошлом правлении, была логовом Хрома Круака в Наварре, и тот не побоялся сняться с места при первых же признаках обнаружения. Раз уж она на ходу с самого начала моего правления, захватить её можно только проникновением внутрь.
— Должно быть, это механизм времён до Погибели, — нахмурилась Лориана. — Я отправлю ещё исследователей осмотреть этот район. Под песками пустыни наверняка скрывается что-то ещё.
— Возможно, — согласился Саймон. — Луи уже вернулся из Магволии?
— Вернулся, — подтвердила Шабрам. — Герцог Флорос и герцогиня Элигос сдались без боя.
Отлично. Герцог Флорос доставил ему немало хлопот, когда Саймон заключил союз с Эвфемией ради защиты его жены-эльфийки, однако он поддерживал Партию Войны, и вид постучавшего в его двери Луи быстро растолковал ему всю глупость сопротивления аресту. Что же до Жюстин, она всегда соглашалась на мягкие условия, позволявшие сохранить жизнь племяннице и привычный роскошный образ жизни.
Со сторонниками Партии Церкви сладить могло оказаться чуть сложнее, но заверения в сохранении власти, если они склонят колени, вкупе с угрозой пополнить списки врагов народа в случае отказа должны были заставить их покориться.
Двери в зал Высокого Совета распахнулись, и вошли сразу несколько человек. Луи прошествовал внутрь поступью завоевателя, ведя за собой Дассейна, тогда как Эвфемия и Мастемо выглядели куда более подавленными. Одетт Кано, как новенькая, держалась особняком и села рядом с Шабрам и неизменно безмолвной Бельземиной.
Наконец вошёл Моблан со своей дочерью. Хотя Командир выглядел суровым как обычно, Саймон всё же уловил в его взгляде проблеск воодушевления; Анна же с опаской поглядывала на доспехи Владыки, надетые на Саймона.
Тебе незачем бояться, Анна. Теперь ты в безопасности. Саймон позаботился о том, чтобы в этом правлении ни Дева, ни пауки не дотянулись до неё когтями, и он не собирался повторять ошибок, которые привели к их разрыву в Академии. На этот раз я сделаю тебя счастливой.
— Дядя, Анна, — поприветствовал их Саймон. Он заметил, как его бывшая возлюбленная слегка напряглась, услышав его голос, доносящийся из-под доспехов. — Надеюсь, перелёт прошёл благополучно.
— Всё прошло хорошо… и неожиданно. Анна разглядывала новый третий глаз на шлеме Владыки. — Это что-то новенькое. И очень жуткое.
— Мы прибыли так быстро, как только смогли, учитывая обстоятельства. Моблан кивнул семье Магнос. — Примите мои соболезнования.
Луи даже не попытался притвориться: — Побереги их для кого получше, дядя. Сомневаюсь, что наш отец стал бы оплакивать тебя.
— Луи, прекрати, — осадила его Лориана. Она и Моблан были единственными за столом, кто действительно тосковал по отцу, и Саймон сомневался, что это продлится долго, стоит ей найти кости своей матери.
Эвфемия прищурилась, глядя на Анну, а затем на Моблана: — Зачем ты привёл сюда дочь?
Моблан уклонился от её взгляда и встретился глазами с Саймоном: — Я счёл, что ей подобает занять место в совете, учитывая предложение Его Величества.
— Разумеется. Саймон указал на место слева от себя. — Анна, садись сюда.
Хотя это и было великой честью, Анна подчинилась без особого восторга. Саймон догадался, что на неё свалилось слишком многое разом, и из уважения решил выделить её на этом заседании.
Впрочем, им в любом случае предстояло обсудить множество других тем.
— Приветствую вас, лорды и леди, на первом заседании Высокого Совета нынешнего правления. Собрание вышло скромнее того, с которого началось правление Саймона вместе с Эвфемией, поскольку Луи оставался маршалом, но Саймона это вполне устраивало. — Как вам всем уже известно, мой отец был сражён в собственной постели эллюзийскими агентами при содействии преступного заговора «Паутины», куда входил и наш собственный Лорд-казначей, чьё место пока займёт леди Одетт Кано. К счастью, я унаследовал Класс Владыки и тайные сведения, чтобы направить империю по верному пути.
— Мне до сих пор с трудом верится, что наш отец погиб, — признался Дассейн. — Я никогда не доверял Патриату, но подумать только, что он был замаскированным эльфом…
— Он обманул всех нас, как и его сёстры, — констатировала Эвфемия. — Мальфас признался в контрабанде оружия, которым было совершено преступление, к тому же внутри замка мы обнаружили множество порталов демонического происхождения. Этот заговор мог стоять и за некоторыми другими ранее нераскрытыми преступлениями.
— Подозрительно много заговорщиков принадлежало к Партии Войны, — заметил Мастемо, направив зеркальную маску прямо на Луи. — Неужели вы и вправду не ведали о покушении на жизнь Его Величества, Ваше Высочество?
— Будь уверен, жрец, я наведу порядок в собственном доме, начав с герцога Флороса. — Луи улыбнулся Анне. — Мы найдём партию получше для твоей служанки, Анна.
— Это… хорошо, — ответила Анна, прочистив горло. — Что с ними будет?
— Чьи-то головы должны слететь с плеч, — предложила Лориана. — Нельзя оставлять цареубийство безнаказанным, иначе это спровоцирует новые покушения на жизнь Саймона.
Она не требовала казни Луи, когда обвиняли его самого, но Саймон не держал зла на сестру. Пока что он помалкивал и наблюдал за Луи, желая увидеть, как тот поведёт себя на политической арене.
— Насколько я могу судить, что касается смерти нашего отца, сёстры Мальфас виновны главным образом лишь в сокрытии своего эльфийского происхождения, — сказал Луи. — Однако я убеждён, что в ближайшем будущем они планировали нападение на Исследовательский центр Гоетии.
Саймон промолчал, а Лориана спросила: — С чего ты взял?
— Они скупали земли вокруг него и собирали многочисленные свиты. Полагаю, они рассчитывали использовать их как плацдарм для вторжения с запада и парализовать наше производство Крестонов, когда настанет подходящий момент. Луи был проницателен, как всегда. — Если допросы подтвердят мои подозрения, нам следует истребить их, а земли перераспределить в более достойные руки.
— Нет, — к всеобщему удивлению решил Саймон. — Я предвидел, что леди Элигос можно склонить на нашу сторону, если мы пощадим её сестру и племянницу.
Лориана нахмурилась: — Она предаст Оракула?
— Как я уже говорил вам ранее, в рядах Белого Единорога нет согласия по поводу её главенства, а леди Элигос пришёлся по вкусу образ жизни, который способна предложить ей наша империя. Насчёт дома Флорос я не столь уверен, но живыми они принесут нам больше пользы, чем мёртвыми.
Луи усмехнулся: — Тебе следовало бы строже обходиться с предателями и несостоявшимися цареубийцами, брат.
Невероятная наглость этого человека просто поражала. — Их лишат титулов, а земли перейдут более достойным наследникам, — отрезал Саймон и велел Шабрам раздать папки с документами. — Теперь, когда заговор раскрыт, перед нами стоят четыре главные угрозы: наследники Гаргаута, Эллюзия с её Оракулом, «Паутина» и Зодиакальные Демоны, которые принесут Вторую Погибель. Их уничтожение станет нашей первоочередной задачей.
— Что касается Оракула, мы подтвердили, что Перк Вашего Величества Анафемская Скрытность распространяется и на леди Огнежезл теперь, когда она присоединилась к вашей Системе Группы, — произнесла Шабрам к немалому изумлению собравшихся. — Она неуязвима для всех доступных нам форм прорицания.
— Это всё меняет, — с осторожным воодушевлением произнесла Лориана. — Прежде нам приходилось прибегать к масштабным контрмерам лишь для того, чтобы ограничить радиус прорицаний Оракула. Распространив эту защиту на высших сановников, мы сможем действовать так, как Эллюзия и ожидать не может.
Луи не терял настороженности: — Интересно, почему наш отец никогда не применял эту способность к нам?
— Может, и применял, только не к нам, — сухо отозвалась Эвфемия. — Он не хотел, чтобы мы затмили его или рискнули бросить ему вызов.
— Перки Класса могут меняться в соответствии с чаяниями и восприятием народа, — возразил Мастемо. — Версия Класса Владыки у Его Величества может отличаться от той, что была у его покойного предшественника.
— Как бы то ни было, у меня всего пять мест в Группе, и одно я обязан оставить за Огнежезл, поскольку она ценная заложница, — сообщил совету Саймон.
Бельземина подняла голову: — Я, Ваше Величество?
— Я пока сам до конца не понимаю почему, но вы чрезвычайно ценны как заложница против Оракула, именно поэтому мои предшественники держали вас при себе.
— Мальфас собирался похитить её перед запланированной бомбардировкой Фрайтвола, — добавила Эвфемия, прищурившись на Бельземину. — Должно быть, она как-то связана с Оракулом кровным родством.
— В любом случае мы сможем решить, кто получит защиту моей Анафемской Скрытности, чуть позже, — сменил тему Саймон. — Давайте вернёмся к главному вопросу: как расправиться с нашими многочисленными врагами.
Реакция Высокого Совета на эти документы мало чем отличалась от прошлого раза, когда он их показал: недоверие, шок от присутствия лича и демона, погребённых под замком Каркас, — Анна выглядела особенно потрясённой, — и растерянность относительно того, как лучше задействовать ресурсы империи для борьбы с ними.
Однако присутствие Луи внесло оживление, когда тот предложил свежее решение их многочисленных проблем.
— По-моему, всё предельно просто, — с абсолютной уверенностью и каким-то зловещим воодушевлением произнёс он. — Мы убьём их всех.
Кто бы сомневался, — подумал Саймон, прежде чем ответить: — Всё не так просто, брат.
— Могло бы быть. Луи отложил папку в сторону. — Насколько я понял, иерархия угроз выглядит так: отродье Гаргаута в Теллурии, «Паутина», Эллюзия с её союзниками и, наконец, эти Зодиакальные Демоны. Я предлагаю перебить их именно в таком порядке, чтобы накопить достаточно опыта для расправы со следующим по списку.
— Ты ничего не понимаешь, безумец, — огрызнулась Эвфемия. — В своих видениях я узрела масштаб опустошения, которое принесёт эта Чёрная комета. Она разорвёт эти земли на части.
— К тому же, сколь бы горячо я ни поддерживал безопасность нашего полушария, уничтожение «Паутины» и Эллюзии вынудит нас вторгнуться на западный континент и в саму Эллюзию, — добавил Моблан. — Нас ждёт лишь разрушительная война. Погибнут тысячи, если не миллионы.
— Но те, кто выживет, достигнут небывалых высот, — возразил Луи. — Наши воины испытают себя в битвах с врагом и поднимутся в уровнях. Один боец 60-го уровня будет стоить целого полка бесклассовых солдат.
— Империя едва способна наскрести людей и средства, чтобы удержать уже имеющиеся территории, — указал Мастемо. — Мы не можем позволить себе ещё одну войну.
— Можем и позволим, едва призовём в свои ряды племена вроде перевертышей и свернём бессмысленные проекты вроде этой Операции «Глубинная земля». С губ Луи эти слова сочились неприкрытым презрением. — Замысел моего отца всем хорош, да только исходит из того, что мы проиграем. Нам ни к чему будут бункеры, если мы победим.
Дассейн скрестил руки на груди: — Нам нужны не толпы и не убежища, брат, а Благородные классы. Мы должны собрать недостающие Благородные Крестоны, чтобы одолеть Демонов, начиная со Зверя.
— Верно, — согласился Саймон. Собственный опыт со Святилищем и прочими битвами научил его, что низкоуровневые бойцы в сражениях с по-настоящему грозными противниками — не более чем балласт. Ему требовалось вновь собрать Благородных Героев, чтобы одержать верх над Парадом.
План Луи был невероятно жестоким и беспощадным, но в нём крылся свой извращённый смысл. Собственный уровень Луи во время гражданской войны взлетел до небес, и Саймон, без сомнения, мог бы вознести свою семью на новые высоты, увеличив приток получаемого ими опыта. Война против Эллюзии могла позволить им купить необходимую силу ценой эльфийской крови.
Или же… или же они понесут потери, и в распоряжении Саймона окажется куда меньше высокоуровневых обладателей Благородных классов, которых можно было бы бросить против усиленных Зодиакальных Демонов. Война была сродни открытию двери в тёмную комнату. Случиться могло всё что угодно. Да и личности вроде Альционы и Вольтобауты вряд ли пойдут на союз с Эндимионом, если дирижабли империи осадят их родину или союзников.
С другой стороны, Оракул ясно дала понять, что не согласится на мир, так что подобное столкновение в любом случае могло оказаться неизбежным…
Эвфемия свирепо уставилась на него: — Только не говори мне, что ты всерьёз раздумываешь воплотить это безумие.
— Я должен рассмотреть все варианты, — ответил Саймон. По крайней мере, он склонялся к тому, чтобы не отменять Операцию «Глубинная земля», поскольку понятия не имел, на что способны некоторые из усиленных Зодиакальных Демонов.
Астерион умудрился ударить по Абраксасу с земли, Шин-Дразил затопил континент, а Эксодеос обратил целые части света в небытие. Они могли причинить Бримиру немалый ущерб, даже если Эндимиону удастся одолеть их за считанные дни после пробуждения, да и возвращение кометы в любом случае нанесёт земле страшный урон.
— Пока что мы обезопасим наши границы и соберём все кристаллы Зодиакальных Демонов, до которых сможем дотянуться, — распорядился Саймон. — Эвфемия, Дассейн, Моблан, вы разберётесь с Вивр Ашмодай, захватите её брата Касвала, вернёте Ларец Миров и возьмёте под контроль древнюю столицу киши, чтобы в должное время мы смогли извлечь её кристалл. Я предоставлю помощника из народа киши, чтобы открыть хранилище.
Саймон был уверен, что обрёл достаточно сил, чтобы одолеть Вивр, однако предпочёл избежать личного столкновения с ней по нескольким причинам. Во-первых, он не был до конца уверен, что справится в одиночку, а делить опыт было слишком накладно; во-вторых, он получит уровни за её убийство лишь однажды, а Вивр имела обыкновение стремительно набирать мощь от правления к правлению. Он предпочёл бы сорвать этот плод на той временной линии, где тот достигнет полной зрелости. Наконец, Саймону требовалось больше тренировок для оттачивания своего боевого стиля. Ему нужно было довести имеющиеся способности до совершенства, чтобы сражаться на пике своих возможностей.
Да и… он просто не чувствовал себя готовым вновь встретиться с Вивр лицом к лицу. Воспоминания об их прежнем союзе оставались чем-то вроде фантомной раны — точно так же, как когда-то терзали его воспоминания о времени, проведённом с Анной, Эолой и Кассандрой.
— Разумеется, это может подождать до вашей свадьбы, — произнёс Саймон. — Мы могли бы сыграть её двадцать четвёртого нивоза, одновременно с моей грядущей коронацией.
Моблан и Эвфемия переглянулись. — Разумнее было бы повременить, — прокашлявшись, ответил первый. — Женитьба на вдове названого брата столь скоро после его кончины может вызвать кривотолки.
— Согласна, — без особого энтузиазма отозвалась Эвфемия. Она ждала этого годами и вполне могла потерпеть ещё немного.
Не такого рвения я ожидал. Впрочем, они были зрелыми людьми, и тень Бальзама Магноса всё ещё нависала над ними. Хочется верить, поход против Вивр поможет преодолеть эту пропасть.
— К тому же… Моблан метнул взгляд на Саймона и Анну. — Я предпочёл бы не затмевать другой, куда более важный союз.
Анна неловко заёрзала на стуле, а Саймон пока закрыл эту тему: — Мы обсудим это позже наедине, дядя.
Моблану это пришлось не по вкусу, однако разговор быстро перетёк на другие темы: от поисков кристалла Альгозоа в Уйо до организации помолвки между Дассейном и Сатин ради раскола сторонников Белого Единорога в Магволии. Было решено, что Моблан, Дассейн, Анна и Лориана также вступят в Группу Саймона: первые двое — ради успеха теллурийской кампании, вторые двое — для защиты от возможных нападений «Паутины» или Эллюзии. Люди вроде Эвфемии и Луи попросту пока не доверяли ему свои личные характеристики, и это удручало: Оракул несомненно пришла бы в ярость, потерпи она неудачу при попытке узреть наследного принца.
Под конец Луи едва ли не в ультимативной форме потребовал отменить законы о рабстве перевертышей в Теллурии и вместо этого поощрять их рекрутирование в армию: — Ассимилировать регион станет проще, если его жители почувствуют, что смогут стать гражданами. Их природную агрессию лучше направить против наших врагов, а не против наших войск.
— Согласен, и у меня как раз есть на примете идеальный человек, способный убедить перевертышей, — сказал Саймон. Заседание подошло к концу, и он отпустил почти всех. — Анна, ты не задержишься на минутку?
Его бывшая возлюбленная едва заметно кивнула и осталась, когда остальные советники покинули залу. Саймон снял доспехи, чтобы успокоить её, и спросил: — Как ты держишься?
— Слишком уж много всего навалилось разом, Саймон, — со вздохом призналась Анна, после чего встретилась с ним взглядом. — И больше всего — то, как переменился твой характер.
Разумеется, она заметила. — Это всё ещё я, Анна, — успокоил он её в надежде избежать того кошмара, что приключился в Белете несколько правлений назад. — Просто я стал могущественнее и осведомлённее.
— Дело не только в этом, Саймон. Ты помыкаешь такими людьми, как Луи и Эвфемия, ни на секунду не сомневаясь в их повиновении, ты видишь будущее и глазом не моргаешь, когда Луи предлагает вырезать тысячи людей. Твой Класс изменил тебя. Она усмехнулась. — Отец сказал, что это ты предложил наш брак. Прежде ты ни за что не был бы столь дерзок.
— Верно, но разве это так уж плохо? Неужели перспектива стать императрицей тебя не прельщает?
Анна тихо вздохнула: — Ты мне нравишься, Саймон, но признаюсь: известие о том, что мне, возможно, придётся выйти за тебя замуж, стало настоящим потрясением. Я надеялась, что у меня будет выбор.
— Он у тебя есть, — ответил Саймон. — Я не стану тебя принуждать.
— Правда? — Анна с явным скептицизмом вскинула бровь. — То есть, если я скажу, что предпочту выйти за Дассейна или Таласа, нежели сидеть на твоих багряных коленях, ты согласишься?
— Да, хотя, признаться, сомневаюсь, что у тебя что-то выйдет с кем-то из них. Это, по крайней мере, вызвало у неё смешок. — Это усложнит дело, но я уверен, что смогу склонить твоего отца на свою сторону и другим путём.
Анна внезапно погрустнела: — Значит, ты хочешь жениться на армиях моего отца, а не на мне.
— Я предпочёл бы жениться на тебе и на армиях твоего отца. Саймон взял её руку и поцеловал. — Я жадный человек.
— А ещё дерзкий и обаятельный. Анна слабо улыбнулась. — Но мы оба знаем: ты не женился бы на мне, не будь моим отцом Командир.
— Ты ошибаешься. Я всё равно женился бы на тебе, будь ты из бедной семьи, ведь ты была одной из немногих, кто проявил ко мне доброту, когда мне нечем было ответить взаимностью. Саймон всегда будет благодарен ей за это. — Но… признаю, многое действительно изменилось. Теперь дело уже не только в моих желаниях.
— Теперь ты Владыка, — признала Анна. — Государство всегда будет на первом месте.
— Это не значит, что мы не можем быть счастливы вместе. Он погладил её по волосам, и она не стала противиться. — Тебе не обязательно отвечать прямо сейчас. Я знаю, что ты планировала поразвлечься в Академии и насладиться жизнью, прежде чем остепениться. Ты всё ещё можешь это сделать.
— Если я так поступлю, Антонина или какая-нибудь другая выскочка спустит меня с лестницы, чтобы расчистить себе путь в твою спальню.
— Тогда я смогу возместить тебе эту потерю, — поддразнил её Саймон.
— В одиночку? Анна рассмеялась с озорным огоньком в глазах. — Получение этого Класса сотворило чудеса с твоей уверенностью в себе, но как мне проверить её на деле?
— Очень просто. Он призвал из своего Инвентаря недавно созданное ожерелье с амулетом и надел ей на шею. — Просто позови меня, и я откликнусь.
На этот раз между ними всё сложится как по маслу.
Примечание автора: всем привет, просто к сведению — скорее всего, я возьму недельный перерыв с 24 по 28 августа. Моя мама заканчивает курс химиотерапии, и семья берёт её в круиз, чтобы помочь отвлечься. Примерно за неделю я ещё напомню об этом ;)