Глава 99: Увеличение состава
Все с некоторым удивлением и предвкушением посмотрели на Ли Циньу, а тот лишь развел руками.
— Бросьте, сейчас мы — глубокие партнеры. Без вас где бы я достал столько зерна для виноделия?
Честно говоря, если этот Арум будет действовать против вас, можете прислать ко мне людей. Я выбью из него всё дерьмо, затем вобью обратно в его же дерьмо, а в конце буду бить его же собственным дерьмом!
Повстанцы смущенно рассмеялись, не став углубляться в эту тему.
В конце концов, они и Арум были из одного лагеря, и обсуждать с чужаками, как расправиться со «своими», было не совсем этично.
Однако, если дойдет до критической ситуации, они, вероятно, все же обратятся к Ли Циньу за помощью.
Затем Ли Циньу заговорил о другом деле. Ранее он хотел продавать вино в Верхний улей, не так ли? Рено сказал ему, что аристократы Верхнего улья любят вино с высоким содержанием сахара, например, красное вино. Почему бы не спросить у повстанцев, не выращивают ли они виноград?
— Виноград? Кажется, у нас есть.
До начала войны я работал в саду, там был виноград. Сладкий, довольно вкусный, — сказал один из лидеров повстанцев.
Ли Циньу поспешно переспросил: — Вы можете выращивать виноград в больших масштабах? Я готов выкупить его за высокую цену.
Несколько лидеров повстанцев начали серьезно обсуждать это.
— Это растение нетрудно выращивать, оно очень живучее. Можно пересадить несколько старых лоз, и через месяц-два уже будет урожай.
— Но оно требует много удобрений, даже больше, чем обычные зерновые. Если удобрений не хватает, ягоды могут вырасти мелкими или сгнить. После начала войны с ульем мы уже давно не получали удобрений.
Ли Циньу поспешно заявил: — Удобрения — не проблема, я решу этот вопрос, придумаю, как доставить вам удобрений!
Услышав это, повстанцы несказанно обрадовались. Сельскохозяйственные культуры были их основным экономическим подспорьем, а с удобрениями производительность могла бы вырасти в разы.
Уровень уважения к Ли Циньу в их глазах поднялся еще на несколько ступеней.
— Господин, не беспокойтесь. В ближайшие дни мы пошлем людей пересадить виноград из того сада. Все здесь — земледельцы, мы обязательно вырастим для вас сладкий и крупный виноград!
Ли Циньу остался очень доволен. Поболтав с ними еще немного о том, о сем, он набрал зелени и фруктов и приготовился возвращаться.
Подойдя к военному грузовику, он собирался позвать всех, но заметил, что Маленького Джоэла нигде нет.
— А где Маленький Джоэл? Куда он подевался?
Все в машине дружно указали на край леса у лагеря повстанцев, где лежали останки БТР Химера.
Ли Циньу подошел к БТР Химера. Машина была закопчена до черноты, но в целом корпус сохранился довольно неплохо.
Маленький Джоэл прыгал внутри БТР Химера, и Ли Циньу крикнул снаружи: — Эй, ты что там делаешь? Собираемся уезжать!
Маленький Джоэл выпрыгнул из БТР Химера, возбужденно воскликнув:
— Господин, этот бронетранспортер в отличном состоянии! Только гусеницы порваны да батареи разрядились. Если заменить гусеницу и зарядить аккумуляторы, он снова сможет ехать!
Ли Циньу внезапно почувствовал искушение. Обзавестись собственным бронетранспортером?
Тут же он покачал головой.
— Не получится. В топливный бак насыпали керамитовую крошку, скорее всего, всё, от бака до самого двигателя, пришло в негодность.
Маленький Джоэл не унимался: это был бронетранспортер, оставить его здесь было бы слишком жалко.
— Господин, может, позволим сержанту Ни Гоцзиню попробовать? Он мастер по ремонту БТР Химера, если кто и сможет, так это он.
Ли Циньу задумался. Действительно, это же бронетехника, стоит здесь как сокровище, почему бы не прислать кого-нибудь на починку?
К тому же, Рудосен сейчас стал командиром батальона, а уровень оснащенности бронетехникой Сил Планетарной Обороны (СПО) на этой планете очень высок — почти у каждого взвода есть по БТР Химера. Если у Рудосена под началом более десяти Химер, то сколько же у него запчастей и ремонтных мощностей?
— Ладно, пока вернемся. Будет свободное время — подумаю, можно ли вызвать Ни Гоцзиня для ремонта.
Ли Циньу внес это дело в планы и сказал Парсону, чтобы тот не трогал БТР Химера.
Парсон заверил, что всё понял, к тому же у них всё равно не было возможности его разрушить.
Оставшееся время все потратили на то, чтобы вернуться, варить спиртное и накапливать первичный капитал.
В этот период Нож привел Бродячего Пса и пятерых детей, которые были у него на попечении.
Бродячий Пёс был жалким и изможденным мужчиной, который был безмерно благодарен за возможность получить защиту от Ли Циньу.
Ли Циньу тщательно осмотрел этого человека: никаких следов хаосизма, не генокрад — просто обычный мужчина средних лет, разве что худой как скелет.
Пятеро детей, которых он привел, в возрасте от 10 до 13 лет, четыре мальчика и одна девочка, тоже были крайне истощены, напоминали ходячие скелеты. К тому же они очень боялись людей, не смели смотреть в глаза и при любой возможности забивались в темные углы.
К тому же, в первый же день в винокурне проявились их дурные привычки: они любили воровать и делать запасы еды.
Нож поселил Бродячего Пса и тех пятерых детей на окраине винокурни, назначив им самую простую работу — чистку картофеля.
Когда Нож стоял рядом, они послушно чистили картошку, но стоило ему уйти, как они начинали воровать и прятать еду.
Особенно картофель — они отчаянно тащили его в свое общежитие, забивая картошкой углы, места под матрасами и любые другие щели.
Как только Нож обнаруживал это при проверке, он тут же докладывал Ли Циньу.
— Должно быть, они запуганы голодом, поэтому при виде еды инстинктивно хотят сделать запасы. Сделай вот что: пересели их из общежития, пусть ночуют на матрасах прямо на складе, где мы храним мясные консервы.
Нож поначалу не понял: не значит ли это впустить крыс в амбар? Однако он все же подчинился.
В результате уже через три дня вредная привычка воровать и прятать еду у них прошла.
Спать среди десятков тысяч мясных консервов — это крайне эффективно снимало их тревогу из-за отсутствия еды. А когда тревога исчезает, еда перестает быть такой ценной, и кто станет красть то, что и так в изобилии?
Прошло еще несколько дней, и лейтенант Рудосен сообщил Ли Циньу по рации, что семьи раненых солдат собираются выслать, предложив ему поторопиться, если он хочет их забрать.
Ли Циньу забрал шесть семей раненых солдат, значительно увеличив численность персонала винокурни.
На данный момент штат винокурни составлял:
7 человек с тяжелой инвалидностью, способных выполнять лишь простую работу.
15 крепких мужчин, способных держать оружие.
11 женщин, пожилых людей и детей, не способных к бою, но пригодных для легкого физического труда.
Итого 33 человека. Ли Циньу потребовалось всего несколько месяцев, чтобы создать в нижнем улье свое дело, которое шло полным ходом.