Глава 809: Отговорка
Высшим управляющим Башни Героев является кардинал Государственной церкви. Кардинал находится всего в одном шаге от вершины — поста Верховного экклезиарха.
После того как Ли Циньу проводили в комнату ожидания, к нему вышел вовсе не кардинал.
Статус кардинала был сопоставим с Сигурдом, а официальный статус Ли Циньу сейчас был не более чем «инквизитор-новичок», так что он еще не дорос до аудиенции с таким сановником.
Его принимал один из жрецов, отвечающий за внешние связи Башни.
Они сидели друг напротив друга в комнате ожидания. На вид семидесятилетний жрец спросил:
— Милорд, позвольте узнать, с какой целью вы прибыли в Башню Героев?
Ли Циньу не стал говорить о своей цели, а вместо этого спросил:
— Преподобный жрец, насколько мне известно, если орден Астартес гибнет, то в память об имперских героях необходимо пробить поминальный колокол ровно 1000 раз. Существует такой обычай, не так ли?
Жрец кивнул.
— Милорд, такой обычай есть. Если подтверждена гибель каждого члена ордена Астартес, а также потерян родной мир-вербовочный центр или корабль-монастырь, орден признается полностью уничтоженным. Поминальный колокол прозвучит ровно 1000 раз в честь 1000 воинов Астартес, исполняя реквием!
Ли Циньу кивнул и, под озадаченным взглядом собеседника, положил на стол тубус для карт, который все это время держал в руках.
Этот тубус представлял собой цилиндр длиной около полутора метров, в котором можно было сворачивать и хранить карты или сопутствующие предметы!
Ли Циньу вытянул из него несколько знамен. Некоторые полотнища были испещрены пулевыми отверстиями, другие обгорели так, что остались лишь края, и ни одного целого.
Это были знамена ордена Ангелов со Сломанными Крыльями. Всего их было восемь: семь ротных знамен и одно знамя ордена Астартес.
Такое количество объяснялось тем, что во время последнего боя насмерть три ротных знамени вместе со знаменосцами были уничтожены прямым попаданием мельта-бомб, и тела знаменосцев исчезли вместе со знаменами. Поэтому, несмотря на то что в ордене было десять рот, здесь присутствовало лишь семь ротных знамен.
Жрец, работающий в Башне Героев, разумеется, не был профаном. Он с первого взгляда понял, что перед ним боевые знамена Астартес, и его лицо исказилось от изумления.
Стоит знать, что почти в любой культуре Астартес знамена олицетворяют честь ордена. В каждой роте назначается особый почетный знаменосец, который несет их великое знамя.
К тому же, некоторые великие знамена — это не просто куски ткани, а психические артефакты, обладающие способностью поднимать боевой дух, усиливать псайкерские способности или давать иные бонусы.
В общем, пока жив человек — живо знамя, если человек погиб — знамя уничтожено!
То, что инквизитор принес столько знамен Астартес, заставило жреца мгновенно покрыться холодным потом. Неужели Император снова потерял верный орден?
Он вскочил с дивана, как ошпаренный, и в панике заговорил:
— Ми... милорд! Подождите здесь, я должен немедленно доложить кардиналу! Это дело уже не в моей компетенции!
Ли Циньу кивнул. Жрец бросился бежать — семидесятилетний старик передвигался быстрее молодых.
Меньше чем через 10 минут в комнату ожидания вошел кардинал в помпезном облачении, окруженный толпой церковников.
Бросив взгляд на разложенные на столе восемь знамен Астартес, он судорожно выдохнул:
— Император упаси!! Неужели пал еще один верный орден Астартес!!
Как только эти слова слетели с его уст, церковники за его спиной принялись бить в колокола и творить молитвы — помещение наполнилось скорбными песнопениями.
Кардинал шагнул вперед, протянул руку, коснулся изрешеченных пулями знамен и посмотрел на Ли Циньу:
— Милорд из Инквизиции, позвольте узнать, как вы получили эти знамена? И что конкретно произошло с этим орденом?
Ли Циньу честно ответил:
— Это был верный орден Астартес, действовавший на окраинах Империума. Пять тысяч лет они истребляли бесчисленных ксеносов и еретиков, защищая славу Императора на фронтире!
Но враг подобен морю, и даже верные полубоги могут пасть!
Некоторое время назад мой корабль обнаружил скиталец в космосе. Проведя разведку, я нашел там дредноута-старейшину.
Старейшина поведал мне, что все Астартес ордена погибли, и вверил мне эти знамена с просьбой вернуть их на Терру!
Кардинал, седой старик с лицом, покрытым морщинами, услышав это, прослезился.
— Все они — великие воины Империума! Настоящие герои Империума!!
Милорд, умоляю, скажите мне название этого ордена Астартес, их подвиги должны быть увековечены в Башне Героев!
Ли Циньу глубоко вздохнул и громко произнес:
— Они — наследники Кровавых Ангелов! Орден Ангелов со Сломанными Крыльями!!
В мозг кардинала был встроен небольшой чип, с помощью которого он быстро нашел ключевые слова.
Когда он нашел «Ангелов со Сломанными Крыльями» и увидел выделенное красным ключевое слово — «Проклятое Основание», его выражение лица, еще секунду назад исполненное глубокой скорби, мгновенно изменилось, сменившись недоверием.
— Погодите-ка, милорд из Инквизиции, вы ничего не перепутали? Вы уверены, что это Ангелы со Сломанными Крыльями?
Ли Циньу серьезно кивнул и указал на знамена на столе:
— Знамена тому подтверждение. Орден Ангелов со Сломанными Крыльями полностью уничтожен, а их крепость-монастырь утонула.
Кардинал внимательно осмотрел знамена на столе. Исходя из его опыта, эти знамена были сделаны из особого материала, их подделка была невозможна — это были подлинные знамена ордена Астартес!
Раз знамена здесь, значит, сказанное собеседником, скорее всего, правда. Орден Ангелов со Сломанными Крыльями, похоже, действительно уничтожен!
Кардинал сухо спросил:
— Тогда, милорд, позвольте узнать, с какой целью вы принесли эти знамена? Чего вы хотите добиться?
Ли Циньу нахмурился. Он остро почувствовал, что собеседник перешел на чиновничий язык — это была попытка отделаться от него.
Он глубоко вдохнул и твердо произнес:
— Согласно законам Империума, в случае гибели ордена Астартес необходимо пробить поминальный колокол тысячу раз!
Ангелы со Сломанными Крыльями пять тысяч лет сражались на границах Империума. Теперь, когда они пали, они заслуживают подобающих почестей!
Услышав слова Ли Циньу, этот старый хрыч даже откинулся на спинку дивана и сел! Просто взял и сел!
Его выражение лица было равнодушным, в стиле типичного бюрократа.
— Оу, погибли, значит. Понятно, понятно.
Тогда сделаем так: вы пока возвращайтесь и ждите. А эти знамена оставьте здесь, Башня Героев возьмет их на хранение.
Когда я доложу Верховному экклезиарху и получу одобрение, тогда мы и проведем церемонию звона.
Все, можете идти.