Глава 35: Получение статуса жителя Среднего улья
После трех выстрелов Ли Циньу сидел на ступеньках у входа на гидрологическую станцию, спокойно ожидая и заодно выковыривая яд из зубов, который затем выбросил.
Вскоре послышался гул двигателя, и лейтенант Рудосон вместе со своими солдатами прибыл на место.
Лейтенант Рудосон был крайне насторожен: дуло БТР «Химера» постоянно рыскало по сторонам, а солдаты держали оружие наготове, целясь во все вокруг.
Они боялись, что внезапно выскочит псайкер и прикончит их всех какой-нибудь странной магией.
Ли Циньу махнул лейтенанту Рудосону рукой:
— Ты не нервничай, тот псайкер уже ушел, он сюда не вернется. Теперь это место ваше, взятое под контроль героическими усилиями твоих солдат, лейтенант Рудосон.
Сказав это, Ли Циньу повел его к лесу неподалеку и указал на усеянную трупами землю.
— Вот эти злобные мятежники, которых уничтожили твои солдаты под твоим командованием, лейтенант Рудосон. Теперь это полностью твоя заслуга!
Трупы на земле уже начали разлагаться, и любой опытный ветеран, взглянув на них, сразу бы понял, что это приписывание чужих заслуг.
Но это не имело значения — дисциплина в СПО на этой планете была настолько слабой, что никто не стал бы разбираться.
К тому же, командир полка лейтенанта Рудосона состоял с ним в родстве. Его не повышали только потому, что не так давно уже было одно повышение, и два подряд выглядели бы некрасиво, а так, имея формальный повод, заслугу обязательно учтут.
К тому же, разве на земле не валялась куча самодельного оружия мятежников? Взять их с собой для отчета было куда убедительнее, чем тащить головы предателей.
Промышленная база мятежников была слабой, люди стоили дешевле оружия, поэтому часто бывало, что за одной самодельной винтовкой стояли три-четыре мятежника.
Лейтенант Рудосон бегло осмотрел трупы и махнул рукой своим бойцам. Солдаты немедленно открыли огонь по лесу, а автоматическая пушка БТР «Химера» также сделала несколько залпов по полю боя.
Повозившись некоторое время и создав достаточно шума, лейтенант Рудосон позволил солдатам выйти на поле, собрать самодельное оружие — именно с этими трофеями они и вернутся к начальству, чтобы получить награду.
Затем они собрали трупы в одну кучу и сожгли их. Теперь заслуга была его, даже если изначально и не принадлежала ему.
После этого лейтенант Рудосон отправил людей внутрь гидрологической станции, чтобы те установили оборонительные позиции и предотвратили контратаку мятежников.
Он протянул Ли Циньу сигарету.
— Я снова перед тобой в долгу, тут нечего и говорить. Если в будущем что-то понадобится — обращайся, если задача не будет невыполнимой, я все для тебя сделаю.
Как только эти слова прозвучали, система выдала уведомление: уровень отношений с лейтенантом Рудосоном повысился с 1 до 2, открыв доступ к следующим предметам: военные гранаты (300 фермерских купонов), светошумовые гранаты (200 фермерских купонов), бронебойные патроны (50 фермерских купонов за штуку), дистанционные взрывные устройства (2000 фермерских купонов), прицел с 2-7-кратным увеличением (5000 фермерских купонов), легкий панцирный доспех (4-й уровень, лимит 1/1, 10 000 фермерских купонов), керамитовый шлем (4-й уровень, лимит 1/1, 5000 фермерских купонов), наушники с шумоподавлением (1000 фермерских купонов).
Повышение уровня отношений с лейтенантом Рудосоном до 2-го уровня открыло Ли Циньу целый список высококлассного военного снаряжения. Разумеется, хорошими новостями все не ограничилось.
Лейтенант Рудосон добавил:
— В будущем, если увидишь транспорт нашего взвода, можешь попросить их подбросить тебя, я отдам приказ солдатам.
Ли Циньу присвистнул. Теперь эвакуация станет гораздо проще! Если вдруг удастся встретить машину взвода Рудосона, можно просто крикнуть, чтобы они загрузили его вместе со всем собранным добром и отвезли обратно в город-улей — это же просто отлично!
Впоследствии лейтенант Рудосон велел солдатам установить привезенное тяжелое вооружение и соорудить простые укрепления, а сам на грузовике отправился в лагерь, чтобы доложить об успехе и получить награду.
По пути Ли Циньу задал лейтенанту Рудосону один вопрос, который его очень интересовал:
— У тебя есть способ помочь мне получить статус жителя Среднего улья?
Ли Циньу давно хотел разблокировать доступ для свободного перемещения по Среднему улью. Он чувствовал, что там должно быть немало контактов, ожидающих разблокировки, да и некоторые важные предметы для улучшения убежища, вероятно, можно было найти только там.
Система ясно указывала, что у лейтенанта Рудосона есть способ помочь ему получить статус жителя Среднего улья, вот только требовалось 100 000 фермерских купонов на взятки.
Ли Циньу хотел узнать, как именно тот собирается провернуть это дело. В любом случае, он уже почти накопил 100 000 фермерских купонов, так что скоро можно будет заняться этим вопросом и открыть новую локацию.
Услышав вопрос, лейтенант Рудосон непринужденно ответил:
— В архиве генетических данных есть один мой родственник. Нужно просто занести 100 000 фермерских купонов на взятки, а потом сдать кровь и внести информацию о твоем геноме в базу — и ты сможешь свободно входить в Средний улей и выходить из него.
Ли Циньу с любопытством спросил:
— А риски есть? В дальнейшем это не раскроется?
Лейтенант Рудосон фыркнул со смешком:
— Риски? Какие риски? Высокопоставленные чиновники из Верхнего улья только рады, когда становится больше граждан Среднего улья, чтобы собирать с них больше налогов.
Если ты можешь позволить себе заплатить 100 000 фермерских купонов, чтобы купить гражданство, это доказывает, что у тебя есть средства на уплату налогов.
И пока ты исправно платишь налоги и не нарушаешь закон — или, если нарушил, не попадаешься арбитраторам — никому до тебя нет дела.
Ли Циньу лишь хмыкнул. Да уж, Warhammer 40k во всей красе. Коррупция здесь пустила глубокие корни.
Лейтенант Рудосон подозрительно спросил:
— Что, наш свободолюбивый «мусорщик» хочет стать гражданином Среднего улья?
Ли Циньу покачал головой:
— Не совсем, просто хочу иметь свободу передвижения для удобства дел.
Сказав это, он опустил голову и молча закурил, размышляя. Военный грузовик медленно ехал по неровной дороге в сторону лагеря СПО.
Лейтенант Рудосон краем глаза наблюдал за Ли Циньу, на его лице отразилось колебание. Спустя некоторое время он не очень уверенным тоном произнес:
— А если ты поможешь мне с одним делом, я сделаю тебе этот статус гражданина Среднего улья бесплатно?
У Ли Циньу моментально загорелись глаза. Бывают же такие подарки! Выполнить задание и получить гражданство — это куда выгоднее, чем тратить 100 000 фермерских купонов.
Он нетерпеливо воскликнул:
— Конечно! Говори, что нужно сделать! Кого-то убить? Да я готов даже вашего командира полка устранить, если потребуется!
Лейтенант Рудосон безмолвно бросил на него взгляд, мысленно выругавшись на этого безбашенного парня, и ответил:
— Не нужно никого убивать. Речь идет о Малыше Джоэле.
Ли Циньу удивленно переспросил:
— Разве Малыш Джоэл не остался парализованным ниже пояса?
Лейтенант Рудосон вздохнул, в его глазах промелькнула печаль:
— Да, он парализован, а пособия от губернатора планеты не хватит его семье даже до следующего месяца.
Потеряв его жалование, да еще и имея на руках больного, о котором нужно заботиться, вся семья Малыша Джоэла вскоре окажется в Нижнем улье, потому что не сможет платить налоги.
Ли Циньу понял:
— Ты хочешь, чтобы я присмотрел за семьей Малыша Джоэла в Нижнем улье?
— Не только за семьей Малыша Джоэла, но и за другими ранеными солдатами, которые могут появиться в будущем.
Эти раненые теряют трудоспособность, и их ждет та же участь, что и Джоэла: всю семью вышвырнут в Нижний улей.
Ли Циньу нахмурился. Он вовсе не хотел работать нянькой для раненых ветеранов.
Жизнь в Нижнем улье невероятно тяжела: инвалиды, женщины, дети и старики, спустившись туда на Великом лифте, фактически подписывают себе смертный приговор. Даже крепкие мужчины выживают лишь в редких случаях.
Хотя Ли Циньу считал себя жестким парнем, способным закрепиться в Нижнем улье и процветать, он не был уверен, что сможет выжить, таща за собой ораву немощных.
К тому же ему негде было разместить столько людей. Его убежище хоть и было просторным, но это был его дом, и он не хотел делить его с кем-то еще.
Конечно, можно было оставить их у Черного торговца, отношения с которым у него дошли до 2-го уровня — тот, возможно, оказал бы ему любезность, но это не решение на долгий срок.
Эти люди не могут просто сидеть сложа руки и жить за счет Ли Циньу, что это вообще такое?
Теперь стало ясно, почему работа в Нижнем улье так важна — без работы там даже достойно умереть сложно.
Ли Циньу замолчал, а лицо Рудосона помрачнело. Неужели даже у этого парня нет выхода?
Он знал, что ситуация в Нижнем улье ужасна, и не хотел, чтобы его боевые товарищи и их семьи страдали, но он был всего лишь рядовым лейтенантом, что он мог сделать?
Видя озадаченное лицо Ли Циньу, он почувствовал, как сердце ушло в пятки.
Если даже такой суровый человек не может защитить товарищей в Нижнем улье... то сколько же им придется пережить, когда они окажутся там вместе с семьями?
Около пяти минут царило молчание, после чего Ли Циньу с трудом произнес:
— Ты, похоже, не совсем понимаешь, что творится в Нижнем улье.
Он рассказал о том, что уровень выживаемости преступников, отправленных Великим лифтом в Нижний улей, составляет менее 10 процентов, поведал о жестоких войнах между Бандой химиков и Бандой удобрений, описал весь закон джунглей, царящий в самых низах.
Слушая эти описания, лейтенант Рудосон помрачнел настолько, что с лица вот-вот готова была капнуть чернота. Он подумал, что Ли Циньу косвенно отказывает ему, но Ли Циньу резко сменил тон:
— Я хочу сказать вот что: если ты передашь мне своих товарищей и их семьи, я, взяв на себя обязательство, сделаю все, чтобы их защитить, но я не могу гарантировать, что удержу их всех.
В Нижнем улье я сам — одиночка, у меня нет своей организации, я знаю кое-кого, с кем можно договориться, но мое влияние не настолько велико, чтобы заправлять всем сектором.
Если ты готов смириться с моими ошибками и допустить, что они могут погибнуть по моей вине, тогда можешь доверить их мне.
Я постараюсь устроить их как смогу, и по крайней мере, в тот момент, когда их начнут пытать или оскорблять, я первым пущу им пулю в лоб, чтобы они умерли достойно. Как тебе такое?
Ли Циньу решил для себя: в конце концов, это просто пара человек, лишние рты — с этим он справится.
Он ведь и так подумывал о создании своей мелкой группировки, чтобы нанять людей для черной работы, вот они и сами идут в руки.
Лейтенант Рудосон, слушая Ли Циньу, понял, что, несмотря на все эти суровые оговорки, тот фактически дал согласие.
Сам он никогда не спускался в Нижний улей, но был наслышан о тамошнем образе жизни: там можно идти по улице, и тебя среди бела дня пырнут ножом — обычное дело.
Он не надеялся, что товарищи и их семьи будут жить в Нижнем улье так же, как в Среднем, он лишь хотел для них хоть какой-то защиты, хотя бы самой минимальной.
— Эх... я от лица парней благодарю тебя. И... даже если что-то случится, за то, что ты позволишь им уйти достойно, я все равно буду считать, что перед тобой в долгу.
После этого атмосфера стала гнетущей, оба замолчали, и грузовик продолжил путь обратно в лагерь СПО.
Лейтенант Рудосон вызвал военного врача, взял ампулу с кровью Ли Циньу и спрятал её в карман брюк:
— В ближайшие пару дней никуда не уходи, будь у меня в лагере. Я помогу тебе оформить статус гражданина Среднего улья, до заката завтрашнего дня все будет готово.
Ли Циньу кивнул, соглашаясь. Лейтенант Рудосон поспешно удалился, а Ли Циньу стал слоняться по лагерю.
В этот раз он вновь убедился в расхлябанности дисциплины СПО: солдаты на наблюдательной вышке дрыхли без задних ног, у стены стоял пулемет, а трое пулеметчиков, вместо того чтобы следить за оружием, резались в карты.
Если бы мятежники напротив не были такими же бестолковыми, их бы давно уже разгромили.
Он вздохнул, пробормотав, что Warhammer 40k — это мир, где соревнуются, кто хуже, покачал головой, зашел в палатку лейтенанта Рудосона и, растянувшись на походной койке, провалился в крепкий сон.
На следующее утро его разбудили. Открыв глаза, он увидел лейтенанта Рудосона.
Тот с мрачным лицом сказал:
— Твой статус гражданина Среднего улья готов. С этой минуты ты можешь свободно входить и выходить из Среднего улья, скорее, идем со мной!
Не обращая внимания на еще сонного Ли Циньу, он буквально выдернул его с койки и потащил к открытому военному автомобилю. Отдав приказ, он велел водителю гнать в сторону города-улья.
Ли Циньу, увидев такую спешку, понял, что случилось что-то серьезное, и спросил, что произошло.
— Семья Малыша Джоэла не смогла оплатить медицинские счета и задолжала Школе Двух Змей, вчера их арестовали арбитраторы.
Сегодня их вместе с первой партией заключенных отправят на Великом лифте в Нижний улей. Тебе нужно немедленно ехать и перехватить их, иначе они погибнут!
Услышав это, Ли Циньу лишь бросил: «Мои вещи пока побудут у тебя», — и больше не задавал лишних вопросов.
Открытый джип домчал до вокзала. Ли Циньу выпрыгнул из машины, прихватив с собой автоматическую винтовку СПО, висевшую на плече у водителя.
— Эй, эй, это моя винтовка!
Водитель попытался отобрать оружие, но лейтенант Рудосон остановил его.
Лейтенант Рудосон вытащил из разгрузки водителя три полных магазина и сунул их в руки Ли Циньу, затем, подумав, счел это недостаточным, вытащил свой полуавтоматический пистолет и заткнул его за пояс Ли Циньу.
— Ты должен защитить Малыша Джоэла. Он сломал позвоночник, пытаясь спасти боевого товарища из-под огня мятежников.
Ли Циньу проверил состояние обоих видов оружия и шагнул в поезд, лейтенант Рудосон последовал за ним.
— Не волнуйся, я, мусорщик Ли Циньу, держу слово. Семья Малыша Джоэла будет под моей защитой!
Двери орбитального поезда закрылись, и состав с людьми внутри устремился вглубь города-улья.
Когда он остановился, Ли Циньу и лейтенант Рудосон уже прибыли внутрь города-улья.
Поскольку с ним был лейтенант Рудосон в военной форме, никто не осмелился остановить Ли Циньу с винтовкой наперевес.
К тому же, статус жителя Среднего улья был уже при нем: когда они проходили через ворота генетического контроля, сканер не подал сигнала, а дежурившие рядом арбитраторы лишь мельком взглянули на них и не стали вмешиваться.
Оба быстрым шагом побежали к Великому лифту. Лейтенант Рудосон то и дело поглядывал на часы, выглядя крайне обеспокоенным.
Наконец, когда Великий лифт появился в их поле зрения, его двери только-только начали открываться, и первая группа заключенных уже медленно входила внутрь. Они успели.
У лейтенанта Рудосона был наметанный глаз: среди тысячи с лишним заключенных он мгновенно высмотрел семью Малыша Джоэла.
— Быстрее! Семья Малыша Джоэла там! Я вверяю тебе их жизни!