Глава 770: Собрание по поводу наследства
Перед тем как созвать совещание штаба инквизитора Трасола, Ли Циньу встретился с кошкодевочкой Новой на флагмане инквизитора.
В этот момент она была уже на сносях: её живот слегка округлился, и внутри него билась единственная кровь, оставленная инквизитором Трасолом в этом мире.
Ли Циньу сообщил Нове, что инквизитор Трасол отправился к праотцам. Поплакав некоторое время, Нова вновь обрела твердость духа.
— Я понимаю. С первого дня, как я присягнула ему на верность, я знала, что такое может случиться. Итак, господин Живой святой, что вы намерены делать дальше? Говорите, я буду вам содействовать.
То, как быстро эта женщина пришла в себя, слегка ошеломило Ли Циньу.
Впрочем, если подумать, это было закономерно: прежде чем стать любовницей инквизитора Трасола, Нова была его телохранителем.
А быть телохранителем инквизитора — это не рядовая задача.
Нова быстро оправилась от растерянности, вызванной потерей опоры, поняла, чего хочет добиться Ли Циньу, и выразила готовность к сотрудничеству.
Ли Циньу кашлянул и сказал:
— Инквизитор Трасол просил меня позаботиться о тебе и его последнем наследнике. В дальнейшем я хочу, чтобы ты помогала мне по мере сил унаследовать всё, что оставил после себя инквизитор Трасол.
Под наследством здесь подразумевались боевые корабли и личный состав, оставленные инквизитором Трасолом.
Прежде всего, было то, что унаследовать нельзя — например, три флагманских корабля инквизитора Трасола: один крейсер типа «Неукротимый» и два фрегата.
Эти три корабля являлись собственностью Инквизиции. Раз инквизитор Трасол погиб, их нужно было вернуть.
Включая штатных гражданских и военных чиновников Инквизиции, технических специалистов Адептус Механикус, экипаж мостика и служащих Имперского флота — все они были государственными служащими, и их тоже требовалось вернуть.
Таким образом, то, что можно было унаследовать, оказалось весьма ограниченным: в основном это были три с лишним десятка «помойных» судов, а также дворянские фракции с разных планет, стремившиеся примазаться к инквизитору Трасолу.
Изначально их было более 30 вооруженных торговых судов, но после смерти инквизитора Трасола осталось только 18; остальные корабли разбежались.
Эти 18 вооруженных торговых судов были небольшими — длина большинства из них не превышала одного километра.
Но хотя они были маленькими, в них была своя «изюминка».
Каждое из этих вооруженных судов обладало способностью к полетам в варпе, имело поле Геллера, пустотные щиты и небольшое количество оборонительных макропушек.
На борту каждого из этих торговых судов находилось от десяти до тридцати тысяч вооруженных бойцов. Это были элитные отряды, отобранные аристократами с различных планет, чтобы не отставать от стремительного взлета инквизитора Трасола, и уровень оснащенности силовой броней у них превышал 20%.
На оставшихся 18 торговых судах можно было собрать от 200 до 300 тысяч вооруженных бойцов.
Всё это было настоящим богатством! Ли Циньу прикинул, что при обычной торговле ему понадобилось бы более десяти лет, чтобы заработать на одно такое вооруженное судно, поэтому здесь он обязан был попытаться удержать как можно больше!
Закончив переговоры с Новой, Ли Циньу велел ей надеть силовую броню, после чего они в сопровождении охраны направились в банкетный зал.
Шутки шутками, а Ли Циньу на сей раз подготовился всерьез: триста бойцов с силовыми топорами ожидали приказа в помещении рядом с банкетным залом корабля.
Вакуум власти, возникший после смерти инквизитора Трасола, был подобен тому, что возникал после смерти королей в средневековье.
В данный момент «новый король» был лишь плодом в утробе, и кто знает, что было на уме у старых сподвижников инквизитора Трасола?
Захотят ли они, подобно Ли Циньу, унаследовать политическое наследие, оставленное инквизитором Трасолом?
Ли Циньу мог поклясться, что точно найдутся другие карьеристы, которые захотят поступить так же!
Но ни у кого из этих карьеристов не было такого преимущества, как у него!
Ведь он не только обладал собственной армией и фрегатом, обладал огромной боевой мощью и зашкаливающей репутацией Живого святого, но и имел на руках Нову — «сильную заявку на претензии»!
Пока он удерживает контроль над Новой, никто не сможет отнять у него политическое наследие инквизитора Трасола!
Пока Ли Циньу вел Нову в банкетный зал, сама кошкодевочка, озираясь по сторонам, тоже вынашивала свои тайные мысли.
Она понимала, что она и её нерожденный ребенок вот-вот войдут в водоворот политики, и если она оступится, то, скорее всего, будет обречена на гибель!
Всесторонне обдумав ситуацию, она решила, что лучше всего положиться на Ли Циньу. И дело было не в чем-то ином, а просто в том, что Ли Циньу был «чист»!
Его происхождение было чистым, а логика действий — прозрачной.
В отличие от приближенных инквизитора Трасола, состав которых был крайне сложным — аристократы с разных планет, мастера интриг и коварства.
Нова чувствовала: если она придет к другим приближенным с ребенком инквизитора Трасола, то её ждет жалкая участь.
Как только эти аристократы усвоят политическое наследие инквизитора Трасола, она и её ребенок будут обречены на смерть!
А что касается Ли Циньу, ей казалось, что при правильном взаимодействии с ним она точно сможет добиться наилучшего исхода.
Этот мужчина во время разговора с ней постоянно думал о её будущем и будущем ребенка.
К тому же, их раса кошачьих очень чувствительна, и Нова ощущала, что Ли Циньу сдерживают некие глубокие опасения, заставляющие его заботиться о ней и ребенке.
Хотя она и не могла понять, что именно это было, Нова чувствовала, что нечто ограничивает Ли Циньу, не позволяя этому мужчине совершить с ней и ребенком что-то предосудительное.
Словно дух покойного инквизитора Трасола присматривал за этим человеком!
Вскоре они подошли к банкетному залу. Перед тем как открыть дверь, Ли Циньу сказал Нове:
— Я созвал прежний штаб инквизитора Трасола. На совещании тебе не нужно говорить, предоставь это мне, просто соглашайся со мной. Не бойся, ради ребенка, да и ради моей собственной выгоды, я приложу все усилия, чтобы собрать воедино этих приближенных и корабли. Когда ребенок вырастет, станет взрослым и разумным, всё это имущество будет передано ему в управление!
Нова в этот момент была в крайне уязвимом состоянии. Она была всего лишь телохранителем и любовницей инквизитора Трасола, и если бы не ребенок, она принадлежала к тем людям, у которых нет никакого политического веса.
Получив сейчас гарантию от Ли Циньу, что по достижении совершеннолетия ребенка имущество будет возвращено, она осталась вполне довольна и кивнула.
— Я поняла вас, господин Живой святой. Поручаю всё вам, я буду содействовать.
Внезапно она задала вопрос:
— Кстати, господин Живой святой, где тело инквизитора?
Ли Циньу на мгновение замер и ответил:
— Сильная мутация. Тело пришлось сжечь.
«Врет, мяу!»
Нова прищурилась, но не стала его разоблачать.
Затем двое солдат в силовой броне подошли и распахнули двери банкетного зала.
В банкетном зале уже сидели три-четыре сотни бывших приближенных инквизитора Трасола. Они пили, разговаривали, разбивались на группировки и замышляли какой-то мрачный заговор.
Увидев, как Нова входит в распахнутые двери, они в мгновение ока впились в неё алчными взглядами.