Стоило Саймону указать на неполадку в двигателе, как ремонт дирижабля Альционы занял от силы пару дней, после чего они покинули Святилище.
Саймону позволили свободно бродить по судну — главным образом потому, что Альциона поняла: он способен вырваться и сбежать сам в любой момент. Большинство членов команды держались от него подальше, и лишь одно существо стало новым — и единственным — исключением.
— Рад видеть тебя здесь, Эола. — Саймон не особо удивился, обнаружив её в «небесном салоне» дирижабля, где она выступала перед товарищами по команде.
— Альциона предложила мне присоединиться к вашим поискам, а ни одна истинная Певица не устояла бы перед её зовом, — с улыбкой ответила она. — Не уверена, что смогу сильно помочь, но сделаю всё, что в моих силах.
— Не стоит себя недооценивать. — Хотя Эола и начинала правления с довольно низким уровнем, она без труда могла поддерживать более сильных бойцов: её Класс делал упор на полезность, а не на чистую мощь. — Вообще-то у меня есть способность, дарующая солидную прибавку к опыту, если хочешь повысить уровень быстрее.
— Конечно! — Она даже не усомнилась в его предложении и сразу приняла приглашение в Группу, скорее всего, потому, что ещё не видела, как он использует Дьявольские Клейма или совершает нечто ещё более сомнительное. — Я впервые вступаю в группу авантюристов.
Вовсе не впервые, — подумал Саймон, вспоминая, как они тренировались с Альционой и многими другими тогда, в Святилище. Одно лишь воспоминание о том правлении причиняло боль. Сможет ли он возобновить отношения с Эолой на этот раз? Он всё ещё жаждал вкуса её поцелуев и прикосновения её кожи к своей… ещё совсем немного, пара нужных слов — и она снова могла стать целиком его…
Нет, нельзя так думать. Та Эола, с которой он был близок, погибла в Святилище от острия меча Луи. Это её сестра-близнец, с другими воспоминаниями и другим опытом. Вряд ли всё будет по-прежнему.
Саймон заставил себя сосредоточиться и дал Эоле несколько советов, как быстрее развить её Класс. Она стала третьим членом его Группы наряду с Бельземиной и Шабрам и заметно отставала от них, будучи Певицей 12-го уровня, однако проведённый с ней целый год в Святилище научил его, как лучше всего развивать её. Как только они приземлятся, он позволит ей убить своего дракозомби, чтобы она получила мощный рывок.
Пребывание Эолы в его Группе также означало, что он сможет отслеживать её, если её снова попытаются забрать. Никаких больше похищений.
В остальном же Альциона вызвала его в капитанскую каюту, чтобы наедине обсудить их планы.
— Ладно, скажу начистоту: перед нашим отбытием я попросила магов Святилища проверить печать Козерога, и они подтвердили, что она и правда слабеет, — заговорила она, едва за ним закрылась дверь. — Ты говорил, что способен уничтожить эти кристаллы?
— Могу, но лишь при определённых условиях. В том числе я должен быть сильнее заключённого внутри демона. — Это было лучшее объяснение, какое он смог придумать, чтобы не рисковать тайной правлений. — Ноденс среди них слабейший, так что его кристалл я разбить смогу.
— А вот остальные тебе пока не по зубам… и добрым знаком это никак не назовёшь, — рассудила Альциона. — И всё же спасибо за предупреждение. Без тебя я бы проморгала беду с печатью.
— Ты слишком добра, но суть в том, что нам придётся бороться со всеми одиннадцатью его собратьями, и каждый из них сильнее его.
— Да, в этой байке про Зодиакальных Демонов я пока готова поверить тебе на слово. — Альциона скрестила руки на груди. — На данный момент план такой: я соберу ударную группу из знакомых мне первоклассных мастеров своего дела. Людей, у которых нет ни единого шанса оказаться на содержании «Паутины».
— А потом?
— А потом заявимся к Верни и убьём его.
Саймону на секунду показалось, что он ослышался, но вскоре стало ясно: она говорит совершенно серьёзно. — Вы… вот так просто?
— Ага. — Похоже, его реакция её озадачила. — Чего ты так скривился? Разве не этого ты хотел?
— Он лорский граф, — напомнил Саймон. — Разве вам не положено судить его по закону или хотя бы получить разрешение вашего короля?
— Вечно ты всё усложняешь. Даже если он не одержим, одного лишь звания Ткача «Паутины» довольно: работорговля, торговля живым товаром, сбыт наркотиков и десятки уголовных преступлений, за которые его причитается казнить. — Альциона пожала плечами. — Именно так и разбираются с демоническими культами и преступными шайками, Саймон: отрубаешь змее голову, а затем вся их шушера начинает грызться за пустоту, оставшуюся после безвременно почившего харизматичного вожака, и когда пыль уляжется, мы просто зачищаем тех, кто ещё держится на ногах. Срабатывает каждый раз.
Саймон с прищуром посмотрел на неё. — Ты… и правда проворачивала такое раньше?
— А откуда, по-твоему, взялись все мои уровни Авантюриста? Ты даже не представляешь, сколько культов конца света и любителей человеческих жертвоприношений крутится возле древних руин и забытых Подземелий.
— Ясно… — Чем больше Саймон размышлял над её планом, тем больше тот ему нравился. — Если подумать, живой Верни нам вообще ни к чему. Мы можем просто прикончить его, а потом Вольтобаута поработит его призрак, и тот всё равно выложит нам всё, что мы захотим узнать о Деве.
— Ага, мертвецы умеют хранить тайны лишь до тех пор, пока поблизости нет Некроманта, а для него любая могила — словно раскрытая раковина.
И пусть это упрощало дело, а мысль о жестоком убийстве Вальравна грела Саймону душу, в плане оставалось несколько изъянов. — Мы не можем просто так заявиться на порог к Верни с вооружённым отрядом, иначе он сбежит.
— Это была фигура речи, мы же не собираемся на самом деле таранить его замок «Вольной Птицей». Ремонт нас просто разорит. — Из чего следовало, что будь у неё карманы поглубже, она бы непременно попыталась. — Я позвала тебя сюда, чтобы мы как раз обменялись мыслями о том, как подступиться к делу.
К счастью, Саймон с радостью готов был предложить идеи. У него имелась уйма сведений о Верни, а у Альционы — навыки и союзники, необходимые, чтобы загнать графа в угол.
— Первым делом нам нужно отключить его Чердак, чтобы лишить его преимущества родных стен, подкреплений и путей отхода, — сказал Саймон. — Твой приятель Вольтобаута мог бы без труда подчинить одного из его фетчей и открыть нам проход, но чтобы уничтожить Чердак, потребуется огневая мощь.
Альциона задумчиво потёрла подбородок. — А Освящение Паладина сгодится?
— Сомневаюсь. — Альфонс не смог развеять Домен Ноденса, когда они сражались в Кокани, так что Саймон сильно сомневался, что с Вальравном у него что-то выйдет. — Проверенный и надёжный способ уничтожать такие места — это под завязку набить их смертниками, а затем…
— Мы не будем использовать военнопленных в качестве живой взрывчатки, — оборвала его Альциона. Она прозвучала до крайности раздражённо, словно это предложение звучало уже не в первый и не во второй раз.
— Ты принимаешь меня за чудовище? — возмутился Саймон, хотя прежде использовал пленников и для худших целей. — Я вообще-то думал о коровах.
— О коровах?
— О коровах с демоническими клеймами, которые после смерти взрываются тучами неживых мух-людоедов.
Альциона сверлила его взглядом долгую, невыносимую секунду, а затем произнесла: — По-моему, ты упускаешь очевидную проблему своего плана.
— Найти достаточное количество коров?
— Нет. То, что протаскивать целое стадо коров через двери Чердака как-то непрактично.
— О. — Да уж, это и правда смахивало на логистический тупик… особенно если учесть, что большинство его коров с демоническими клеймами отращивали крылья или раздувались в размерах. Надо бы как-нибудь изучить заклинание уменьшения. — Тогда коз и овец?
— Я больше склоняюсь к обезьянам: они хотя бы двери открывать умеют, да и у Вольто где-то припрятан целый остров с ними… — Альциона замялась. — Хотя не думаю, что он позволит одолжить их чисто ради того, чтобы пустить на убой…
— Коз?
— Коз. Заскочим на какую-нибудь ферму по пути к замку. — Альциона согласно кивнула сама себе. — Большинство Ткачей будут заняты делами на своих территориях, так что мы сможем отрезать их друг от друга, если обрушим Чердак Верни достаточно быстро.
Саймон обдумал её план. По правде говоря, задумка ему нравилась: захват или устранение Верни станет вернейшим способом как минимум отсрочить возвращение Хелель. Шёлк и Бархат, может, и продолжат искать Зодиакальных Демонов, но они вечно плели интриги против Верни и его клики. Саймону казалось, что эти двое скорее предпочтут затаиться в тенях, чем воскрешать Деву. У большинства прочих Ткачей амбиции едва ли простирались дальше звонкой монеты. Берт был креатурой Верни и наверняка попытался бы примерить мантию господина, однако Саймон уже сразил его однажды, когда был куда слабее. Так что разделаться с Кукловодом снова не составит особого труда.
Лишь Хром Круак оставался неизвестной величиной. Хотя он явно имел отношение к фракции Девы и в прошлом правлении лично заставил Анну слиться с Мегалитом Света, Саймон слишком мало имел с ним дела, чтобы понимать его истинные цели и замыслы или хотя бы знать его нынешнее местонахождение.
Надо будет выследить его после того, как разберёмся с Верни, — решил Саймон. Без Чердака, подпитывающего их всемирную паутину влияния, Ткачи окажутся изолированы друг от друга и станут уязвимыми. Я больше никогда не позволю нерубленым хвостам выйти мне боком.
Он перебьёт Ткачей одного за другим, если потребуется, лишь бы стереть «Паутину» с лица этого мира.
— У меня есть примерная карта Чердака, так что мы сможем быстро его обрушить, — сообщил Саймон Альционе. — Тебе что-нибудь известно о навыках и защите Верни?
— Он Фехтовальщик высокого уровня, Вассал Воина, специализирующийся на мечах. Я пару раз видела его в бою. Пожалуй, он один из лучших мечников нашего времени, владеет уймой Техник обращения с оружием и целым собранием опасных клинков.
Это описание прозвучало слишком уж знакомо. — Выходит, точь-в-точь как Луи.
— Верни не должен быть настолько паршивым, как этот ублюдок, ведь он обладает Вассальным Классом, а не самим Воином, но сил ему всё равно хватало, чтобы тягаться с такими типами, как Луи, — признала Альциона. — И это не считая тех способностей, которые он получил от своего демона.
— Насколько я знаю, силы Близнецов завязаны на иллюзиях, тенях и создании собственных копий. Кроме того, ему удалось разделить одного человека надвое.
— В смысле разрубил пополам?
— Скорее разделил человеческую душу на близнецов, которые затем стали Плутом и Ассасином, — объяснил Саймон к явному озадачению Альционы. — Не исключено, что он может как-то использовать эту способность для атаки, а при определённых обстоятельствах способен стравливать людей между собой, лишая их способности узнавать друг друга.
— Значит, нам нужен отряд с защитой от ментальных воздействий и малым числом бойцов, чтобы избежать грызни между своими. — Альциона кивнула сама себе. — Пойду потолкую с группой Альфонса.
— Это дурная затея, — сразу же возразил Саймон. — Мало того что они не станут мне доверять, так ещё Альфонс и большинство его союзников слишком слабы, чтобы помочь. — Уж он-то знал: в одном из правлений он их уже перебил. — Я знаю других людей…
— Ни за что в жизни я не доверю свою шкуру приспешникам Владыки, — перебила Альциона. — К тому же я не согласна с твоей оценкой. Альфонсу ещё многому предстоит научиться, это правда, но его Класс заточен под уничтожение демонов, и он может обеспечить нам поддержку. Его отец, Ричард, к тому же единственный мечник в Лоре, способный на равных тягаться с Верни в поединке, да и Фрея бьёт на редкость больно.
— А их Сталкер, Мел — бывший агент «Паутины», — напомнил Саймон. — Она может проколоться или находиться под слежкой.
— Мел хоть и бывшая уголовница, но скорее сдохнет, чем предаст Альфонса. К тому же я не буду сообщать ей о нашей операции. Посвятим в дело только тех, кому положено знать. — Альциона встретила его взгляд. — Если ты всерьёз настроен спасать мир вместе с нами, придётся научиться доверять и нам тоже.
Саймон заколебался, но в её словах был резон. Рано или поздно ему всё равно пришлось бы встретиться лицом к лицу с группой Альфонса. С тем же успехом можно проверить прямо сейчас, готовы ли они отложить разногласия ради победы над более грозным врагом — врагом, который и близко не так страшен, как Хелель.
— Мы можем хотя бы познакомиться до того, как ввяжемся в бой не на жизнь, а на смерть? — спросил он. — Иначе это станет чересчур суровой проверкой на прочность.
— Конечно, конечно. — Альциона улыбнулась. — Хотя, положа руку на сердце, я считаю, что именно командная работа в битвах насмерть и куёт самые крепкие узы.
Как и было обещано, по пути обратно в Лор «Вольная Птица» сделала остановку возле вальнской фермы, где Саймон сразу же сторговал пятьдесят коз.
— Примите меня как своего пастыря, приняв мои клейма, и я проведу ваши души в Землю Без Волков! — проповедовал он перед ними. — Туда, где трава вечно высока и вам больше никогда не придётся страшиться волчьей угрозы!
Они приветствовали его власть торжествующим блеянием. Впрочем, Саймону пришлось признать, что это было не столь приятно, как слышать мычание. Возможно, сказывался сидящий в нём Минотавр или то, что коровы казались ему куда выразительнее, но клеймение коз не приносило такого душевного удовлетворения.
И всё же он найдёт своей новой пастве взрывное применение.
Вместе с Бельземиной он как раз учил в грузовом трюме дирижабля своих миньонов пользоваться новообретёнными Клеймами Гнева, когда Альциона без предупреждения телепортировалась прямо к ним вместе с полным отрядом.
Первое, что предстало перед взорами Вольтобауты, сэра Ричарда из Лора, Альфонса и Фреи — облачённый в чёрные латы Саймон в окружении чёрных крылатых коз с огненными копытами и демоническими татуировками. Вышло не совсем то зрелище, на которое он рассчитывал.
Он готов был поклясться, что время замерло на секунду, пока они в единый миг оценивали его. Мало того что все они активировали свои Классовые облачения, так ещё и мысли их читались на лицах без труда: чистейшее неверие в глазах Вольтобауты, короткая вспышка ужаса у Фреи, шок Альфонса, сменяющийся яростью, и то, как его отец мгновенно обнажил свою фальшивую копию Меча Маны.
— О. — Саймон развеял доспех, пытаясь выглядеть мирно и безобидно. — Не ждал вас так скоро.
Фрея уже наставляла на него посох, а Альфонс схватился за меч, когда Альциона встала между ними, чтобы предотвратить резню. — Клянусь, всё совсем не так, как выглядит! — бросила она, что было наглой ложью. — Точнее, не настолько плохо, как выглядит!
— Проклятье меня дери, — заметил Вольтобаута. Он единственный так и не взялся за оружие. — Сумасшедшая, ты и впрямь спелась с Владыкой.
— Отойди от Бельземины, — ледяным тоном приказала Фрея. Саймон мысленно возблагодарил небеса за то, что убрал клейма Гаргаута со своего вассала, сославшись на временную необходимость ради завоевания доверия Белого Единорога, иначе сейчас разразилась бы настоящая катастрофа. — Дважды повторять не стану.
— Фрея… — Бельземина судорожно сглотнула, активировала облачение Пиромантки и заслонила Саймона собой. — Я не позволю тебе навредить Его Величеству.
Её слова ошеломили Фрею — особенно когда та заметила, что на коже подруги нет клейм. — Ты… свободна?
— Скоро будет, — заявил Альфонс, накладывая бафф, от которого его клинок вспыхнул святой силой. — Твоему недолгому правлению пришёл конец, Владыка Саймон!
Саймон уже собрался вернуть доспехи и преподать Паладину урок смирения, когда Фрея осадила своего союзника. — Альфонс, постой! — бросила она к вящему удивлению юноши. Эльфийка с опаской оглядела Саймона. — Ты снял клейма своих предшественников?
— Снял, — подтвердил Саймон. — Я пришёл с миром и не желаю вам зла.
— Вот как? — со скепсисом спросил сэр Ричард. — Однако ответить тебе предстоит за очень многое.
— Лично мне не за что просить прощения, — возразил Саймон. И хотя он был готов вести переговоры, подставлять шею и позволять им судить себя он не собирался. — Я никому из вас ничем не навредил и не в ответе за дела своей семьи. Это мой отец приказал убить твоего брата и расправиться с прошлым Паладином.
— И это всё твоё оправдание? — спросил Альфонс, ничуть не умерив ярость. — За всем стоял твой покойный папаша?
— Клянусь тебе, Альфонс, мой отец действительно был настолько чудовищен. Он убил мою мать и твоего дядю за то, что они собирались сбежать, и замыслил покушение на мою кузину, чтобы оправдать геноцид эльфов. — Саймон прокашлялся в повисшей тишине. — Кроме того, он жрал рабов-перевертышей и наставлял рога собственным сыновьям, что я осуждаю самым категорическим образом.
— Мы можем быстро проверить его слова, — вмешалась Альциона. — Вольто может просто призвать душу Бальзама Магноса и допросить его.
— Боюсь, это выше моих сил, — отозвался Вольтобаута. — Я не могу призвать душу ни одного из Владык по причинам, которых не в силах постичь. Чрезвычайно досадно.
— Ох, серьёзно? — Альциона ущипнула себя за переносицу. — Просто устрой какое-нибудь световое шоу, Саймон.
Раз уж она так любезна, — подумал Саймон. Достаточно было одного взгляда на двух мечников в трюме, едва сдерживавших желание насадить его на клинок, чтобы понять: потребуется нечто куда более впечатляющее, чем простая Молитва, чтобы выбить их из этой слепой ярости. — Позвольте уточнить: вы все невосприимчивы к Ужасу?
Его вопрос заставил Альциону нахмуриться. — Ну да?
— В таком случае вам лучше зажмуриться. — Саймон выждал секунду, но лишь Вольтобаута благоразумно последовал совету. — Я предупредил.
Саймон активировал Ужасающую Ауру вместе с титулом Светоносец, чтобы омыть их всех своим фальшивым божественным сиянием.
Весь грузовой трюм озарился светом, когда его тело засияло святой силой, достаточной, чтобы посрамить мощь самого Паладина. Золотой нимб ярче солнца на миг соткался над его головой, окатив всех присутствующих божественным ужасом. Вольтобаута тут же вскинул плащ, защищаясь от сияния, а Фрея в шоке отшатнулась назад. Альфонс с отцом лишь ошеломлённо молчали, глядя на то, как сам Свет, из которого они черпали силу и веру, словно изливался из самого Саймона.
— Камень Света, сожги то, что оскорбляет тебя! Возжигание!
Священное пламя взметнулось за его спиной грандиозным салютом божественной мощи, сотрясшим грузовой трюм и вернувшим страх божий в их защищённые от Ужаса сердца.
— Теперь вы верите мне? — спросил Саймон под хор блеяния за спиной, славивший своего пастыря. — Вы верите в своего Владыку?!
Его козы уж точно верили, но отряд Паладина ответил лишь потрясённым безмолвием скептиков, узревших необъяснимое чудо. В конце концов Саймон развеял ауру, позволив полумраку вернуться, и наблюдал, как искажаются их лица в тщетных попытках примирить увиденное с собственными закоренелыми убеждениями.
— Теперь понимаете? Либо ваш Мегалит Света благословил меня, либо он настолько осквернён, что готов благословить даже Владыку. — Саймон скрестил руки на груди. — Выбирайте сами.
Фрея поколебалась секунду и лишь затем произнесла с помрачневшим лицом: — Мы слушаем.