О том, как Оракул подходит к защите информации, говорило уже одно то, что Авантюрист 75-го уровня, скрещивавший клинки с самим Бальзамом Магносом, почти ничего не знала о её интригах.
Оракул, по-видимому, раздала почти дюжину копий Меча Маны разным членам Белого Единорога, но никого не посвятила в свой план устранить Бальзама Магноса. Главной причиной, по которой Альциона вообще отправилась на поиски Святилища, стало то, что все планы пересечь Драконье море и вернуть Магволию, судя по всему, были заброшены.
— Я надеялась, что наконец смогу затянуть в это дело кого-нибудь из друзей или отыскать какую-нибудь допогибельную штуковину, которая переломит ход событий, — призналась Альциона, просматривая гейс. — Многие в Белом Единороге потеряли веру в наставления Оракула, так что подхватить упущенное приходилось нам.
— У вас и вправду есть редкая возможность переломить ход событий, — ответил Саймон. — Фракции Эндимиона скоро начнут грызться между собой, а его враги повылезают из щелей, когда разнесётся правда о кончине моего отца. Магволия станет особенно уязвимой.
— Вот почему мне нужно поскорее вернуться, пока я не пропустила всё веселье! — Альциона погладила подбородок. — Ты видел в своих видениях, кто убил твоего отца?
— Мне снилось, что его убил мой брат Луи, — ответил Саймон, оставаясь уклончивым. Он опасался выдавать слишком много подробностей и возбуждать её подозрения.
— Не удивлена, что этот тип способен убить собственного отца, но ты уверен, что Класс Владыки не перешёл к нему?
— Уверен, — настаивал Саймон. — Багряный Трон пустует.
— Странно… но, с другой стороны, у нас было всего два случая наследования Владыки, так что Класс, возможно, просто переходит к самому большому мерзавцу из ныне живущих, а не к убийце прежнего Владыки. — Догадка Альционы была неплохой, и Саймон почти готов был с ней согласиться, вспоминая, как прошло его собственное правление. — Как бы то ни было, Эндимион не создан, чтобы долго продержаться без Владыки во главе.
— Именно. Правление Луи без этого Класса будет шатким.
— Мы позаботимся о том, чтобы он недолго наслаждался своим неправедно добытым троном. — Альциона отложила гейс в сторону. — Что ж, мне всё кажется простым. Мы с командой подпишем при условии, что ты сделаешь то же самое, — в знак доброй воли и солидарности.
— Разумеется, — ответил Саймон, пожав плечами. Его Титул в любом случае защитил бы его от любых последствий. — Впрочем, я не собираюсь покидать Святилище, так что это пустая трата чернил.
— Знаешь, как говорят: доверяй, но проверяй. — Она готова была дать ему презумпцию невиновности, но в её глазах он всё ещё оставался Магносом. — Эти люди приняли нас как друзей, хотя мы буквально рухнули на их лужайку перед домом. Я не хочу, чтобы у них из-за этого начались неприятности.
— Честно говоря, сейчас я боюсь опасности внутри Святилища больше, чем того, что его кто-то найдёт. — Его меры предосторожности по крайней мере должны были помешать Вивр и «Паутине» отыскать его местоположение. — Как дела в Запретной Крепости?
— Не буду врать, твари внутри от тебя мокрого места не оставят, — предупредила его Альциона. — Большинство из них по силе сравнимы с пользователями Классов уровня 30, а я убивала стражей вплоть до 50-го уровня.
Они достаточно сильны, что я, пожалуй, и сам подниму на них пару уровней, — подумал Саймон. Хотя Альциона права. Всех остальных в Святилище они разорвут на куски.
Саймону всё же удалось одолеть Ноденса, когда тот слился с Касвалом, но за его спиной стояли Талас, Филип и Альфонс. Одержимый дракон был по силе не выше противника 70-го уровня, так что демон в своей базовой мощи должен оставаться по плечу. Козерог, судя по всему, был одним из слабейших Зодиакальных Демонов и потому, вероятно, уступал таким, как Эксодеос.
Однако Саймон понятия не имел, какими силами повелевает Зодиакальный Демон, усиленный собственным созвездием. Ноденс, подпитываемый Абраксасом, сумел убить первого Торговца, сбросил усиленного Ксенофонта со Святилища и заставил Элиоса Магноса изрядно попотеть. Саймону приходилось исходить из худшего.
— Не могли бы вы снабдить нас картой Крепости и сведениями о её стражах? — осведомился Саймон. — Архидемон не должен вырваться раньше, чем минет год, так что мы могли бы выставить защиту вокруг печати, чтобы хотя бы ослабить его до того, как он вырвется.
— Разумеется, — ответила Альциона с тонкой улыбкой. — Не волнуйся. Клянусь, я вернусь с подкреплением и прикончу этого монстра. Он заползёт обратно в свою темницу прежде, чем закончится день, обещаю тебе.
Саймон надеялся, что она сдержит своё обещание. Доброта обитателей Святилища, несмотря на всю их наивность, ему понемногу нравилась, и ему было бы тяжело видеть, как им причиняют вред.
Альциона быстро набросала карту Запретной Крепости, которую изучила во всех подробностях. Архитектура в основном напоминала обычный замок — если не считать того, что он парил в воздухе и был выстроен вокруг всевозможных часовых механизмов. Саймон гадал, был ли это допогибельный ориентир, заброшенный в небеса, или старая крепость Ноденса, превращённая в его гробницу.
Что до остального, обитатели внутри были в основном конструктами, мимиками, демонами-мучителями, питавшимися рассеянной миазмой Ноденса, одушевлёнными ловушками, плотными иллюзиями, которым замок придавал вещественность, и даже гигантскими пауками, прятавшимися в водостоках. Словом, типичная фауна Подземелья.
— Крепости не касались уже несколько веков, так что она полна сокровищ, — сказала Альциона, когда они вышли из её кабинета. — Будь у меня больше времени, я бы обчистила её дочиста. Может, твой предок-Библиотекарь оставил там оружие или подстраховку, чтобы прикончить демона перед уходом.
Сомневаюсь, — подумал Саймон. Элиос Магнос говорил, что не станет мешать побегу Скорпиона, даже когда жил прямо рядом с ним, — с чего бы ему утруждать себя, добавляя меры защиты против Козерога? — Будем надеяться.
Придя туда, они застали Эолу поющей для команды Авантюриста и Бельземины в главной гостиной. Обстановка напомнила Саймону Золотую Бабочку, хотя и куда более фешенебельную. Эоле она явно нравилась гораздо больше — её песня звучала куда живее, чем во время выступлений в Вальне.
Но главное — Саймон заметил у сцены пианино и обнаружил, что не в силах противиться его зову. Он уселся за него и быстро заиграл на клавишах, аккомпанируя песне Эолы, к её большому удовольствию. Ирония от того, что Владыка втайне выступает для компании из Белого Единорога, приправляла всё выступление восхитительной иронией.
Песня закончилась под громкие аплодисменты, громче всех хлопала сама Альциона. Эола поклонилась публике, а затем подлетела к Саймону с сияющими от восторга глазами.
— Я и не знала, что ты научился играть музыку, Саймон, — сказала Эола, улыбаясь во весь рот. Она казалась приятно удивлённой этим открытием. — Почему ты не сказал мне раньше?
— Я знаю лишь основы, — скромно ответил Саймон. — С органом у меня выходит лучше.
— Мы могли бы построить тебе орган, — предложила Эола. — Я знаю несколько песен, которые мы могли бы сыграть вместе.
Саймон приподнял бровь. — Ты могла бы научить меня Представлениям?
Эола посмотрела на него так, будто он сказал что-то невероятно милое и при этом глубоко глупое.
Ах да, она ведь Певица. Разумеется, она знала Представления, которые он мог бы переделать в миазматические варианты. Они уступали бы в силе Господин знает лучше, но бесполезных заклинаний не бывает. Странно, что эта мысль ни разу не пришла ему в голову. Саймон решил, что перерос Эолу по уровню настолько, что подсознательно считал, будто ничему у неё научиться не может.
Что ж, пора это исправить.
— Как ты смотришь на то, — спросил Саймон у Эолы, — чтобы собрать группу?
Великий Совет Святилища завершился через три дня.
Большую часть этого времени Саймон помогал команде Авантюриста возиться с двигателем. Первые испытания быстро подтвердили его теорию: механизмы дирижабля могли работать на местных маналитах, хотя, чтобы Вольная Птица снова поднялась в воздух, потребовалась бы огромная их доля.
Леди Джунон потому пригласила Саймона, Эолу и Альциону на свой остров для приватного разговора об этом деле. Там уже присутствовали Ваян, королева Зил, Тибальт, Руто и Анаксимандр, и у большинства были мрачные лица. Похоже, до них наконец дошла реальность угрозы, нависшей над их потаённым раем.
— Вы хотите сказать, что это я поддерживаю барьер вокруг нашего Святилища? — спросила леди Джунон, когда Альциона закончила доклад. Она казалась искренне озадаченной их открытиями. — Я и не подозревала об этом…
— Ваша милость, должно быть, инстинктивно развила в себе эту силу, чтобы защититься после того, как в детстве была разлучена с сёстрами, — предположил Анаксимандр. — Ваше желание защитить свою землю и наш народ обрело собственную жизнь.
— Должно быть, вы поддерживаете его бессознательно, — предположил Саймон. — Хотя я до сих пор не понимаю, почему он мешает телепортации, но не призыву эйдолонов.
— Призыв эйдолонов, вопреки тому, что подразумевает сам термин, не является в полном смысле телепортацией, — пояснил Ваян. — Моё нынешнее тело — лишь аватар моего истинного «я», которое есть идеал, покоящийся в сердце Мировой Души.
Саймон быстро сложил два и два. — Вы как Благородные Крестоны. Архетип, направленный в материальный план.
— Да. Призыв эйдолона на самом деле есть акт создания нового аватара, в который мы вселяемся. В отличие от демона, который после уничтожения рассеивается обратно в миазму, мой истинный конец наступит лишь тогда, когда все существа в этом мире перестанут верить в моё существование.
— Тогда почему вы не могли бы без конца бросаться на этого Ноденса? — спросила Альциона. — Просто создавать новый аватар на место старого, как только прежний погибнет?
— Если моё нынешнее воплощение будет уничтожено, мне потребуются многие годы, чтобы собрать достаточно маны для создания нового аватара, и десятилетия, чтобы восстановить силы. — Ваян взглянул на Саймона. — Вас я тоже предупреждаю, Саймон. Любой эйдолон, которого вы направляете, тесно связан с вашей душой, так что уничтожение нашего аватара повредит и вам. Оно может даже убить вас.
— Я это учту, — ответил Саймон. Отдача могла оказаться для него даже тяжелее, чем для обычного Провидца, учитывая, что во время призыва он направлял ещё и силу Бездны. И всё же возможность призывать эйдолонов даже внутри барьеров против телепортации давала огромное тактическое преимущество по сравнению со Связыванием демонов.
— Хотя я и рада, что мы нашли способ вылечить ваш дирижабль от его недуга… — леди Джунон, похоже, всё ещё принимала дирижабль за живое существо, а не за средство передвижения, — извлечь маналит в нужном вам количестве может оказаться непросто.
Саймон больше не мог молчать. — Почему вы так боитесь использовать свои запасы маналита? — спросил он. — У вас достаточно, чтобы создать уйму Крестонов и автоматонов для собственной защиты.
— Вы, должно быть, уже догадываетесь об истине, — спокойно ответил Анаксимандр. — У Борея есть горстка големов, но мы легко могли бы изготовить их столько, чтобы выполнять весь ручной труд во всём архипелаге. Мы не забыли своего ремесла.
Леди Джунон неловко заёрзала на месте. — Три столетия назад я позволила своим эльфийским детям добывать маналит на острове Анемои. Големы и Крестон, которыми наш народ пользуется сегодня, родом оттуда.
Эола озадаченно нахмурилась. — Миледи, нет никакого острова под названием Анемои.
— Уже нет, — мрачно ответил Ваян.
Сердце Саймона пропустило удар в груди, когда до него дошла истина. — Именно маналиты удерживают острова в воздухе, — пробормотал он вслух; кожа Эолы рядом с ним побледнела. — Если извлечь слишком много, они перестанут парить и рухнут.
— Именно так, — подтвердил Анаксимандр. — Крестоны и сердца големов требуют самых чистых и самых мощных маналитов, так что рудокопы Анемои случайно дестабилизировали весь остров, извлекши их слишком много.
— Анемои развалился без предупреждения и рухнул в океан внизу, — тихо сказала леди Джунон. — Все, кому не повезло оказаться на острове, погибли при падении. — Она отвела взгляд. — С тех пор мы запретили добычу маналита в нашем Святилище.
— Нам придётся пойти на этот риск, — твёрдо ответила королева Зил. — Чтобы выжить, мы должны набрать силу.
— Боюсь, королева Зил права, — согласился Тибальт с мрачным лицом. — Согласно пророчеству Саймона, архидемон вернёт себе ту же силу, что позволяла ему сражаться на равных с Благородными Героями. Он может стать сильнее самого Небесного Отца.
— Он станет сильнее, — прямо заявил Саймон, даже когда эйдолон вздрогнул. — Простите, лорд Ваян, но это правда.
К его чести, Небесный Отец оказался достаточно мудр, чтобы принять правду. — Благородные Герои обладали силой большей, чем моя, и победа стоила лорду Уэйбрайту жизни. Мне понадобятся союзники, чтобы сдержать эту угрозу.
— Не надо делать такие лица, — вмешалась Альциона с дерзкой уверенностью. — Когда речь о пользователях Классов, качество важнее количества, а в вашем распоряжении ещё и Подземелье. Года вполне достаточно, чтобы сколотить мощную команду по истреблению демонов. Не говоря уже о том, что вы можете позвать леди Огнежезл и меня саму.
— Верно, что пять-шесть бойцов высокого уровня лучше армии слабаков низкого уровня, — согласился Саймон. — Вы могли бы сосредоточиться на вооружении и усиленной подготовке небольшого элитного отряда.
— Это и вправду будет наш лучший шанс защитить Святилище, не рискуя, что оно развалится, — согласилась леди Джунон, остановив взгляд на Альционе. — Благородный Авантюрист, мы предоставим вам искомый маналит при одном условии.
— Можете не просить. — Альциона усмехнулась и отвесила дриаде поклон. — Клянусь своей честью первого небесного пирата, что вернусь с подкреплением, когда вы будете нуждаться в нём больше всего.
— Ваша доброта и решимость делают честь вашему Крестону и вашему наследию, леди Альциона, — похвалил её Ваян.
Саймон заметил королеву Зил, хмурившуюся от досады на краю собрания. Он сильно подозревал, что она, вероятно, спорила со своими союзниками о том, чтобы снова отобрать Крестон Альционы, но осталась в меньшинстве.
У неё безрассудная дерзость неопытного полководца и звериная жестокость, — подумал Саймон. Опасное сочетание. Лучше держать её под присмотром.
— Тогда решено, — заключила леди Джунон. Она поочерёдно посмотрела на каждого из предводителей архипелага. — Ступайте и соберите лучших с каждого острова. Самых храбрых, самых сильных, готовых отдать жизни за благо всех; и из них мы выберем Защитников нашего Святилища.
И вот народ Святилища начал готовиться к обороне.
Для добычи маналита выбрали Кайкиас — один из меньших островов, образующих небесную лестницу к Запретной Крепости, поскольку это была в основном необитаемая вулканическая скала, наполненная магмой, которую вечно поддерживала горячей насыщенная огнём мана в воздухе. Добыча была бы изнурительным трудом для рабочих-големов, но если остров упадёт со Святилища, никто не погибнет. Саймона поставили во главе этого дела, поскольку он умел создавать Крестоны с помощью Анаксимандра, сведущего в создании големов.
Первым делом нужно было добыть достаточно материала, чтобы питать дирижабль Авантюриста, поскольку совет Святилища решил сосредоточиться на привлечении новых пользователей Благородного класса вроде Некроманта себе в помощь, а королева Зил хотела, чтобы Вольная Птица убралась с её территории. Саймон был настолько поглощён работой и настолько оторван от мира за пределами Святилища, что осознал, что месяц нивоз закончился, лишь три дня спустя. Нападение на Фрайтвол должно было уже произойти, но он не получил от Шабрам ни одного телепатического зова.
Саймон попытался связаться с ней, но всякий раз ему отвечало лишь смутное ощущение приглушённого присутствия. Он на миг испугался, не случилось ли с ней чего, но то же самое повторилось с Душаром, который в это время должен был мирно жить в Теллурии.
Связь всё ещё есть, но частично нарушена, — понял Саймон. Он вспомнил, что не смог связаться с Шабрам вскоре после того, как она поднялась на дирижабль Луи, направлявшийся к Святилищу, во время его злополучного правления в Кокани. Ноденс сумел связаться со мной и атаковать меня через Дьявольские Клейма, так что восстановить связь, вероятно, возможно… но, с другой стороны, его нападение могло последовать за разрушением барьера Святилища.
Хотя телепатия Клейма Лени могла работать на любом расстоянии, для её правильного действия, возможно, требовалось, чтобы связанные особи находились в одном измерении. Природа демиплана Домена, вероятно, мешала ей. Саймон предположил, что в будущем ему придётся выходить за пределы Святилища, чтобы получать сведения о внешнем мире.
Это сильно его тревожило. Хотя он доверял Шабрам вести дела Эндимиона со всеми теми предзнаниями, что он ей дал, лишь часть его могла отбыть в Святилище с полным спокойствием — потому что он знал, что в любой миг может связаться со своей главой разведки. Долгая разлука с ней его тревожила.
Он найдёт момент, чтобы ненадолго покинуть Святилище и повидаться с ней. Если он прав, восстановить связь будет так же просто, как пролететь сквозь барьер.
Так или иначе, Саймон и Анаксимандр в конце концов обнаружили жилы маналита, достаточно чистого, чтобы питать и полёт Вольной Птицы, и несколько Крестонов, что позволило Авантюристу наконец покинуть Святилище. Её команда подписала гейс, запрещающий им рассказывать о летающих островах — за исключением дружественных пользователей Благородных Крестонов, которых можно было бы завербовать для защиты архипелага, — а затем поднялась в воздух.
— Некроманта я вам точно привезу, может, даже Паладина, — пообещала им Альциона перед отъездом. — Через несколько месяцев вернусь вас проведать, если смогу.
Она также согласилась держать в тайне присутствие Саймона и Бельземины на островах, что он оценил. Меньше всего ему хотелось, чтобы Альфонс принялся за ним охотиться из-за того, что натворил его отец.
Разговор с Анаксимандром тоже оказался весьма поучительным. Эльф был на много веков старше Погибели и был тем самым Анаксимандром, чьё имя Саймон заметил в архиве Церкви Света: он первым сумел измерить влияние лун Бримира на некоторые заклинания. Он служил леди Джунон с тех самых пор, как её впервые посадили в Святилище, и с тех пор накопил изрядный запас магических познаний.
— Вы можете творить заклинания VI круга без Крестона? — потрясённо спросил Саймон, пока они вместе с Бельземиной направлялись к храму Ваяна, чтобы встретиться с кандидатами в Защитники.
— Я без труда творю нечто равноценное заклинаниям VI круга, но я знаю одно заклинание Астромантии VII круга, которое могу запустить, когда звёзды встанут правильно, — поправил его Анаксимандр. — Хотя Астромантией заниматься куда легче, чем Хрономантией, её заклинания работают лишь при определённых небесных явлениях.
— Могли бы вы научить меня им? — тут же осведомился Саймон. — Или хотя бы основам Астромантии? Я не слишком глубоко копал в эту область магии, но приближение Абраксаса может сделать её для нас весьма актуальной.
— Астромантия актуальна всегда, Саймон. Звёзды не исчезнут, если вы перестанете смотреть вверх. — Анаксимандр ласково ему улыбнулся. — Я бы не прочь обучить вас и леди Огнежезл своим методам, но, боюсь, без Класса на освоение моих заклинаний у вас уйдут десятилетия.
— Я быстро учусь, — ответил Саймон, когда они добрались до храма. Там их ждало добрых сто человек — в основном гарпии и киши, а среди них две дюжины эльфов. Присутствовали и все пользователи Классов в Святилище, а также леди Джунон и Ваян.
— Мы ждали вас, Саймон Магнос, — провозгласил Ваян, сделав короткую паузу, прежде чем продолжить. — Однако перед началом этого собрания я хотел бы задать вам один вопрос.
Саймон нахмурился. — Да?
Ваян навис ближе, склонив голову так, что Саймон увидел своё отражение в орлином глазу эйдолона.
— Не считаете ли вы, — спросил он, — что пора открыть нам свой Класс?