Глава 90: Грабеж трофеев
— Какого черта тебе понадобился этот пулемет?
Ли Циньу с опасным блеском в глазах посмотрел на повстанца, который пытался отобрать у него оружие.
Встретившись взглядом с Ли Циньу, повстанец слегка запаниковал, но его руки продолжали намертво вцепиться в ствол легкого пулемета.
— У тебя уже есть один, этот должен достаться мне!
Ли Циньу глубоко вдохнул, подавляя вскипающую ярость.
— Согласно предбоевому соглашению, я помогаю вам отбить атаку СПО, и снаряжение со всех убитых мною бойцов СПО принадлежит мне.
Этот рядовой повстанец явно был мелкой сошкой и ничего не знал о соглашении, которое Ли Циньу заключил с верхушкой повстанцев.
Он лишь знал, что сейчас на поле боя полно ценных трофеев, и кто успел, тот и съел.
— С чего я взял, что эту собаку планетарного губернатора убил именно ты? На поле боя такой хаос, столько народу палит, кто вообще это видел?
В этот момент Ли Циньу уже был на пределе, он ткнул пальцем в труп на земле и выругался:
— У тебя, мать твою, глаза на заднице?! Этот труп прошит насквозь вместе с броней, ваши паршивые пушки и патроны разве способны на такое?!
Повстанец опустил взгляд и убедился: действительно, труп бойца СПО был пробит насквозь, чего невозможно было добиться их дрянным оружием.
Но повстанец, глядя на легкий пулемет в руках, который явно был не какой-то побрякушкой, не желал отступать.
Он внезапно задрал подбородок и с силой дернул пулемет на себя.
— Иди ищи тех, с кем ты там договаривался, я ничего не признаю, эта пушка моя!
Ли Циньу усмехнулся от злости. Значит, решил перейти на «понятия»? Какое совпадение, он тоже не собирался говорить вежливо!
Ли Циньу разжал руки, и пулемет остался в руках повстанца. Тот обрадовался, решив, что Ли Циньу сдался.
Он уже собирался схватить пулемет и бежать, но в следующую секунду его тело подлетело вверх, пролетело пять-шесть метров и с грохотом рухнуло на землю. Острая боль в животе заставила его закатить глаза.
Ли Циньу подобрал ногу, которой нанес удар в полную силу, подскочил к противнику, оседлал его и начал молотить кулаками прямо по лицу:
— Без «понятий», значит? Не признаешь договор, да? Трофеи у меня вздумал отжимать, а?!
Бам-бам-бам!
— А-а-а-а!!!
Ли Циньу наносил удар за ударом по лицу противника, отправив того прямиком к праотцам.
Окружающие повстанцы, привлеченные этой сценой, столпились вокруг.
— Эй, эй, эй! Хватит бить, остановись, ты же его насмерть забьешь!
Повстанцы бросились к ним и, подбежав сзади, схватили Ли Циньу, оттаскивая его назад.
Ли Циньу не сопротивлялся и просто встал. Если бить дальше, он действительно мог убить парня, а это создало бы лишние проблемы.
Он подобрал второй легкий пулемет, выпрямился и сплюнул на землю:
— Сукины дети! Еще раз попробуете отжать мои трофеи, я из вас все дерьмо выбью!
«Будь мы сейчас в игре “Dark Zone”, после попытки облутать мой труп, граната бы уже прилетела!»
Выругавшись, Ли Циньу собрался было вернуться за остальными трофеями, но, едва повернувшись, был заблокирован десятком повстанцев.
Во главе их стоял старый недоброжелатель — Арум.
В прошлый раз Ли Циньу знатно отделал Арума, лишив его всякого достоинства, и тот до сих пор ходил с разбитой физиономией.
Арум люто ненавидел Ли Циньу, и теперь, увидев, как тот снова бьет человека, решил, что это отличный шанс, и привел с собой десяток личных телохранителей, чтобы окружить врага.
У каждого из этих десяти человек в руках было по автоматической винтовке, и они недобро смотрели на Ли Циньу, готовые по первому же приказу Арума изрешетить его пулями.
Арум ткнул пальцем в Ли Циньу и заорал:
— За что ты избил нашего товарища? Не дашь внятного ответа — отсюда не уйдешь!!
Ли Циньу холодно усмехнулся. Одним резким движением он вскинул оба легких пулемета — левый и правый — упер приклады в подмышки и направил стволы прямо на Арума.
— Ответа? Я тебе дам ответ, мать твою так!!
Ли Циньу разразился потоком ругательств, от которых Арум едва не лопнул от ярости. Все десять его подручных тут же вскинули винтовки, целясь в Ли Циньу.
Ли Циньу обвел взглядом окружение, посмотрел на направленные в него стволы, а затем впился взглядом прямо в Арума.
— Давай, ублюдок, хочешь вернуть лицо, которое потерял в прошлый раз? Отдавай приказ, пусть эти твои шавки открывают огонь!
— Не бойся, я не буду стрелять по другим, я буду стрелять только в тебя!
— Ваши десять винтовок, может, и убьют меня, но мои два пулемета точно заберут с собой тебя, выродок!
Арум, глядя на два пулемета в руках Ли Циньу, направленные прямо ему в грудь, покрылся холодным потом.
— Ты... ты думаешь, мы, революционеры, боимся смерти?!
Ли Циньу презрительно скривился:
— Если бы это сказал старик Сэнь, я бы поверил. Но ты, Арум? Ты просто трусливый ублюдок.
— Старик Сэнь не боялся вести самоубийственные отряды в атаку, а ты? Где ты, мать твою, прятался во время боя?
— Те десять оболтусов за твоей спиной с автоматическими винтовками — это ведь твои телохранители, верно?
— Тц-тц-тц, пока все сражались изо всех сил и несли тяжелые потери, только ты, сукин сын, сидел и берег свои силы!
— И ты, трусливая тварь, прячущаяся за спинами своих же союзников, еще смеешь рассуждать о том, что революционеры не боятся смерти?!
В этот момент повстанцы, которых привлек шум ссоры, услышали слова Ли Циньу. Они обернулись к Аруму, и их взгляды стали недобрыми.
Арум и его десять телохранителей с автоматическими винтовками стояли в полном здравии.
А остальные повстанцы?
Некоторые лидеры повстанцев погибли прямо на месте, другие получили ранения, а их отряды были практически уничтожены.
Разве похоже на то, что Арум не отсиживался в стороне?
Поняв, что его попытка отлынивать от сражения была раскрыта, Арум поспешно закричал:
— Не верьте этому подозрительному типу! Мы даже не знаем, кто он такой! Может, это он и навел на нас СПО? Он — шпион СПО!
Ли Циньу увидел, что этот тип пытается повесить на него ярлык, смачно плюнул в сторону Арума и ответил тем же:
— Это я-то шпион? Я в этом бою положил больше двух десятков бойцов СПО, я убил больше врагов, чем кто-либо из вас здесь присутствующих, а ты смеешь называть меня шпионом?!
В тот момент, когда обе стороны уже были готовы вцепиться друг другу в глотки, вперед вышел человек и встал между Арумом и Ли Циньу. Это был повстанец Парсон.
Парсон сначала взглянул на Ли Циньу. Этот человек был его спасителем — если бы не Ли Циньу, Парсона бы казнили после допроса, когда его захватили в плен бойцы СПО.
Затем он перевел взгляд на Арума.
— Господин «Мусорщик» — наш приглашенный гость, без него мы бы ни за что не победили в этом бою. Человек не должен быть неблагодарным.
Затем он повернулся к собравшимся вокруг повстанцам:
— Перед боем мы договорились: все оружие и снаряжение СПО, которое добывает господин «Мусорщик», принадлежит ему. На собрании присутствовал каждый из вас, лидеров, а если не верите — спросите у своих командиров сами.