Как?!
Как Луи удалось сбежать?
Этот вопрос не выходил у Саймона из головы, пока он наблюдал, как маги, учёные и дознаватели проверяют каждый дюйм покоев кронпринца. Эвфемия, Лориана и Шабрам тоже были здесь, и первая полностью разделяла досаду мужа.
— Почему? — Хотя синяки после ссоры быстро сошли, лицо Эвфемии теперь покраснело от гнева. — Почему никто не поднял тревогу?
— Похоже, стражу вывели из строя почти мгновенно, ещё во время церемонии коронации, — с виноватым видом ответила Шабрам. — Новая смена обнаружила их лишь полчаса спустя.
Все стражники и демоны, которым он поручил присматривать за кронпринцем и его покоями, оказались либо усыплены, либо погружены в тот самый временной стазис, какой Эвфемия применила против него самого в одном из прошлых правлений, — без сомнения, потому, что их гибель насторожила бы Саймона через Дьявольские Клейма. Это указывало на тщательно подготовленную операцию с предварительной разведкой.
И всё же я должен был почувствовать вторжение, — подумал Саймон. Перк Владыка Демонического Замка сразу же предупреждал его, стоило кому-то проникнуть во Фрайтвол. Мысль о бреши в собственном всеведении тревожила его.
Хотя вопрос о том, как это произошло, оставался загадкой, Саймон прекрасно понимал, кого стоит за это «поблагодарить». Стражники, которых он отправил по следам замеченного в соборе подозрительного типа — тот проник на церемонию под видом помощника посла Музы, — так никого и не нашли. Насколько все могли судить, после свадьбы он просто исчез.
На моей коронации точно присутствовал Берт или Верни. Едва вступив на престол, Саймон сразу же приказал нанести удар по «Паутине»: захватить все известные двери Чердака и объявить награду за головы Ткачей, за исключением Вольтобауты. Следовало ожидать от них ответного удара. Они хотели отвлечь меня, пока помогали Луи сбежать?
Он знал, что надо было убить Луи на месте, к чёрту последствия. Обещание брата не предавать его и не вмешиваться в его правление всегда звучало фальшиво.
— Леди Барбатос и всех бывших сообщников кронпринца сейчас допрашивают, но у каждого из них есть надёжное алиби, — сообщила Шабрам. — Я подозреваю вмешательство третьей стороны.
— Плут, — произнёс Саймон. Шёлк раз за разом с лёгкостью обходила все его меры предосторожности. — Это сделал Плут.
— Классы Плута действительно могли обойти охранные чары и магическую сигнализацию, — согласилась Лориана, поглаживая подбородок. — Но как они вывели Луи наружу?
— Луи не мог нарушить Домашний Арест, не активировав штраф, — возразила Эвфемия. — Покинь он свои покои, на него обрушились бы изнуряющий дебафф и тяжёлый урон. И я тоже получила бы оповещение, даже если бы они каким-то заклинанием умудрились снять эффект.
— Если только… — тревожная мысль закралась Саймону в голову. — Если только технически он не покидал покоев.
Эвфемия нахмурилась, глядя на него, но быстро поняла, к чему он клонит: — Ты говоришь об этой телепортационной сети Чердака?
— Да. — Саймон окинул взглядом покои Луи: двери вели во внешний коридор, личный кабинет, уборную и так далее. — Твой Домашний Арест охватывал каждое помещение внутри этого пространства. Если предположить, что один из этих входов был скомпрометирован ещё до того, как ты наложила чары, и Луи шагнул в него, считалось ли бы это нарушением условий нашего договора?
Мрачный взгляд Эвфемии говорил сам за себя. — Нет, — признала она. — Если Чердак уже был связан с этими покоями и накладывался на них, мой Домашний Арест мог посчитать весь полуплан продолжением отведённого ему пространства.
А значит, Луи, скорее всего, просто шагнул на Чердак и всё ещё находился внутри, что и объясняло, почему их прорицания не смогли определить его местонахождение. Без сомнения, «Паутина» сейчас искала способ снять висящий на нём штраф, либо же они планировали выпустить его из карманного измерения где-нибудь далеко отсюда.
Мой Владыка Демонического Замка предупреждает меня, только если нарушитель физически проникнет во Фрайтвол, — подумал Саймон. Так что человек, стоящий на пороге двери Чердака, не вызвал бы срабатывания перка и при этом мог творить заклинания прямо в комнату. На такое были способны Хром Круак или Верни, а Шёлк и вовсе могла проскользнуть внутрь, не подняв тревоги.
Он подозревал, что «Паутина» давно приглядывала за Луи. Тот сталкивался с Верни в Магволии, Ткачи определили его как возможного носителя для Зодиакального Демона Льва и даже заключили с ним союз в одном из прошлых правлений. Кроме того, Саймону всегда казалось странным, что Луи так быстро выследил его после того, как он сам в бытность свою лидером культа помешал Шёлк пленить Астериона.
Как долго у «Паутины» был тайный ход в его покои? Знал ли об этом Луи? Были ли они на связи ещё до убийства Бальзама или начали готовить его побег с самого первого дня?
Саймон с трудом сдерживал раздражение. Следовало ожидать, что Луи и «Паутина» могли контактировать ещё до начала самих правлений, и действовать соответственно, либо сразить лазутчика в делегации Музы прямо на месте, невзирая на последствия. Попытки действовать осторожно привели лишь к тому, что враги воспользовались его сдержанностью.
А главное — оставались ли у «Паутины» другие тайные ходы внутри замка? Саймон сомневался, что он был всего один, а значит, нельзя было исключать вероятность покушения в любой момент.
Та же мысль явно пришла в голову и Эвфемии. — Мы должны запечатать эти покои и уничтожить все двери, — тут же решила она. — «Паутина» может активировать порталы в любой момент.
— У меня есть идея получше, — предложила Лориана. — Позвольте мне изучить двери. Наши исследователи могли бы найти способ обнаружить другие скрытые проходы или заставить эти порталы открыться силой.
У Саймона сжались челюсти: — Думаешь, мы сможем силой вторгнуться на Чердак?
— Возможно, — ответила Лориана. — Пространственные врата почти всегда оставляют рубцы, которые затягиваются очень долго. Наши маги могли бы вскрыть их заново.
— В таком случае я позабочусь о том, чтобы у тебя были неограниченные ресурсы для этого проекта, — решил Саймон и сразу же начал раздавать приказы. — Шабрам, увеличь награду за головы всех Ткачей и каждого, кто связан с «Паутиной», кроме Некроманта, а затем поделись всеми собранными разведданными о них с Лором, Музой и Вальном. Я хочу, чтобы каждый головорез в мире знал: империя настигнет всякого, кто связан с нашими врагами.
— На Луи тоже стоит объявить награду, — предложила Эвфемия. — Он сбежал под покровом ночи, словно обычный преступник, и относиться к нему нужно соответственно.
— Его могли похитить, — неуверенно предположила Лориана, хотя по её тону Саймон понял, что она и сама в это не верит.
— Мы бы увидели следы борьбы, — ответил Саймон. Почему она хранила верность их старшему брату, невзирая на все его преступления? Любовь его сестры к семье была её самым благородным качеством, но порой она граничила с абсурдом. — Луи плюнул на наше милосердие, Лориана, и он поплатится за это. Я хочу, чтобы его вернули любой ценой, живым или мёртвым.
Он дал Луи шанс и поверил ему, но никогда больше не повторит этой ошибки.
Пожалуй, единственным плюсом побега Луи было то, что он дал Саймону удобный повод ещё крепче прибрать к рукам имперскую администрацию.
Все, кто мог быть замешан в его побеге — вроде Изабель Барбатос или бывших сообщников «Паутины» вроде Одетт Кано, — были обязаны принять набор Дьявольских Клейм, чтобы доказать свою преданность режиму. Он предлагал лишь стандартный набор из Лени, Похоти и Чревоугодия, чтобы иметь возможность высосать их насмерть или проверить их состояние в любой момент, но держал Клеймо Гордыни про запас. Помимо сопутствующего риска, Саймон уже осознал пределы верности, насаждаемой рабскими татуировками, и предпочитал привлекать новых подданных, подсаживая их на блага и силу, которые мог им дать.
Быть может, однажды он заклеймит и всю имперскую администрацию, когда придумает, как не позволить врагам использовать клейма против него самого, как это проделали Касвал-Ноденс и Моблан. Управлять империей определённо стало бы куда проще, имей он прямую связь со всеми чиновниками и если бы каждый просто исполнял его приказы.
Что же до тех, кто отказался…
— Сколькими протухшими душами наелся вдоволь добрый Гурман! — разглагольствовал Гурман, едва его ввели в залу Высокого Совета для доклада. Он сожрал всего лишь горстку упрямых сторонников Луи, но этого с лихвой хватило, чтобы запугать остальных и заставить их принять Дьявольские Клейма. — Столько предательских мыслей наполняет его брюхо! Как же они роптали на правление Вашего Величества и ждали дня, когда ваш брат вернёт себе Багряный Трон!
— И всё же ни один из них не был в сговоре с кронпринцем, — посетовала Эвфемия.
— Имперская разведка досконально проверяет прошлое каждого, кто ступает за стены Фрайтвола, Ваша Светлость, — произнесла Шабрам. — И хотя ошибки случаются, как с лордом Мальфасом, я сомневаюсь, что «Паутине» или Эллюзии удалось внедрить в наши ряды слишком много агентов.
Мастемо, казалось, больше всех злился из-за этой ситуации, но вовсе не обязательно из-за побега Луи. — Неужели нам действительно необходимо использовать этого зверя, Ваше Величество? — спросил он, соединив кончики пальцев домиком и всем своим видом источая отвращение при одном взгляде на Гурмана. — Эта тварь лишает своих жертв благословения Света и перерождения. Лишь немногие преступления заслуживают подобной кары.
— Это необходимое зло, — ответил Саймон, хотя слова Верховного Исповедника встревожили его. — Гурман… что происходит с душами, которые ты переварил полностью?
— Они становятся частью доброго Гурмана, Ваше Величество, — дурашливо отозвался шут. — Их воспоминания становятся моими воспоминаниями, частички вливаются в единое целое.
— Красивый способ сказать, что он пожирает их целиком и безвозвратно, — возразил Мастемо.
Лориана усмехнулась: — Даже за пределами сил вашего Света, Верховный Исповедник?
— Нет такой тьмы, которую Свет не мог бы пронзить, — дипломатично ответил Мастемо, хотя Саймон заметил, как напряглась его спина. — Впрочем, нам не следует делать его работу столь… трудной.
Короче говоря, кроме пустых надежд, он понятия не имел, как восстановить сожранную душу. Саймон устремил тяжёлый взгляд на шута и перевёл дух.
— Скармливал ли тебе мой отец тринадцать лет назад душу некой Дестры? — спросил он шута, пытаясь сдержать гнев.
Некоторые из советников бросили на него озадаченные взгляды, а мертвенно-жуткая ухмылка Гурмана быстро сползла с лица, стоило ему уловить враждебность в голосе господина.
— Да, Гурман, возможно, и съел чистую душу с таким именем… — Гурман тут же распростёрся ниц перед столом Высокого Совета, едва взгляд Саймона вспыхнул адским пламенем. — У доброго Гурмана не было иного выбора, кроме как подчиняться своему сюзерену, как он обязан подчиняться вам теперь! Знай он, что Ваше Величество станет новым Владыкой, добрый Гурман предпочёл бы умереть с голоду!
— Да, я понимаю… — Саймон стиснул зубы до боли. — Пошёл вон с глаз моих.
Клоун благоразумно ретировался без единого слова, метнувшись к дверному проёму…
— Гурман. — Шут замер, когда Саймон бросил ему последнее предупреждение. — Никогда не переставай быть мне полезным. Ты меня понял?
— Да, конечно, — ответил шут, ссутулившись так, словно пытался стать меньше. — Добрый Гурман слишком забавен, чтобы умирать.
Саймон подавил гнев, глядя вслед удирающему демону. Как бы сильно ему ни хотелось стереть его в порошок за то, что тот помог Бальзаму лишить его мать жизни и посмертия, способность Гурмана допрашивать души умерших и выживать в пустоте между временами была слишком ценной, чтобы ею разбрасываться.
Кроме того, если Мастемо прав и способ вернуть утраченную душу действительно существовал — пусть даже это граничило с чудом, — Саймон обязан был его отыскать. Тот факт, что сожранные Гурманом духи возвращались с началом нового правления, как минимум указывал на то, что это подчинялось линейному времени, невзирая на природу Бездны, попирающую всякую причинность.
— Саймон, — прокашлявшись, позвала Лориана. — Та женщина—
— Я расскажу тебе наедине, — сухо отрезал Саймон, лишив остальных советников всякого желания развивать тему. У него не было ни малейшего намерения обсуждать мать прилюдно. — Мы должны исходить из того, что у «Паутины» всё ещё есть одна или две двери Чердака — либо во Фрайтволе, либо в Мартроне. Их поиск и поимка Луи станут главной задачей Имперской разведки на ближайшее будущее.
— А что с Крестоном Воина? — поинтересовался Мастемо. — Он всё ещё у нас?
— Да, — подтвердил Саймон. Крестон по-прежнему был надёжно заперт в его Инвентаре. — Я очень рассчитываю со временем выследить по нему брата.
— Нельзя допустить, чтобы он вновь попал в руки Луи, — предупредил Моблан. — Возможно, Вашему Величеству лучше пока оставить Крестон у себя, чем передавать его кому-то новому.
— С предателем мы разберёмся в своё время, — произнесла Эвфемия, переходя к следующему пункту повестки дня. — Вы с нашим новым Маршалом закончили разработку теллурийской кампании?
— Да, закончили, — ответил Моблан. — Опираясь на разведданные, предоставленные Вашим Величеством, численность восстановленного нами флота дирижаблей и войска, выделенные для этого театра военных действий, я рассчитываю, что мы сможем подчинить большую часть региона за четыре месяца и окончательно обезопасить его ещё за три.
— Я возглавлю её лично, как только иностранные делегации отправятся домой, — решила Эвфемия. И хотя об этом было договорено с самого начала, Саймон невольно подумал, не ищет ли она повода побыть какое-то время вдали от него и столицы. — С Вивр я разберусь сама.
Саймон кивнул в знак согласия, прекрасно зная, что Судья без труда расправится с вирмом. У Вивр имелись связи с «Паутиной», так что её устранение или пленение нанесёт удар по их операциям.
За Анной мне тоже придётся присматривать повнимательнее, — подумал Саймон. В одном из прошлых правлений «Паутина» похитила её, едва прознав о её существовании и особой значимости, так что нельзя было исключать вероятность того, что они приметили её и во время церемонии коронации. Никакого риска допускать нельзя.
Он уже работал над созданием ожерелья, способного сотворить Зов Владыки, окажись она в опасности, но предпочёл бы ещё больше укрепить её охрану. Быть может, удастся убедить её вступить и в его группу? И пусть она не была высокого уровня, при должной подготовке её странные способности могли бы пригодиться в схватках с Зодиакальными Демонами…
Разговор перешёл на военные цели кампании, а затем коснулся выделяемых ресурсов. Силы армии и так были растянуты из-за новых завоеваний, но переброска соединений, приписанных к флоту дирижаблей, и войск с островов Бервик на теллурийский фронт должна была решить эту проблему. Одетт Кано уже заложила средства на эту кампанию в бюджет наряду с другими проектами, такими как Реестр Темнокровных. Саймон поручил эту задачу Душару и Жюстин Элигос в надежде, что те продвинутся в своих изысканиях и заодно добудут полезные сведения о том, как укрепить его способности Тёмного Провидца.
— …средства были успешно выделены на другие проекты, такие как добыча кристаллов в Тёмном лесу и защитные меры против Чердака, — подытожила Одетт, зачитывая свои отчёты. — Однако я столкнулась с непредвиденными трудностями в Операции «Глубинная земля».
— Какого рода трудностями? — спросила Эвфемия.
— Тщательно сопоставив записи предыдущей администрации со сведениями принцессы Лорианы, а также с разведданными, предоставленными присутствующими здесь генералами, я обнаружила огромные расхождения между выделенным бюджетом и реально потраченными суммами, — объяснила Одетт. — Отследив все построенные на данный момент хранилища, я подозреваю, что десять из них нигде не учтены. Мне не удалось найти ни единого их следа.
— Мой отец действительно держал как минимум одно хранилище в тайне, — произнёс Саймон. Доказательством тому служил Теллурийский Архив. Он ничуть не удивился бы, узнай, что Бальзам утаил от всех местоположение ещё нескольких. — Ты сможешь их отыскать?
— Я начала восстанавливать цепочку документов, но без целого отдела дознавателей это может оказаться долгим и утомительным процессом, — ответила Одетт. — Кроме того, я обнаружила, что огромные суммы выделялись на некий проект «Биограф», суть которого мне определить не удалось. Мой предшественник указал, что тоже понятия не имел, для чего он предназначался.
— «Биограф»? — нахмурилась Лориана. — Этот проект свернули много лет назад.
— И всё же ваш покойный отец продолжал направлять туда средства вплоть до своего убийства, — ответила Одетт, передавая документы Лориане. — Учитывая объёмы вложенных средств, я предположила, что речь идёт о каком-то передовом военном оружии?
— Нет, вовсе нет… это был проект Вассального класса Библиотекаря. — Лориана заморгала, вчитываясь в бумаги. — Полмиллиона золотых в год? Это же колоссальная сумма!
Это целиком завладело вниманием Саймона. — Что за Вассал?
— Наш отец верил, что Класс Библиотекаря способен извлекать информацию прямо из книги, — пояснила Лориана. — «Биограф» было кодовым названием Вассального класса, способного воспроизвести это умение.
Саймон весь подобрался: — Любой книги?
— Да. — Лориана вскинула бровь. — К чему этот вопрос?
Потому что это может объяснить, куда делась отцовская Бездонная Хроника, — подумал Саймон, и его пульс участился. Наконец-то зацепка.
— Что стало с проектом? — настойчиво спросил Саймон.
— Его закрыли после того, как мы разработали чертежи действующего прототипа, которые отец конфисковал, — ответила Лориана, возвращая бумаги Одетт. — Но судя по тому, что я читаю здесь, он на самом деле расширил масштабы проекта и увеличил финансирование.
— До учёных, работавших над этим проектом, всё ещё можно добраться?
— Возможно… — нерешительно ответила Лориана. — Помнится, отец разослал их на самые разные другие предприятия.
— Я могу выделить дознавателей на их поиски, но наши ресурсы на пределе из-за теллурийской кампании, охоты за принцем Луи и других контрразведывательных операций, — предупредила Шабрам. — Возможно, нам придётся расставить приоритеты.
— Я понимаю, — ответил Саймон. Проблем, требовавших решения, навалилось слишком много. Даже если ему не удастся отыскать Бездонную Хронику в этом правлении, все изыскания, проведённые сейчас, сократят поиски в следующем. — Сначала сосредоточимся на неотложных задачах, но любые подвижки в этом деле пойдут на пользу.
И впрямь, проверка счетов показала бюджет, способный содержать несколько имперских легионов, — чересчур щедрый для воссоздания одного-единственного Крестона, каким бы сложным тот ни был.
Неужели Бальзам Магнос пытался поделиться сведениями из своей Бездонной Хроники с кем-то со стороны?