Глава 43: Каменная Муза (3)
Весь полёт Элейн Мальфас оставалась безупречной придворной.
— Да не может быть, — сказал Саймон, и на его губах против воли возникла улыбка. — Отец и вправду сказал это прямо в лицо Таласу?
— Я не шучу, — ответила Элейн, слегка подстраивая свои слова, чтобы они звучали непринуждённее и менее изысканно. — Лорд Талас как раз закончил демонстрацию оружия, когда Его Величество фыркнул и произнёс: «Я дал тебе Крестон Берсерка, потому что думал, что даже мартышка сумеет им как следует пользоваться. Надо было послушать первый порыв и отдать его обезьяне». Я видела, как угас свет в глазах бедного мальчика.
Стыдно ли признаться, что, услышав это, Саймон расхохотался? Он разрывался между весельем и чувством вины. Даже если Саймон не питал любви к Таласу, их отец не заслуживал аплодисментов за то, что так ужасно обращался со своими детьми. — Мой отец не семьянин.
— Это и так заметно. — Затем она изобразила неловкость. — Наши дворяне — жестокий народ, и по отношению друг к другу, и к самим себе. Многие из их детей смотрят свысока на моего отца и на меня из-за нашего простого происхождения. Это… утомительно.
Играет на моих чувствах бастарда, чтобы вызвать сочувствие. Отмечено. — Боюсь, академия окажется не более гостеприимной. Может, нам стоит основать книжный клуб для низкорождённых.
— Или клуб оккультизма, — ответила она с лёгкой улыбкой. — Я в последнее время увлеклась астрологией.
— Какое совпадение… Не совпадение, — …я тоже. Какой у тебя знак?
Элейн Мальфас принялась рассказывать Саймону, что она Дева с удачливым восходящим знаком Минотавра, а затем принялась потчевать его своими убеждениями о том, что Зодиак способен глубоко влиять на судьбу человека и его совместимость с другими людьми. Надо отдать ей должное: она была учтива, вежлива и умела основательно подготовиться, прежде чем подступиться к своим жертвам. Образцовая придворная.
Короче говоря, Элейн Мальфас была двуличной, вероломной гадюкой, которая буквально сочилась ложью.
Пыталась ли она втереться в доверие лично к Саймону или использовать его как ступеньку, чтобы добраться до Луи? Тот факт, что её отец отправил её в академию лишь после того, как туда решил пойти наследный принц, указывал на вторую возможность, но Саймон пока не мог быть уверен.
Что я вообще знаю о доме Мальфас? — задумался Саймон. Только официальную версию.
История восхождения Патриата Мальфаса была широко известна. Он начинал банкиром и предпринимателем в Валендре, затем купил налоговую контору — обычная практика в провинциях, — а после оказался настолько хорош в своём деле, что получал повышение за повышением. Его таланты привели его к званию барона; это звание он затем использовал вместе с новообретёнными связями, чтобы выдать своих сестёр за влиятельных имперских герцогов, стать лордом-казначеем и получить Крестон Торгового Дворянина как символ должности. Его дочь Элейн стала плодом связи с дочерью другого торговца и была узаконена по просьбе отца… по крайней мере, так она рассказала Саймону.
В целом дом Мальфас являл собой сияющий образец имперской социальной мобильности, где талант мог открыть путь к вершинам знати, и служил для всех простолюдинов поощрением усердно трудиться во славу Эндимиона.
Зачем им вообще помогать эльфам нападать на столицу, если допустить, что их дом был замешан в этом нападении? Все их достижения и дальнейшее процветание зависели от того, выживет ли империя. Это просто не имело смысла.
Но, с другой стороны, у него были дела поважнее — да ещё и демонические. Саймон доверил Шабрам докопаться до сути дела Патриата, а сам сосредоточился на расследовании чёрной кометы и Зодиакальных Демонов.
Когда они прибыли в Теллурию и он наконец отделался от Элейн Мальфас, первым делом Саймон пригласил всех своих приближённых навестить Душара и его дочь, а затем в архиве раскрыл им свою сущность Владыки, как делал в прежние правления. Душар, Кассандра и Бельземина покорно предложили ему свою помощь, Леонард и Мередит преклонили колени, а Лоримор ползал у его ног, клянясь в вечной верности. Саймон терпел его выходки и ждал, когда тот закончит.
Но затем он сказал нечто, что полностью привлекло внимание Саймона.
— О Повелитель Бездны, о Змееносец, я всегда ваш верный слуга…
— Постой, постой, как ты меня сейчас назвал? — Саймон склонил голову набок, глядя на культиста. — Змееносец? Кто тебе это сказал?
— Моя муза! Моя муза рассказала мне о вас столько всего! — Лоримор едва ли не кричал от религиозного пыла. — Она так долго ждала вашего возвращения, о Повелитель Тьмы!
Саймон уже привык к безумию Лоримора и потому не уловил этой детали. — Если я правильно помню, ты встретил этого демона в Магволии?
— Да, в Тёмном лесу, среди переплетённых деревьев и извилистых троп! Она пела мне среди камней и мутных вод!
Саймон повернулся к Душару, который наблюдал за Лоримором с откровенным презрением. — Тёмный лес — это лес в Магволии, — спокойно пояснил старый некромант. — До Года Погибели там росло древо маны и стояло большое эльфийское поселение, но теперь всё прогнило от миазмов. Это место — источник Тьмы, кишащий чудовищами, и всё же многие глупые искатели приключений регулярно пытают там счастья, надеясь поживиться его забытыми богатствами. Несомненно, этот глупец возжаждал их и поплатился.
— Я слышала об этом месте от других солдат, Ваше Величество, — сказала Мередит. — Армия рассматривала возможность отправить туда экспедицию, но лорд Луи счёл, что это не стоит затрат. Демоны там выживают лишь благодаря плотным миазмам — как эльфам нужна мана, — и не могут покинуть этот край, так что почти не представляют угрозы, если их не провоцировать.
Саймон обдумал это. Он вспомнил, что в заметках отца Магволия упоминалась как место, где находится один из демонических курганов, который до сих пор оставался неучтённым. Неужели это…
Надо было проверить. — Лоримор, у меня есть для тебя задание, требующее астрономических расчётов. Агнес тебе в этом поможет.
— Ваше Тёмное Величество оказывает мне честь, о которой я и мечтать не мог, — взволнованно ответил культист.
— И тебе будет дарована сила, подобающая твоей службе. — Саймон раскрыл руку в латной перчатке и призвал клейма Лени, Чревоугодия, и Похоти. — Эти клейма даруют тебе различные блага, такие как увеличенный прирост опыта, иммунитет к яду, болезням и усталости или вечную молодость. Первое из них, которым мой отец уже наградил Душара, также позволит мне говорить с тобой телепатически на любом расстоянии.
— Любопытно… Я не знал, что Ваше Величество способен одновременно назначить столько вариантов клейма, — сказал Душар, поглаживая бороду. — От молодости я откажусь, но от защиты от усталости не отказался бы.
— Вот как? — удивился Саймон. — Я бы подумал, что ты первым попросишь этот дар, учитывая твой преклонный возраст.
— Ваше Величество — щедрый покровитель, но молодость затуманивает разум низменными инстинктами. Возраст заострил мою сосредоточенность и избавил меня от соблазнов. Я не тоскую по своим глупым юным годам. — Душар мрачно усмехнулся. — К тому же я надеюсь однажды превратиться в лича. Молодость понадобилась бы мне, только если бы мне не хватало времени завершить ритуал.
А ведь Саймон считал, что проявил толику мудрости. После катастрофической встречи с собственным предком ему совсем не хотелось иметь дело ещё с одним личом.
— Лично я хотела бы получить все три клейма, — скромно сказала Кассандра. — Если Ваше Величество соизволит меня благословить.
— Такие, как я и Лоримор, тоже должны воздержаться от благословения молодости, — предложил Леонард. — Не думаю, что перемены будут слишком заметны, но рисковать не стоит.
— Я возьму вечную жизнь, — ответила Мередит. — Я предпочла бы, чтобы мои навыки навсегда оставались отточенными, а я не настолько стара, чтобы это заметили.
— Резонно, — ответил Саймон, повернувшись к Бельземине. Он давно страшился этого мгновения, много раз репетируя его в голове. — Что до тебя, мне не нравится, что ты носишь клеймо прежнего Владыки. Я сниму с тебя Клеймо Гордыни моего предшественника и заменю его этими тремя.
Глаза Бельземины расширились от мгновенного ужаса и смятения. — Ваше Величество… Ваше Величество снимет моё клеймо?
— Тебе нужны лишь те клейма, которые я наношу сам, те, что отмечают тебя как мою собственность, — властно ответил Саймон, хотя и с неохотой. Ему нужно было снять Клеймо Гордыни, чтобы Вивр никогда не смогла использовать его против него, но так, чтобы это не вызвало сцены, как в прошлое правление. — Ты имеешь что-то против, Агнес?
Бельземине это явно не понравилось, но она лишь опустила голову в знак покорности. — Я слуга Вашего Величества во всём.
По крайней мере, на этот раз она не расплакалась и не сломалась, — мрачно подумал Саймон. Её кроткое принятие собственного рабства и то, что ему приходилось участвовать в её мучениях лишь ради того, чтобы её успокоить, тревожило его. Она всё ещё думает, что я намерен оставить её своей рабыней, и это её успокаивает.
Маленькими шагами, сказал он себе. Эола была права: лучшим его выбором было оставаться к ней добрым хозяином, пока её душевные раны медленно не затянутся и свобода не станет желанной возможностью, а не пугающей.
После того как Саймон очистил Бельземину от Клейма Гордыни, он нанёс собственные метки своим приближённым. Бельземине, Мередит и Кассандре были дарованы все три, тогда как остальные ограничились лишь Ленью и Чревоугодием .
Затем он приступил к раздаче распоряжений. Бельземина и Лоримор должны были по мере своих сил завершить астрономические исследования Бальзама Магноса о демонических курганах и подтвердить, действительно ли один из них находится в Тёмный лес; Леонард и Мередит должны были помочь ему присматривать за Луи и Элейн соответственно; а некроманты должны были продолжать обучать его путям Тьмы. В целом он намеревался провести это правление за исследованиями в Теллурии.
Но потом…
А затем он вновь повстречал Анну .
Саймон обнаружил её ждущей его в своей спальне, когда вернулся в академию вместе с Мередит и Леонардом.
Он этого ожидал. Она всегда была там вместе с Тиэллой, поджидая, чтобы удивить его… и он был удивлён, когда увидел двух незнакомцев, сидевших с ними за столом, улыбающихся и смеющихся.
— А, Саймон, — приветствовал его Луи с озорной улыбкой. По правую руку от него сидела элегантная молодая женщина, которую Саймон прежде не видел, с золотым кубком в руке. — Мы уже начали гадать, не сбился ли ты с пути.
— Ты слишком добр, Луи, — со смешком ответила Анна. — Мне следовало бы отчитать его за то, что он заставил нас так долго ждать. Какого наказания он заслуживает, Тиэлла?
— Может, сначала выслушаем его оправдание, — робко сказала Тиэлла.
— Ах да, верно. — Анна уставилась на Саймона с озорством в глазах. Он никогда не мог устоять перед ней, когда она так делала. — Что ты можешь сказать в своё оправдание?
— Я… я просто не ожидал увидеть тебя здесь, — сказал Саймон, и эта импровизированная ложь прозвучала в его голосе так слабо. Он наклонился вперёд, чтобы коснуться её губ, но за миг до соприкосновения осознал свою ошибку и свернул в сторону, поцеловав её в щёку.
Анна едва не расхохоталась. — Ты что, только что пытался поцеловать меня в губы?
— Нет, — выпалил Саймон, хотя имел в виду да. Сила привычек. — Я просто… отвлёкся.
— Моей красотой? — Анна усмехнулась ему. — Нам нужно будет найти тебе жену в этом году.
Она сказала это в шутку, но это ощущалось как удар в сердце. Всякая радость, которую Саймон ещё испытывал, видя её снова живой и невредимой, утонула в океане горечи. Он заставил себя сохранить каменное лицо и сосредоточиться на незнакомке в их компании. — Кажется, мы не знакомы, мисс…
— Изабель, — ответила женщина с учтивой улыбкой, которая, в отличие от улыбки Элейн, казалась совершенно искренней. Это была бледная красавица с длинными бледно-платиновыми волосами, собранными в высокий хвост, ниспадающий до самых бёдер, а пряди обрамляли её прелестное лицо. Её глаза были бледного лазурного оттенка, а вечернее атласное платье подчёркивало её изящные изгибы; что же до её белого горностаевого плаща, на нём красовался герб Дома Барбатос – поражённое молнией древо. — Рада познакомиться с тобой, Саймон. Луи отзывался о тебе с большой похвалой.
— Правда? — спросил Саймон, приподняв бровь. Он отметил, что Изабель не представилась по фамилии, хотя Дом Барбатос правил одним из крупнейших герцогств королевства. Он гадал, что она за человек. Он вспомнил, что Анна описывала её как милую и добрую, но в прошлые правления Луи увозил её прочь, так как сам не присутствовал, чтобы обеспечить её безопасность.
— Я хвалю, когда это заслужено, — ответил Луи с тонкой улыбкой. — Жаль, что Талас решил не присоединяться к нам.
— Милорд его спугнул, — съязвила его невеста. — Что было довольно подло с твоей стороны.
— Да, наш сводный брат почему-то предпочитает меня избегать. — Луи усмехнулся. — Сомневаюсь, что кто-то здесь будет скучать по его «природному обаянию».
— Вовсе нет, — ответила Анна, прежде чем представить свою служанку. — Саймон, позволь представить тебе Тиэллу Декарабию. Моя прекрасная спутница.
— Да, я… — Слово «знаю» замерло на языке Саймона. — Я слышал.
Луи одарил его тем острым, пронзающим душу взглядом, что был ему свойственен, затем поднялся на ноги. — Благодарю за гостеприимство, Анна, но, увы, мне пора удалиться. Работа не ждёт. — Он взглянул на свою невесту. — Изабель?
— Иду, милорд, — ответила Изабель, отставляя свой кубок. — Вино было восхитительным, Анна. Напомни мне как-нибудь познакомить тебя с винами моего края.
— Прошу, поклянись, что изучишь с нами Божественные Таинства, прежде чем уедешь, — взмолилась Анна.
— Конечно, Анна, — пообещала Изабель со смешком. — Я лучше разбираюсь в Тауматургии, чем в Молитвах, но я давно собиралась расширить свой репертуар.
— Я постараюсь посетить одно из заседаний твоего дуэльного клуба, — пообещал Луи Анне. Он остановился рядом с Саймоном и, проходя мимо, наклонился, чтобы прошептать на ухо своему сводному брату. — Забудь о них.
Саймон замер на месте. — Кого забыть?
— Полагаю, ты видел этих двоих в своих видениях? Иначе их вид не выводил бы тебя из равновесия так сильно. — Луи принял молчание Саймона за подтверждение. — Девушки, которых ты видел, – не те люди, с которыми ты встретился сегодня. Они – мимолётные миражи, иллюзии того, что могло бы быть. Они не более осязаемы, чем сны, и рассыплются в прах, как только ты бросишь вызов своей судьбе.
— Это не так просто, — ответил Саймон. Какая проницательность, и всего лишь по одному взгляду…
— Тогда усердно трудись. Ты никуда не добьёшься, если позволишь призракам управлять твоим разумом. — Кронпринц удалился с царственной уверенностью. — Прошлое уже написано, будущее всегда меняется, и значение имеет лишь настоящее. Тебе не помешало бы это запомнить.
С той ночи прошло три дня. Три мучительных дня, когда ему приходилось делать вид, что в академии всё в порядке, а вечера он проводил в архивах.
Потеря Эолы и эмоционального прогресса Бельземины жгли, но по сравнению с муками от ежедневного общения с Анной эта боль бледнела . Встречать её на занятиях, видеть, как она улыбается ему, будто между ними ничего не произошло — а с её точки зрения, ничего и не произошло, — становилось невыносимо. Ему приходилось сдерживать желание заключить её в объятия и поцеловать в губы каждый раз, когда она его приветствовала, а её шутки о том, как она засматривается на симпатичных студентов-парней, ранили сильнее пламени Касвала. Даже вид Тиеллы, с которой он сблизился во время правления на островах Бервик, оставлял его ныть от мрачного чувства утраты и пустоты всякий раз, когда она смотрела на него как на новичка, а не как на верного спутника.
Саймон всерьёз подумывал вовсе перестать ходить на занятия. Они изматывали его и мешали сосредоточиться.
К счастью, исследования отвлекали его достаточно хорошо. Он связался с Шабрам, и та подтвердила, что Бальзам Магнос примерно год назад приказал им установить наблюдение за Тёмный лесом, хотя так и не объяснил своих причин. Это место было кишащим монстрами логовом в глухом краю, и империя никогда не считала, что стоит тратить средства на отправку войск для его зачистки. К тому же оно находилось относительно недалеко от Исследовательского центра Гоетии, где империя производила большинство своих крестонов, а попытки Лоримора и Бельземины завершить астрономические расчёты Бальзама Магноса указывали на то, что демонический курган действительно расположен в тех краях.
Надо будет проверить это место, – подумал Саймон, наблюдая за крысой в клетке в компании Леонарда, Душара и Кассандры в архивах во время испытания. Он быстро убил животное заклинанием Токсин, а затем так же быстро собрал его душу, как поступил с душой Альфонса в прошлом правлении. В его руке появился чёрный кристалл миазмов — к ужасу Леонарда и изумлению некромантов.
— Изумительно, поистине изумительно, — с искренним интересом произнёс Душар. Он почти выхватил кристалл миазмов из рук Саймона, чтобы получше его рассмотреть. — Я знал, что Его Покойное Величество умел захватывать души, но мне никогда не выпадала честь наблюдать этот процесс лично.
— И это правда столь выдающееся достижение? — осведомился Саймон.
— Именно так, — спокойно подтвердила Кассандра. — Ваше Величество, возможно, не знает, но лишь могущественные существа Тьмы, такие как демоны или сильнейшие из вампиров, способны силой похищать души.
— Существует заклинание третьего ранга, способное запечатать душу в кристалл, как это делаете вы, Ваше Величество, но для него требуются и специально подготовленный сосуд, и согласие жертвы, — добавил Душар. — Заклинания, способные воспроизвести перк Вашего Величества, относились бы к восьмому или девятому рангу.
— Сила поистине ужасающая, — заметил Леонард. — Но мне любопытно, какая польза от души пойманной крысы.
— Предостаточно. Души можно использовать как валюту для торга с тёмными силами, для наполнения магических предметов силой, для поднятия могущественной нежити, для подпитки мощного колдовства или даже для компании. Я слышал, некоторые некроманты захватывают души менестрелей, чтобы те по первому требованию пели им любимые песни. — Душар кашлянул под негодующими взглядами Саймона и Леонарда. — Разумеется, это был чисто академический ответ. Наш единственный интерес — сохранить эти души от смерти ради того, чтобы открыть бессмертие для всех смертных существ.
— Не попробовать ли нам пересадить душу в новый сосуд? — спросила Кассандра отца. — Самка этой крысы беременна. Мы могли бы попытаться перенести эту душу в одного из нерождённых детёнышей, прежде чем в плод вселится новая душа.
— Блестящая идея, — похвалил дочь Душар. — Уверен, перенос души отца в тело сына повысит совместимость и подарит нам понимание реинкарнации. К тому же это будет повод достать из хранилища тот шлем для переноса разума.
— Уверена, мать тоже будет счастлива воссоединиться со своим партнёром, — спокойно добавила Кассандра, словно речь шла о погоде, а не об ужасающем эксперименте, совершенно не замечая гримасу отвращения на лице Леонарда.
Саймон почти обрадовался, когда в архив вошла Мередит, чтобы доложить, хотя хмурое выражение её лица быстро дало ему понять, что новости у неё недобрые.
— Как вы и предполагали, леди Элейн следит за нами и рыщет вокруг, — сказала Мередит. — Несмотря на мои попытки сбить её со следа, теперь я уверена, что она по крайней мере подозревает о существовании этого места. Я также заметила одну деталь, которая, полагаю, Ваше Величество сочтёт тревожной.
После кровосмесительной реинкарнации крыс это высокая планка, – подумал Саймон, прежде чем ответить вслух: — Продолжай.
— Её шаги не издают ни звука. Я уверена.
— Значит, она обученный шпион?
— Нет, — поправила его Мередит. — Её шаги попросту не издают никакого звука. Это не тренировка, это перк, верный признак вассального класса Плута.
Саймон прищурился. — Вроде кого, Диверсанта?
— Или Ассасина, — предположил Леонард. — Прикажете её арестовать, Ваше Величество?
— С этой незваной гостьей мог бы запросто произойти несчастный случай, — бесстрастно предложил Душар. — Эти улицы, в конце концов, небезопасны.
Саймон немедленно отверг эту мысль. Быть шпионом ещё не заслуживало смерти, если только не подтвердится её связь с заговором о бомбардировке Фрайтвола, а внезапное исчезновение дочери лорда-казначея привлекло бы слишком много внимания. Оно того не стоило.
Но, с другой стороны, если они продолжат действовать в этом районе, она неизбежно найдёт архив или начнёт его разыскивать. Шёлк научила его, что обладатель классов Плута может без труда проникнуть куда угодно. Оставаться в Теллурии, пока она активна, было серьёзной угрозой безопасности.
И всё же… действительно ли ему нужно оставаться в Теллурии?
Эолы больше нет, Касвал, вероятно, мёртв, а Луи сам будет охотиться за Вивр. Все угрозы в регионе уже устранены или вскоре будут устранены. Анна и Тиелла в безопасности, а Шабрам могла бы присматривать за Домом Мальфас вместо Саймона.
Но больше всего Саймон просто не мог выносить постоянных напоминаний о том, что потерял. Ему нужно было время, чтобы осмыслить это, принять это, двинуться дальше.
— Леонард.
— Да, Ваше Величество?
— Ты отправишься к Луи и скажешь ему… — Саймон обречённо вздохнул. — Ты скажешь ему, что я передумал и хотел бы посетить Магволию.
И они все отправятся.