Глава 178: Механическая расправа
БА-БАХ!!!
Ли Циньу метнул еще одну гранату, разнеся монстра на куски.
Пока тот регенерировал, Ли Циньу попытался схватить флягу, чтобы окатить тварь святым вином.
Но вокруг него плотной толпой собрались чумные мертвецы, и он оказался почти в окружении.
Ничего не поделаешь, Ли Циньу пришлось поднять лазган и начать точечно расстреливать головы приближающихся чумных мертвецов.
Стрелял он быстро и точно, словно с автоприцелом: лазерные лучи взрывали головы мертвецов, и те падали на землю уже бездыханными тушами.
Монстр воспользовался случаем и слился воедино, но не успел до конца восстановиться, как Ли Циньу метнул еще одну гранату, снова превратив его в груду кровавого месива.
К этому моменту Ли Циньу уже расчистил вокруг себя безопасное пространство; он закинул лазган за спину и быстро сорвал с пояса флягу.
Он приподнял маску-клюв, обнажив рот, сделал большой глоток святого вина, набрал его в рот и, сделав широкий шаг вперед, с силой выплюнул его на разлетевшиеся по земле куски плоти.
С тихим «пфу» святое вино оросило извивающееся на земле мясо.
Псайкерская энергия Императора и разлагающая сила Хаоса вступили в бурную реакцию, породив вспышку психического пламени!
Стоило пламени коснуться обрывков плоти, как те заметались в бешеном ритме, словно катапультированные, и быстро слились в человекоподобную фигуру.
Следом за этим из двух голов вырвался душераздирающий вопль.
— А-а-а-а!!! Сила Проклятого!!! — взревел монстр.
Психическая энергия Императора — заклятый враг демонов; она выжигает их суть, и даже если они восстанавливаются, эта боль будет преследовать их вечно.
Этот удар окончательно разъярил тварь: энергия варпа вокруг резко возросла, а землю сковал толстый слой льда.
Ли Циньу, увидев, что тварь, несмотря на обливание святым вином, всё еще способна двигаться, на мгновение опешил!
Но тут же поспешно метнул гранату, пытаясь разнести его в клочья.
Однако на этот раз монстр действовал всерьез: с невероятной скоростью взмахнув своей деревянной саблей, он разрубил летящую гранату.
Граната не сработала. Монстр бросился к Ли Циньу и нанес удар саблей прямо ему в лицо.
Ли Циньу в панике отпрянул назад, открыв огонь из лазгана.
Несколько лазерных лучей ударили монстра в живот, разбрасывая внутренности, но раны тут же затянулись.
Монстр взмахнул оружием, перерубив тяжелый лазган, и тут же нанес новый удар, преследуя Ли Циньу.
Ли Циньу поспешно отбросил сломанный лазган, схватил флягу со святым вином и плеснул вперед.
Стоило каплям святого вина попасть на монстра, как тот разразился диким воплем — на его теле вспыхнуло психическое пламя.
Раны, нанесенные псайкерской энергией Императора, не заживают: пораженные места будут болеть бесконечно.
Ожоги на теле этого монстра оставались, даже если граната разносила его в клочья и он восстанавливался — следы от огня никуда не исчезали.
— Ты... ты, ублюдок!! — взревел монстр.
Даже у самого благовоспитанного демона Нургла, покрытого ожогами, вежливость улетучится без следа.
Исказившись от ярости, он поднял саблю и колокол, с силой ударив лезвием по бронзе.
ДЗЫНЬ!!
Ли Циньу почувствовал, как голова готова лопнуть: в его мозгу взорвались вопли тысяч новорожденных жизней, лишив его возможности совершать хоть какие-то действия.
Монстр воспользовался моментом, подскочил к Ли Циньу и, высоко подняв деревянную саблю, обрушил её на голову врага.
— Смерть... означает... возрождение...
«Ну вот и всё», — подумал Ли Циньу. Голова раскалывалась от боли, стоять было уже подвигом, увернуться — невозможно.
Он уже приготовился к возрождению в убежище, как вдруг голова, торчавшая у монстра на груди, издала вопль:
— Смерть — это просто смерть! Никакого чертова возрождения нет! Когда умираешь — ничего не остается, а-а-а-а!!
Сабля зависла над головой Ли Циньу, не нанеся смертельного удара: две головы монстра снова начали борьбу за контроль над телом.
Демоническая голова изо всех сил давила на саблю, стремясь прикончить Ли Циньу.
— Ах ты, пакостник!! Неуправляемая тварь, не смей мешать в такой момент!!
Голова на груди, чье лицо исказилось от усилий, безумно пыталась перехватить управление.
— Дай мне умереть! Дай мне освободиться! Убей меня! Освободи меня!!
Пока они препирались, к Ли Циньу вернулось сознание.
Он поспешно плеснул из фляги, которую всё это время сжимал в руке, окатив монстра новой порцией святого вина.
Тварь истошно завопила, когда психическое пламя начало выжигать на ее теле новые раны.
Монстр поспешно откатился в сторону, подальше от Ли Циньу.
Ли Циньу выхватил резервный ПП (СПО) и открыл огонь по приближающимся чумным мертвецам.
За те несколько секунд, что он дрался с монстром, эта орава чумных мертвецов снова обступила его — нужно было срочно зачистить периметр.
Расстреляв магазин, Ли Циньу метнул пару гранат, разнеся в клочья всех чумных мертвецов вокруг и расчистив площадку. Его взгляд снова устремился на монстра.
К этому моменту тварь сбила с себя пламя, но её гниющее тело было изуродовано до неузнаваемости.
Монстр с налитыми кровью глазами смотрел на Ли Циньу, скрежеща зубами.
Ожоги на теле были настолько тяжелыми, что даже его душа содрогалась от боли.
И эта мучительная боль будет длиться вечно!!
При мысли об этой вечной агонии монстр отбросил всё, жаждая лишь одного — разорвать Ли Циньу на куски!
Он снова поднял колокол и саблю, с силой ударив лезвием по бронзе.
ДЗЫНЬ!!
Ли Циньу пошатнулся, его голова закружилась, а тело оцепенело. Звуки воплей новорожденных заполнили его сознание, казалось, череп сейчас лопнет.
В тот момент, когда боль была невыносимой, раздался еще один удар.
ДЗЫНЬ!!
Из семи отверстий под маской-клювом у Ли Циньу потекла кровь: монстр решил, стоя поодаль, убить его одним лишь звоном колокола!
Ли Циньу впился взглядом в монстра, пытаясь понять: сможет ли та голова на груди снова спасти ему жизнь?
Но, похоже, ожоги по всему телу лишь разозлили демоническую сущность, окончательно подавив человеческую волю — голова на груди безжизненно поникла.
Монстр осклабился в зловещей усмешке, снова поднял деревянную саблю и со всей силы обрушил ее на колокол.
Ли Циньу чувствовал: даже с его запредельной силой духа, третьего удара он не выдержит!
Этот звон наверняка станет для него похоронным колоколом!
Однако за сюрпризами всегда скрываются неожиданности.
Когда сабля с размаху ударила по колоколу, вместо звонкого гула послышался другой звук.
Раздался хруст: колокол треснул, рассыпался на куски и упал на землю, превратившись в лужу гноя.