Глава 63: Продажа алкоголя (часть 2)
Затем все погрузили алкоголь в военный грузовик, и машина направилась в лагерь СПО.
Ли Циньу спросил лейтенанта Роудосона: «Как мне продавать алкоголь? По какой цене? Есть ли какие-то запреты?»
Лейтенант Роудосон ответил: «Не волнуйся. Если не считать того, что начальство иногда присылает инспекторов для показушной проверки дисциплины, в остальное время продавай как хочешь.
Можешь ходить по лагерям и предлагать товар — если не поленишься, солдаты в каждом секторе что-нибудь да купят.
Можешь также встать на нашем армейском рынке, торговое место стоит 100 купонов на удобрения в день».
Ли Циньу втянул воздух сквозь зубы.
«Чёрт возьми, у вас даже есть рынок? Это же абсурд! А командир батальона или полка не против?»
«Да кому какое дело? — отмахнулся лейтенант. — Планетарный губернатор платит нам гроши, страховки в случае ранения нет, а мы тут торчим на позициях с оружием в руках. Планетарный губернатор должен в ноги нам кланяться».
Как только лейтенант Роудосон это произнёс, солдаты СПО в кузове рассмеялись. Было видно, что они уже привыкли к такому абсурдному положению дел, и кое-кто из них даже начал травить анекдоты про планетарного губернатора.
Лейтенант Роудосон продолжил: «Планетарный губернатор не считает нас за людей, поэтому и боевой дух в войсках низкий.
Офицерам ротного и батальонного звена, чтобы поддерживать моральный дух, приходится позволять солдатам развлекаться, и выпивка — отличный способ для этого.
Я договорился с ребятами: пока нет боевых задач, разрешаю им гулять по очереди, половина на половину.
Только если понимаешь тяготы солдат, они будут готовы отдать за тебя жизнь, когда это потребуется.
А что касается нашего командира полка, он прямо на совещании сказал: пока мы выполняем поставленные задачи, проходим проверки инспекции и не отступаем с позиций СПО, ему плевать, чем мы занимаемся. Даже наш полковой рынок был открыт по его инициативе».
Ли Циньу слушал это и поражался: такая абсурдная дисциплина — это что-то с чем-то. Каждый раз, когда он узнавал СПО этой планеты чуть лучше, он приходил в шок.
Вскоре военный грузовик прибыл в лагерь СПО, в зону ответственности лейтенанта Роудосона, и все начали разгружать алкоголь.
Лейтенант Роудосон подозвал своих солдат и велел им купить алкоголь у Ли Циньу. После недолгой суеты каждый солдат приобрёл по четыре-пять бутылочек по 100 миллилитров, и некоторые тут же начали пить.
Только на участке лейтенанта Роудосона Ли Циньу продал более 600 бутылочек по 100 миллилитров. При цене 8 кредитов за штуку он выручил 4800.
Ли Циньу покачал головой: «Всё-таки торговля алкоголем — прибыльное дело. 100 миллилитров уже стоят 8 кредитов?»
Лейтенант Роудосон невозмутимо ответил: «Вообще-то цена поднялась до 10. В других лагерях проси по 10, а здесь свои люди, можно и на два кредита дешевле отдать».
Ли Циньу цокнул языком, подумав про себя, что этот тип тот ещё жук.
«Ладно, поехали, покажи мне ваш полковой рынок».
Лейтенант Роудосон повёл машину в сторону города-улья, и спустя несколько километров они нашли «рынок» — он располагался на тренировочном плацу, плотно укрытом палатками.
Рынок был небольшой, с десяток с лишним лавок. Все люди были в военной форме, и с первого взгляда казалось, что это солдаты, но если присмотреться, становилось ясно, что это гражданские, которые затесались в армию ради торговли.
Лейтенант Роудосон протянул Ли Циньу комплект военной формы.
«Надень это. Посторонним нельзя расхаживать по части, если инспекторы увидят, командиру полка может влететь.
Но не волнуйся, если будет проверка, нас предупредят заранее. Мы спрячем людей с рынка, а когда инспекторы уйдут, они вернутся к торговле».
Ли Циньу облачился в форму СПО и с иронией заметил: «Жителям города-улья невероятно повезло, что их защищает такая великая армия!»
Лейтенант Роудосон отмахнулся.
«Ничего страшного, это честь для нас. В конце концов, нам всё равно достаётся не так много от налогов, которые платят жители улья».
Машина остановилась на плацу, и лейтенант Роудосон сказал: «Если не хочешь бегать по всем лагерям, привози алкоголь сюда. Солдаты постоянно приходят за развлечениями, так что здесь можно потихоньку распродать всё».
Ли Циньу окинул взглядом лагерь: пусть лавок было немного, но, как говорится, мал золотник, да дорог.
Он заметил разряженных женщин-солдат — сразу видно, занимались «особыми услугами». Были и те, кто продавал химикаты, табак, и, конечно, конкуренты, торгующие спиртным.
Ли Циньу указал на торговца алкоголем и спросил: «Тот парень тоже торгует выпивкой. Что с ним не так?»
Лейтенант Роудосон бросил на того взгляд, и на его лице промелькнуло отвращение.
«Этот сукин сын продаёт химическое пойло. На вкус отвратительно, да и бьёт по мозгам так, что потом несколько дней не очухаться. Ни в какое сравнение с твоим зерновым алкоголем».
Ли Циньу понимающе хмыкнул и не стал обращать на того внимания.
Лейтенант Роудосон спросил: «Полковой рынок я тебе показал. Как планируешь продавать?
Будешь ходить по лагерям или откроешь лавку у нас на рынке?»
Ли Циньу подумал и ответил: «Пожалуй, нет, и то и другое слишком хлопотно. У меня мало людей, а эту партию нужно сбыть как можно скорее, чтобы заняться другими делами.
Давай сделаем так: сейчас 100 миллилитров стоят 10 кредитов. Я буду продавать трём твоим солдатам по 8 кредитов, а они пусть сами продают их в других лагерях. Считай, это прибавка к их жалованью».
У лейтенанта Роудосона загорелись глаза, идея ему понравилась.
Всё равно, когда нет заданий, солдаты только и делают, что пьют да играют в карты, а так хоть заработают немного.
Он тут же повёз Ли Циньу обратно в лагерь, собрал всех своих 120 с лишним солдат и объявил о деле с продажей алкоголя.
Солдаты зашумели, обсуждая предложение. Учитывая, что дефицит алкоголя был острым, продать его не составляло труда.
Все согласились, достали всё своё жалование, выкупили у Ли Циньу товар и тут же, нагрузившись ящиками, бросились в другие лагеря.
Меньше чем через десять минут Ли Циньу увидел, как солдаты возвращаются, довольные, и пересчитывают деньги.
«Чёрт возьми, так быстро? Неужели алкоголь идёт нарасхват?»
Ли Циньу был изумлён.
Лейтенант Роудосон подсказал: «В следующий раз лучше приходи в начале месяца, когда выдают жалованье. У всех на руках деньги, алкоголь улетает ещё быстрее».
Сказав это, они зашли в палатку и начали делить выручку.
Ли Циньу пересчитывал банкноты: 1400 литров алкоголя, по 8 кредитов за 100 миллилитров, то есть 80 кредитов за литр. Итого — 112 000 кредитов.
Согласно договорённости, лейтенанту Роудосону полагалось 30% прибыли. Ли Циньу отсчитал ему 33 600, оставив себе 78 400.
Почти восемьдесят тысяч! За одну простую поездку он заработал 80 000 кредитов!
И потенциал для расширения был огромным: эти 80 000 — предел производительности его маленькой винокурни, а не предел рынка.
Сейчас его скромная винокурня не могла насытить даже рынок полка лейтенанта Роудосона, не говоря уже о рынках других полков, гражданских рынках среднего уровня улья и спросе на технический спирт, которые ещё только предстояло освоить.